Глава 15. Среди шёпота и взглядов

Наступила осень. Во Франции это время года практически не ощущалось для меня, осенние холода приходили ближе к ноябрю. И раньше я не особо любила осень. Ведь она навевала на меня тоску и легкую грусть, но сейчас восприятие поменялось. Я ждала проливные дожди и пожелтевшие листья деревьев. Теперь это было для меня чудесное время года, которое заберет часть того пережитого ужаса летом.Все эти дни я общалась с братом, гуляла по Парижу и наслаждалась ароматным кофе. Взаимоотношения с родителями действительно стали лучше, мать перестала на меня как либо давить, отец тоже смягчился. Это не могло не радовать. Но печали было предостаточно: сейчас мы экономили, разбирательства в суде набирали обороты. Отец нанял самого лучшего адвоката, платил ему огромные деньги. Гулять приходилось ранним утром, нацепляя на себя очки и шляпу. Ведь папарацци начали преследовать меня и мою семью, от этого было очень некомфортно и тяжко. Все жаждали объяснений, подробностей, а кто-то просто наслаждался наступившими проблемами в бизнесе Марселя. Естественно, сам Вальтер не присутствовал на суде. Отец боролся с властью Франции, некоторые мечтали его посадить, а некоторые выражали поддержку и предлагали помощь. Ситуация была неоднозначной. Нам надо было доказать ложные показания. Обернуть все, как подставу и фальшивый договор. Но камеры в ресторане зафиксировали абсолютно всё, этот ублюдок специально выбрал такое заведение. Однако и для него это послужило не самыми хорошими последствиями, многие узнали то, как он выглядит. Что безусловно, являлось проблемой для Вальтера, ведь поймать его стало гораздо легче. Но было очевидно, что и это он прекрасно осознавал. Наверняка, этот психопат надолго заляжет на дно и не будет выбираться из своей Италии.

Я закрыла все свои социальные сети, комментарии под фотографиями. Всячески пыталась абстрагироваться и хоть немного облегчить себе жизнь.Иногда я думала о Вальтере. Это были моменты, когда я оставалась совсем одна, в кромешной темноте ночи. Я продолжала таить ненависть в своем сердце за то, что этот мерзавец предал меня и создал глобальные проблемы моей семье. Он останется безнаказанным, что ещё больше приводило меня в разочарование. Но несмотря на все, я была рада, что не унываю и стараюсь не плакать. Ведь у меня были чувства к нему, такие неправильные и тем самым манящие. Этот психопат явился в мою жизнь яркой и кратковременной вспышкой, которая все же ослепила и обожгла меня. И восстановление требовало терпения и сил, которых я набиралась с каждым днём.

Первое сентября прошло довольно волнительно, что и следовало ожидать. Смотря на меня, люди перешептывались. Но благо, никто не позволил себе излить все свои вопросы или издевательства прямо мне в лицо. Я не желала обороняться от нападков, наполненных бестактным интересом и желчью злорадства. Но была готова к этому, если вдруг такое случится. Занятия у нас начнутся десятого сентября, чем послужила административная запись в вуз для тех, кто не смог это сделать онлайн.

Студенты старших курсов будут помогают нам, первокурсникам, сориентироваться на территории кампуса, проводя экскурсии по кампусу и рассказывая о не учебных активностях и студенческих ассоциациях. Второго сентября мы этим и занимались, внимательно слушая старшекурсников. Я познакомилась с некоторыми одногруппниками, мы создали общую беседу и мило общались, узнавая интересы друг друга. Я особо не говорила, лишь слушала. Было ясно, что скоро маска доброжелательности спадет и многие покажут свои истинные лица. Это не беспокоило и в целом, не вызывало никаких эмоций. Ведь это являлось обыкновенным и совершенно нормальным человеческим фактором.

Уже девятого сентября я соизволила открыть выданные нам учебники, дабы заранее поизучать некоторые темы. Хоть мне и было лень этим заниматься, но я понимала, что надо. Около трех часов я просидела за учебниками, название которых уже вынуждало завалиться на кровать. Предметы, что придется изучать целый год, были такими: основы экономики и финансов, корпоративные финансы, финансовые рынки и институты, инвестиционный анализ и портфельное управление, правовое регулирование финансовой деятельности, управление рисками и страхование, английский язык и коммуникативные навыки.Мне это было не особо интересно, я замечталась и представила то, что все же поступила на врача. Но пришлось быстро вернуться в реальность и уже выбранную родителями профессию-финансист, когда мама отворила дверь моей комнаты.

-Это правильно, что ты уже начала изучать материал.—Заявила она, поставив белую кружку с чаем мне на стол.

-Изучать материал в медицинском было бы гораздо интереснее для меня.—Тихо констатировала я, когда та уже собиралась выйти из комнаты.

-Эстель, ты наследница. Часть бизнеса перейдёт и тебе, о чем мы с отцом уже говорили. И тут уже вопрос не интереса, а необходимости.

-Я понимаю.—Ответила я, устало откинувшись на спинку стула.

-Никто ничего не говорил тебе?

-Нет, просто шептались между собой. Но меня это не особо задевает.

-Понятно. Ладно, я пойду. Папа сегодня задержится, у него важная встреча...ужинать будем без него.

-С кем?

-С владельцем крупной корпорации, у него много связей. Должен помочь.

-А взамен?

-Узнаем.—Ответила мама, немного погодя.

Она вышла из комнаты, мне же хотелось поговорить с ней подольше. Я не помнила, когда в последний раз мы вели беседу по душам, как обычно происходит у матери и дочери в здоровых взаимоотношениях. Но я хотела это понять и узнать. Думать об этом было грустно, поэтому я опять уткнулась в учебники. Информация давалась мне очень тяжело, ни коем образом не укладывалась в голове. Однако я не забросила, усерднее и внимательнее читала каждую строчку. Я желала быть лучшей в группе, как происходило и в школе. Но мне всегда не хватало уверенности в себе, я не могла заявить о себе и довольно часто занимала посредственную позицию, а не лидирующую. В этот раз я поняла, что не хочу быть в тени. Готова была прилагать усилия над тем, чтобы выделяться среди остальных. Я заметила, что моя самооценка немного взросла, во мне появилась некая сталь, которая только принимает свою форму. Предательство Вальтера, его издевательство над моими чувствами-послужили этому, на мой взгляд. И я была рада, что это обернулось именно таким образом. Ведь все могло быть иначе. Я не ушла в себя ещё больше и ни разу не схватилась за лезвие. Напротив, во мне появилась сила воли и даже боевой дух. Я не сломалась, а закалилась. И это было неожиданно, учитывая то, что я постоянно ныряла в омут печали и саморазрушения. Очередная мысль о нем отозвалась болью. Я как можно скорее вернулась к злополучному учебнику.

Просидела я до самого вчера, изучив по каждому предмету по три темы. Это было феноменально, я поистине гордилась собой. Но усталость обрушилась на меня шквалом, невероятно потянула за собой в сон. Но воспротивившись этому, я спустилась на первый этаж и прошла на кухню, где Джиа уже накрывала на стол. Я прошла в гостиную и увидела Адриана, сидящего в кресле. С некой печалью и даже злостью во взгляде он вглядывался в панорамное окно, рассматривая необыкновенно-красивый малиновый закат. В руках держал кружку, наполненную ароматным какао.

-Без настроения?—Спросила я и вальяжно уселась на диван, брат же неопределенно пожал плечами.

-Да так, непонятно. Одноклассник сегодня начал злорадствовать...из-за нашего семейного положения. Вот, готовлю план по его уничтожению.

-Ух ты, только уничтожай словесным способом.

-Я стараюсь, но руки чешутся.

-Это того не стоит, ты же не хочешь разбирательств в кабинете директора.

-Неоднозначно звучит. Это вопрос или утверждение?

-Утверждение, Адриан.

-Меня не пугает директор. А его должен пугать. И его должны пугать последствия высказываний. Походил бы со сломаным носом и больше бы не возникал.

-Нет, это не благоразумный выход из ситуации.

-Да неужели? А благоразумно открывать рот, не пропуская слова через мозг? Иногда нужно действовать радикально, Эстель.

-Адриан, прекрати. Тебя могут исключить за это. Даже не думай!

-Да, ты права.—Ответил брат, поразмыслив некоторое время.-Куда лучше будет уничтожить его морально. Устроить травлю, обернуть весь класс против него.

-Я не это имела ввиду. Это жестоко.—Заявила я, от чего тот лишь отмахнулся.

-Ничего подобного, Эстель. Это оправдано.

-Нет. Просто немного пригрози ему...если он продолжит, то его ждёт беседа с классным руководителем. А если и это не поможет, то уже с директором.

-Я не хочу ябедничать.

-Это не ябедничество, а благоразумное и правильное решение данной проблемы.

-Ладно, закрыли тему...—Пробурчал брат, тяжело вздыхая и недовольно хмуря брови.

-Нет. Ты понял меня? Никаких кулаков и травли.

-Угомонись, понял...—Процедил он, сквозь стиснутые зубы.

-Ты грубишь.

-Ещё даже не начинал!—Рявкнул он, взгляд тёмно-зеленых глаз загорелся яростью, от чего я обомлела.

-Ну давай, начни.—Укоризненно ответила я, претенциозно выгнув бровь.

-Извини меня...—Пробурчал он, тяжело вздыхая и поспешно встав с кресла.

Адриан вышел из гостиной, я же поникла в раздумья. Я впервые лицезрела брата таким серьёзным, хладнокровным и чересчур агрессивным. Его методы разрешения ситуации пугали. Жестокость, читающаяся в его глазах, уловимая в его тоне-поражала. Словно он в миг стал незнакомым мне человеком, подмененным кем-то иным. Это встревожило меня, но я нашла этому логическое объяснение. Адриан переживает за отца и финансовое положение нашей семьи, переживает подростковый возраст. Он своенравный парень, поэтому ему тяжело мириться с насмешками и издевательствами, что очень даже хорошо. Он не закрывается от всего мира, а уверенно стоит на своем. Просто главное-это направить его в нужное русло и донести, что жестокость-это последнее дело.

Уже через десять минут мы сели ужинать, перед этим брат попросил меня ничего не рассказывать матери. Я решила исполнить его просьбу на первый раз и предоставила ему возможность разобраться самому с тем мальчишкой тем способом, о котором поведала я. Ели мы молча, общих тем для беседы не было. Это огорчало меня. Сильвия же, напротив, не обращала на это должного внимания. А может, мама просто умело скрывала свои истинные чувства и эмоции.

Я приняла горячий душ и завалилась на кровать, немного нервничая перед завтрашним днём. Сон никак не настигал меня, что было довольно таки мучительно. Внезапно дверь отворилась, моему взору предстала мать в белых штанах и синей кружевной майке. Она заметно волновалась, от чего и я встревожилась.

-Ну что ты...освоила некоторые темы?—Спросила она и присела на край кровати.

-Да.—Лаконично ответила я и насторожилась от столь внезапного ночного визита и диалога.-Что-то случилось?

-Ничего. Просто...хотела поинтересоваться.

-Ого...—Прошептала я, издав нервный смешок.-Не припомню, когда в последний раз такое было.

-Да...ладно, добрых снов.

-Мама, стой.—Заявила я, когда та уже схватилась за дверную ручку.

-Что такое?

-Почему на протяжении стольких лет мы ни разу...нормально не говорили? Ну знаешь, как и полагается матери и дочери. Ты всегда была так строга ко мне, к Адриану.

-Эстель, не выдумывай и не грузи меня глупыми вопросами на ночь...—Пробурчала она, явно не ожидая от меня столь эмоциональных признаний. Сильвия была в замешательстве, я же затаила дыхание и успела пожалеть о сказанном. Хотелось провалиться сквозь землю, я почувствовала себя нелепо.

Мать приоткрыла рот, словно намереваясь что-то сказать, однако поспешно вышла из моей комнаты.Меня настигло разочарование и печаль, в груди сдавило от того, что она вновь повела себя холодно и отрешенно по отношению ко мне. Я так желала её общества, мне никогда не хватало родителей. Но с течением времени я привыкла к этому, сжилась с этим, прочно затаила множество чувств и не высказанных слов на долгие годы. А сейчас это яро вырывалось из меня некой лавой, появилась неуемная жажда пробить каменную стену между нами, выстроенную за все мои восемнадцать лет. Однако я понимала, что бессильна и не способна повлиять на наши взаимоотношения. Данная модель поведения была присуща моим родителям и шанс того, что они изменятся-была очень маловероятна. Это удручало, но не удивляло.

Следующие утро выдалось тем, что я проспала. Пришлось собираться впопыхах, я даже не позавтракала. На улице было двадцать градусов и я была рада, что знойная летняя жара по тихонько пропадала. Я надела белую футболку и розовые кожаные шорты до колен, образ дополнила браслетом из белого золота. Учебники и тетради сложила в довольно большую черную сумку, заплетя волосы в хвостик. Патрик довез меня до университета, всю дорогу я ужасно нервничала и уже мысленно устала от того, что придется сидеть на четырех парах.

Найдя нужную аудиторию, я зашла внутрь и внимательно осмотрелась. Решила сесть за третий ряд, по обе стороны меня сидели девушка с длинными русыми волосами и девушка с короткими чёрными. Вторая показалась мне надменной, один лишь острый взгляд и оценивающее выражение лица отталкивали. Первая же была более располагающей к себе, с теплой улыбкой на лице. Все ждали преподавателя по корпоративным финансам, разговаривая между собой. Кто-то обсуждал погоду, а кто-то сердился на понаехавших в Париж туристов. Внезапно русоволосая девушка дотронулась до моего плеча, тем самым отвлекая меня от внимательного слушаниях чужих диалогов.

-Эстель Деламар, верно же?—Поинтересовалась она, уж чересчур наиграно улыбаясь.-Меня зовут Иветта Моро. Слышала я, что случилось в твоей семье. Бедненькая, наверняка для тебя это большой стресс. Да что уж, темные времена.

-Временные неприятности.—Лаконично и сухо ответила я, расценив в ее интонации насмехательство.

-Молодец, что мыслишь оптимистично! А так...все же это правда, что твой отец связался с этим влиятельным дилером и распространял наркотики?!—Нарочито громко поинтересовалась она, привлекая внимание остальных. Это раздражило меня ещё больше, однако я изо всех сил старалась не выдать беспокойство и гордо расправила плечи.

-Это клевета. Его подставили. Он не торговал никакими наркотическими веществами и не заключал никаких контрактов.

-Охотно верится.—Ответила Иветта, широко улыбаясь и едва ли сдерживая усмешку.

-У меня голова от тебя разболелась, помолчи уже.—Заявила черноволосая девушка и Иветта уже спешила ответить, как в аудиторию наконец вошел преподаватель.

Русоволосая умолка, смерив черноволосую недобрым взглядом. Я же хотела уйти, настроение испарилось. В течении дня Иветта пыталась вновь завязать со мной диалог, однако я демонстративно утыкалась в экран телефона и изредка комментировала её вопросы. Она напрягала меня, хотелось взять скотч и заклеить ей рот. Я вспомнила, что её семья владеет театром в Париже. На перемене нашла её социальные сети, которые состояли из вечных тусовок и посиделках в барах. Подписчиков было гораздо меньше, чем у меня. Возможно, её язвительные высказывания были основаны на зависти.

Пары проходили довольно медленно, я желала как можно скорее вернуться домой. Уже ближе к вечеру я вышла из университета и уже намеревалась звонить Патрику, чтобы тот отвез меня обратно домой. Но к моему удивлению, ко мне подошла девушка с черными волосами. Я внимательнее всмотрелась в её черты лица: пухлые губы, накрашенные бордовой помадой. Тёмно-карие опущенные по форме глаза, от чего взгляд казался уставшим, поникшим и все также надменным. Изящные тонкие брови, курносый носик и округлый подбородок с ямочкой. Её внешность была притягательна, как и стиль: на груди весел мерцающий жемчужный крест. Чёрные брюки и атласная черная рубашка, расстегнутая на одну пуговку. В руках она держала лакированную сумку белого цвета.

-Пошли эту Иветту на три буквы.—Заявила я, от чего я тихо рассмеялась.

-Да...стоило бы. Как тебя зовут?

-Валентайн Деското.

-Приятно познакомиться.—Ответила я, дружелюбно улыбаясь.-Честно, я думала, ты...ну...

-Сука?—Прямо спросила она, перебив мои попытки выразиться как можно более корректнее.

-Ну да.—Честно призналась я, от чего та снисходительно улыбнулась.

-Многие так думают сначала, ужепривыкла.—Ответила она, пожав плечами и доставая из сумочки наушники.-Мне пора бежать домой, до завтра, Эстель.

-Пешком пойдешь?

-Да, люблю гулять.

-Ладно, до завтра.—Заявила я, та молча кивнула и поспешила уходить. Один раз обернулась, помахав мне ручкой.

Немного поразмыслив, я решила тоже дойти до дома пешком. Всю дорогу меня не покидало ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Наверняка, так сказываются стресс и переживания в моей жизни.Вернувшись домой, я незамедлительно направилась к себе в комнату. Рухнула на кровать, довольствуясь тем, что наконец отдохну. Но вспомнив про заданные уроки, немного огорчилась. В принципе, первый день вышел не таким уж и ужасным. Естественно, мне было тяжко находиться в среде шёпота и взглядов. Иветта первая, кто затронула тему, касательно моей семьи. Но я была уверена, что кто-то проявит аналогичный бестактный интерес.Но я была рада, что познакомилась с Валентайн. Надеялась на то, что мы будем общаться и нахождение на парах будет гораздо интереснее. Однако вопрос дружбы ставил меня в тупик, ведь я привыкла к некой отчужденности от других. Привыкла к тому, что постоянно в одиночестве. Мне захотелось отвлечься от подобных мыслей и я включила фильм, не в силах даже переодеться.Усталость накрыла меня блаженным сном, причем довольно таки внезапным.