14

Валя — Я не прятался, не имею такой привычки, — раздражено проговорил Егор, отстраняя от себя девицу. — И тысячу раз просил не вламываться ко мне в офис. Его действия были не грубыми, но и не нежными. Девушка явно ожидала не такого приема. Поджала губы и с укором взглянула на Егора. — Ты не приезжал уже несколько дней, не отвечал на звонки. Я решила, что с тобой что-то случилось. Беспокоилась. Мне стало неловко. Наблюдать за разыгравшейся сценой, случайной свидетельницей которой я стала, чем-то напоминало просмотр ток-шоу «Окна». Прямо на глазах зрителей разыгрывалась некрасивая сцена. Егор не был рад гостье — и от сознания этого я отчего- то ощутила подозрительный прилив радости. Наверное, все дело во внешности девушки. Она была молода и чрезвычайно красива. Длинные иссиня-черные волосы шелковистым покрывалом спускались по спине и плечам, достигая копчика. Миловидное, прямо-такикукольное лицо: точеный носик, высокие скулы, блестящие карие глаза. Девушка определенно ухаживала за собой, посещала фитнес или модную йогу, следила за модой и умело пользовалась макияжем. На ее фоне я показалась себе совершенным страшилищем. Черт бы побрал это желание Егора видеть секретарём невзрачную особу. Но и в своем обычном виде я вряд ли могла тягаться с ней. Острый прилив жалости к себе вывел из равновесия. С чего это я? Что за идиотская, совершенно неуместная ревность? Глупо было бы предполагать, будто такой мужчина, как Егор Кораблин, одинок. Да и небольшое эротическое приключение в лифте вряд ли было для него чем-то особенным. Наверняка с ним такое случалось сплошь и рядом. В отличие от меня… — Совершенно напрасно, — недовольно продолжил Егор, глядя на черноволосую девицу. — Кристи  не стоило приходить сюда. Ты нарушила правило, и будешь наказана. Она покорно вздохнула. — Идем, — Лариса потянула меня за руку. — Оставим их разбираться наедине. У нас с тобой еще много дел. Конечно же, она была права. Мне не стоило зацикливаться на этой неприятной встрече и тем более ревновать. И все же, пока мы поднимались на следующий этаж (благо, пешком, а не на лифте), я задала Ларисе вопрос: — Кристи — невеста Егора Владимировича? Простите, что спрашиваю, но это не праздный интерес. Секретарь должен знать все о боссе, даже такие мелочи. Вообще-то это было чистой правдой. И все же я почувствовала себя неловко. — Ей бы очень хотелось быть невестой Егора, но это не так, — усмехнулась Лариса. — Для того чтобы окольцевать его, потребуется нечто большее, чем смазливая мордашка и упругая попка. Кристи пока числится лишь постоянной любовницей Егора. Пару раз я покупала для нее подарки на Рождество и Восьмое марта, заказывала для них с Егором рестораны и номера в отелях, но о подготовке к свадьбе не было и речи. Я бы знала. Она говорила так уверенно, что ей невозможно было не поверить. Я украдкой облегченно вздохнула и даже улыбнулась. Но одновременно приказала глупым девичьим мечтам покинуть мою голову. Я здесь исключительно с целью подзаработать. И вернуть по возможности свой кулон (при условии, что он вообще оказался у Егора). А о том, сколько у него женщин, когда и где он с ними встречается — лучше не думать вообще. Войдя в один из кабинетов, Лариса радушно обратилась к сидевшему за рабочим столом невысокому мужчине с темно-русыми волосами, зализанными назад, и округлым, хотя и довольно приятным лицом: — Геннадий Петрович, позвольте представить вам Валю  Васильевну  Карнаухову, нового секретаря Егора  Кораблина. Она буквально втолкнула меня в кабинет, и я предстала перед зеленоватыми глазами начальника отдела кадров, судя по табличке на столе. — Добрый день, Геннадий Петрович, — поздоровалась, ощущая, что вот перед этим мужчиной совершенно не испытываю робости. В отличие от Егора его взгляд не вгонял меня в краску и не заставлял дышать чаще. — Вот мои документы. Я подала ему папку со всем, что прихватила с собой. Заняла предложенное местонапротив и улыбнулась в ответ на его улыбку. — Зовите меня просто Геной, — неожиданно предложил он. — Хотите кофе? Я отказалась. А Лариса, поручив меня заботам Гены, шмыгнула в соседний кабинет посекретничать с девчонками. Мне ничего не оставалось, как терпеливо и вежливо отвечать на вопросы. Надо отметить, Гена оказался ужасно дотошным и хотел знать обо мне абсолютно все. — Во сколько вы обычно ложитесь спать? — интересовался он. — Рано ли встаете? Откладываете звонок будильника еще не несколько минут или поднимаетесь сразу? Не испытываете ли головных болей и жажды по утрам? Не собеседование, а настоящий допрос. Не удивилась бы, если б он поинтересовался цветом моего белья. С него станется. Опрашивая, Геннадий Петрович делал какие-то пометки в блокноте и, наконец, удовлетворено кивнул. — Осталось заполнить анкету, — мне протянули стопку листов. Я чуть не застонала, увидев ее толщину. Меня словно не секретарем нанимали, а собирались отправить в космос. Хотя, учитывая значимость «Роллинг Таурус» на мировом рынке и важность самого Егора Кораблина, моя работа — просто космос. Многие бы мечтали оказаться на этом месте. — Все замечательно, Валя, — мягкая и гладкая, как у ребенка, ладонь Гены накрыла мою. Это было так неожиданно, что я слегка растерялась, не зная, как реагировать на подобное обращение. — Но есть одна небольшая загвоздка. — Какая же? — уточнила я, откидываясь в кресле и убирая руку из мягкого захвата. — Ваша сестра, — строго произнес Геннадий Петрович, неотрывно глядя мне в глаза. — Она — единственное препятствие для вашего устройства на работу.