Медовый месяц или вечер воспоминаний

  Прошёл месяц, этот месяц стал самым счастливым. Никлаус изменился, теперь каждый день я видела парня, с которым познакомилась на балу. Каждое утро просыпаясь, я была счастливее всех. Каждый рассвет я встречала с легкими поцелуями от Клауса или же, если ему нужно было рано на работу, то с запиской с извинениями. Все было настолько прекрасно, что это не передать словами. Клаус научился доверять мне, конечно не настолько, чтобы разрешать самой выходить в город, но прогулки по саду стали моими любимыми. Ребекка с Колом уехали несколько недель назад, без них стало слишком тихо и вечерами, когда Никлаус задерживался, я скучала по беззаботным с ними дням. Клаус обещал, что в скором времени они снова приедут. Сегодня же мы ждем приезда Элайджа, его приезд как "привет" из прошлого. Это чувство горько-сладкое.— О чем задумалась, милая?— Клаус подойдя сзади обнял меня. Я привыкла к его внезапным появлениям. — Просто волнуюсь.— Я повернулась, обняв его.— Все же приезжает твой старший брат.— Оу, ты боишься моего брата, но не боялась спорить со мной, причем продолжаешь это успешно делать.— На губах Никлауса играла милая улыбка, которая мне так нравится. Поцеловав меня в нос, он отступил на шаг.— Повернись, я застегну платье.Я повернулась спиной и подняла волосы, чтобы они не мешали. Я чувствовала его руки на своей коже. Это было приятно, я не могу приставить, как раньше обходилась без всего этого.— Может отложим ужин с братом на завтра?— Никлауса поцеловал меня в шею. Он был очень обаятельным, когда этого хотел. Я снова повернулась к нему лицом.— Нет уж, я что, зря провела три часа за выбором одежды, созданием прически и нанесением макияжа?!— Ну, я это оценил, милая.— Из за окна было слышен звук подъезжающей машины.— У нас впереди целая ночь. А теперь пора спускаться, Элайджа приехал.— И когда же я дал право отдавать приказы какой-то девчонки!— Девчонке, которую ты любишь, милый мой. Которую любишь.— Я взяла его за руку и переплела наши пальцы и мы пошли встречать гостя. Элайджу я знаю плохо. Мы встречались всего несколько раз и всегда он был вежлив. Они с Никлаусом отличаются, они разные, как две стороны одной медали. Одна медаль, так как в них есть и сходства. Спускаясь по лестнице я попыталась выкинуть ненужные мысли и улыбнуться, как можно искренней.— Рад нашей встрече, брат.— Поздоровался Клаус, но его слова были сухие и мне стало немного грустно. Клаус все ещё боится меня потерять.— Здравствуй, Никлаус.— Такой же ответ, но более искренний, он обратился ко мне. — Рад тебя видеть, Кэролайн.— Взаимно, Элайджа.— Я вдохнула с облегчением. — Стол уже накрыт, пойдемте.— Мы прошли и сели за стол. Почти весь ужин прошёл в молчании, для меня оно было гнетущее. Я часто встречалась глазами с Элайджей и Клаусом их взгляды были разными. У Никлауса во взгляде можно было прочесть привязанность и необъяснимую тоску, взгляд Элайджы был другим, он обозначал сожаление и немую боль. Ужин подходил к концу, и я все же решила начать разговор.— Элайджа, мы давно не виделись. Что у тебя нового?— Да ты права, Кэролайн, мы давно не виделись. Случилось многое, но я не буду утомлять тебя пустыми рассказами. Я приехал, чтобы пригласить вас на прием, который состоится в следующие пятницу.— Прием в честь чего?— В разговор вмешался Клаус.— В честь моей помолвки.— Слова Элайджи застают меня врасплох и, по-моему, не только меня. Клаус, не моргая, смотрел на брата.— Элайджа, кто твоя будущая жена?— Почему-то старшего Майклсонов не пришелся по нраву мой вопрос. Его лицо стало грустным, а губы его побелели, от того, как сильно он их сжал.— Моей женой станет Катерина.— Теперь я прекрасно понимаю его реакцию, мне больно слышать это. Да, последний месяц я счастлива, но до этого меня успокаивала лишь мысль, что меня найдет Кэт, и мы вместе уедим, как можно дальше от Нового Орлеана. Горечь, вот что я почувствовала. — Простите, я устала и хочу спать.— Я встала и отправилась к себе. Я лгала, мне не хотелось спать, я просто не могла больше присутствовать на ужине. Ночной воздух привел меня в себя, насколько это вообще возможно. Сегодня на улицах Нового Орлеана не было карнавалов, не было веселья. И я была благодарна за тихий вечер.— Я знаю тебе тяжело.— Объятья Клауса были теплыми и родными, они успокаивали.— Если хочешь, мы не пойдем.— Ты прав мене тяжело, но я хочу увидеть Кэтрин. Мы ведь пойдем?— Если ты этого хочешь.— Спасибо.— Я повернулась и обняла его, настолько сильно на сколько могла. Сейчас это то, что мне нужно.