Глава 22

Кухня давила своими стенами, как клетка. За окном уже давно стемнело, а я все еще сидела за столом, бесцельно листая ленту новостей. Время тянулось бесконечно, каждый тик часов отдавался гулким эхом в пустой квартире.— Дима, ты хоть представляешь, как я тут схожу с ума одна? — не выдержала я, как только услышала звук поворачивающегося ключа в замке. — Тебя опять до полуночи где-то носило!Дима вошел, устало скидывая куртку на стул. Он даже не взглянул на меня, направляясь сразу к холодильнику.— Я же говорил, у нас аврал на работе, Насть. — пробурчал он, доставая бутылку воды. — Неужели так сложно понять?— Аврал каждый день? — язвительно спросила я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Или у тебя там новое хобби появилось - задерживаться после работы?— Насть, ну что ты опять начинаешь? — Дима обернулся, его лицо было искажено усталостью. — Я тоже устал, знаешь ли! Работаю, как проклятый, чтобы у нас все было хорошо, а в ответ получаю только упреки!— А мне что делать? — воскликнула я, вставая из-за стола. — Сидеть тут целыми днями и ждать тебя, как Хатико? Ты хоть раз подумал о том, что я тоже хочу чего-то большего, чем просто быть домохозяйкой?— Так найди себе занятие! — резко ответил Дима, отпивая воду прямо из горла. — Кто тебе мешает? Курсы, работа, подруги... Да что угодно! Не надо делать из меня единственного виновника своей скуки!— Легко сказать! — парировала я, чувствуя, как подступают слезы. — А кто будет убирать, готовить, стирать? Ты предлагаешь все это бросить и забить? А потом жить в свинарнике?— Да наймем уборщицу! — отмахнулся Дима. — Я же говорю, я работаю, чтобы мы могли себе это позволить!— Не все решается деньгами, Дима! — я повысила голос. — Мне нужно твое внимание, твое время! Я хочу проводить вечера с тобой, а не ждать тебя до полуночи в одиночестве!— Ну, прости, что я не могу разорваться на части! — огрызнулся Дима. — Я работаю на износ, чтобы тебе жилось хорошо, а ты все равно недовольна! Что я должен сделать, чтобы ты была счастлива? Принести луну с неба?— Мне не нужна луна! — крикнула я в ответ, чувствуя, как меня захлестывает обида. — Мне нужен ты! Мне нужно, чтобы ты просто побыл со мной! Чтобы ты выслушал меня! Чтобы ты просто заметил, что я существую!— Я тебя замечаю! — возразил Дима, его лицо покраснело от гнева. — Но я не могу быть все время рядом! У меня есть работа, есть обязательства!— Работа у тебя всегда на первом месте! — с горечью сказала я. — А я, получается, так... приложение к хорошей жизни?Дима замолчал, сверля меня взглядом. Я видела, как напряглись его челюсти, как сжались кулаки.— Ты неблагодарная, Насть! — наконец произнес он, с трудом сдерживая гнев. — Я делаю все для тебя, а ты только жалуешься и ноешь!— Я просто хочу, чтобы ты меня любил! — выпалила я, чувствуя, как слезы градом катятся по щекам. — Чтобы ты не забывал обо мне, когда возвращаешься с работы!— Да люблю я тебя! — рявкнул Дима. — Просто дай мне спокойно отдохнуть! Я тоже устал!Не успела я ответить, как Дима с силой ударил кулаком по столу. Посуда подпрыгнула, зазвенела, чай пролился на скатерть.— Хватит! — закричал он, хватаясь за голову. — Я больше не могу это слушать!Я замерла, как парализованная. Я никогда не видела Диму таким. Его лицо было искажено яростью, глаза метали молнии.— Прости меня, Насть, — пробормотал он, отворачиваясь. — Я не хотел...Но я уже ничего не слышала. Я просто смотрела на него, не в силах поверить, что мы дошли до такого. Что любовь и понимание, которые всегда были между нами, теперь разбились вдребезги, как посуда, упавшая со стола.Тишина, повисшая после удара, резала слух острее любого крика. Я стояла, окаменев, глядя на Диму. В голове пульсировала только одна мысль: "Он ударил... Он ударил...". Не меня, конечно, но сам факт этой вспышки ярости пугал до дрожи. Всё, что мы строили годами, казалось, рассыпалось на мелкие осколки.Дима стоял, отвернувшись, тяжело дыша. Я видела, как подрагивают его плечи. Он поднял голову, попытался посмотреть мне в глаза, но тут же отвел взгляд, словно не в силах вынести моего молчаливого осуждения.— Насть... — пробормотал он, делая шаг ко мне. — Прости. Я сорвался. Я... я не хотел тебя напугать.Он протянул руку, словно пытаясь дотронуться до меня, утешить, попросить прощения. Но я инстинктивно отшатнулась назад, словно прикосновение к нему могло обжечь.— Не трогай меня, — прошептала я, голос дрожал, как осенний лист на ветру. — Не подходи ко мне.Дима замер, его рука повисла в воздухе. В его глазах отразились растерянность и боль. Он попытался что-то сказать, объяснить, но я отвернулась, не желая его слушать. Сейчас я не могла. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя, осознать произошедшее, переварить этот внезапно вырвавшийся наружу гнев.Я молча прошла мимо него, вышла из кухни и закрылась в спальне. Упала на кровать, лицом в подушку, и дала волю слезам. Горькие, обжигающие слезы обиды, страха и разочарования. Как же так? Как мы могли дойти до такого?Сквозь рыдания я слышала, как Дима ходит за дверью, не решаясь войти. Он несколько раз звал меня по имени, тихо, умоляюще, но я молчала, не отвечая. Я просто не могла. Любое его слово, любое прикосновение сейчас казались мне невыносимыми.Тишина в квартире давила, словно бетонная плита. Дима стоял за дверью спальни и без конца повторял моё имя, но я не отвечала. Каждое его слово, каждое «прости», словно иголкой вонзалось в сердце. Я чувствовала себя преданной, испуганной и совершенно потерянной.Собрав остатки сил, я встала с кровати, накинула куртку и бесцельно вышла на улицу. Хотелось глотнуть свежего воздуха, сбежать от этих стен, которые вдруг стали такими чужими и враждебными. Телефон разрывался от звонков и сообщений Димы, но я игнорировала их, просто выключила звук.Бредя по улицам, я не видела ничего вокруг. В голове крутились обрывки фраз, воспоминания о нашем прошлом, смешанные с горьким привкусом настоящего. В какой-то момент я поняла, что ноги сами привели меня к знакомой лавочке в парке, где мы любили гулять в юности.Опустившись на скамейку, я наконец позволила слезам хлынуть потоком. Боль разрывала изнутри, не давая дышать. И тогда я поняла, что не могу справиться с этим в одиночку. Мне нужен был кто-то, кому я могла доверять безоговорочно.Я достала телефон и набрала номер Вадима, моего старшего брата. Он всегда был моей опорой и поддержкой, моим лучшим другом. Он всегда умел найти нужные слова и успокоить в любой ситуации.— Вадим? — прошептала я, стараясь сдержать рыдания.— Настюш, что случилось? Ты чего плачешь? — его голос прозвучал обеспокоенно.Я рассказала ему всё, не утаивая ни единой детали. О ссорах, о его усталости, о моих страхах и, конечно, о кулаке, ударившем по столу.Вадим молчал, слушая меня. Я слышала, как он тяжело дышит, как сжимает челюсти от злости.— Я понял, Настюш, — наконец произнес он, его голос был спокойным, но в нем чувствовалась сталь. — Ты сейчас где?Я назвала ему место.— Не двигайся оттуда, — сказал он. — Я сейчас буду.Через полчаса, запыхавшийся, Вадим уже обнимал меня на лавочке. Его объятия были такими теплыми и надежными, словно я снова вернулась в детство.— Расскажи все еще раз, — попросил он, усаживаясь рядом. — Медленно и спокойно.Я рассказала снова, уже более сдержанно, но все так же честно. Вадим слушал, не перебивая, лишь иногда сжимая мою руку в знак поддержки.— Я понимаю, Настюш, ты напугана, — сказал он, когда я закончила. — Но я уверен, что Дима не хотел тебя обидеть. Он просто сорвался. Он хороший парень, я его знаю, как облупленного. Мы с ним лучшие друзья с детства.— Но он ударил! — воскликнула я. — Ударил по столу, но все же! Я боюсь, что это может повториться, что он когда-нибудь поднимет руку на меня.— Этого не будет, — твердо заверил Вадим. — Я тебе обещаю. Я поговорю с ним. Я вправлю ему мозги. Он поймет, что натворил.Он посмотрел на меня с сочувствием.— Ты пока не возвращайся домой, — предложил он. — Останься у меня сегодня. Отдохни, приди в себя. А я поеду к Диме. Поговорю с ним по-мужски.Я кивнула, чувствуя, как отпускает напряжение. Зная, что Вадим вмешается, я чувствовала себя немного спокойнее.Вадим обнял меня еще раз и направился к машине. Он пообещал, что позвонит мне позже. Я проводила его взглядом, пока он не скрылся из виду, и почувствовала, как в сердце затеплилась надежда.Вадим приехал к нам в квартиру ближе к вечеру. Дима открыл дверь, выглядел измученным и виноватым.— Вадим... что ты здесь делаешь? — спросил он, растерянно глядя на друга.— Я приехал поговорить с тобой, — ответил Вадим, входя в квартиру. — И разговор будет серьезный.Он прошел в гостиную, уселся на диван ижестом предложил Диме сесть рядом. Дима, не сопротивляясь, опустился рядом, опустив голову. Он знал, что натворил, и понимал, что разговор будет непростым.— Настя мне все рассказала, — начал Вадим, глядя на Диму в упор. — Про ссоры, про усталость, про твою вспышку гнева.Дима молчал, опустив голову еще ниже.— Я всегда считал тебя своим лучшим другом, Дима, — продолжал Вадим. — И я всегда думал, что ты по-настоящему любишь Настю. Но то, что ты натворил... это просто неприемлемо.— Я знаю, — пробормотал Дима. — Я виноват. Я сорвался. Я не хотел ее напугать.— Дело не в том, что ты хотел или не хотел, — возразил Вадим. — Дело в том, что ты это сделал. Ты ударил кулаком по столу, в доме, где живет твоя девушка, которую ты клялся защищать. Ты понимаешь, как она сейчас напугана? Она боится тебя, Дима! Боится, что ты можешь поднять на нее руку.Дима вздрогнул, как от удара.— Я никогда бы не поднял на нее руку, Вадим! — воскликнул он. — Ты же знаешь меня! Я люблю ее больше жизни!— Тогда почему ты так поступаешь? — спросил Вадим. — Почему ты не слушаешь ее? Почему не уделяешь ей время? Почему позволяешь себе срываться на нее?Дима замолчал, не находя ответа.— Ты должен измениться, Дима, —сказал Вадим, смягчив тон. — Ради Насти, ради ваших отношений. Ты должен понять, что ей нужно твое внимание, твоя поддержка, твоя любовь. А не просто деньги и хорошая жизнь. Она же у тебя замечательная, ты сам это знаешь. Не потеряй ее.Вадим встал с дивана и подошел к Диме.— Я верю в тебя, Дима, — сказал он, положив руку ему на плечо. — Я знаю, что ты можешь быть лучше. Но ты должен этого захотеть. И ты должен доказать Насте, что ты действительно изменился.Он посмотрел на Диму долгим, серьезным взглядом и направился к выходу.— Подумай над моими словами, - бросил он на прощание. — И сделай все возможное, чтобы вернуть Настю.Вадим ушел, оставив Диму одного в пустой квартире, наедине со своими мыслями и чувством вины. Он знал, что Вадим прав. Он должен измениться. Он должен доказать Насте, что он достоин ее любви. И он сделает все возможное, чтобы это доказать. Все, что в его силах.

                                   ***Ночью, когда Вадим заснул на диване, я тихонько встала. В голове созрел план. Я не могла оставаться здесь, зная, что Вадим пойдет к Диме и будет его защищать. Я не могла оставаться, зная, что Дима ждет меня дома, думая, что все можно исправить. Я не верила в это. Не сейчас.Я оставила Вадиму короткую записку: «Прости, Вадим. Мне нужно время. Я позвоню». И тихо вышла из квартиры.Я не знала, куда иду. Просто шла, пока ноги не привели меня на вокзал. Купила билет на первый попавшийся поезд и уехала, оставив свою прошлую жизнь позади.В телефоне не было сим-карты. Я не хотела, чтобы меня нашли. Ни Вадим, ни Дима не знали, где я. И я хотела, чтобы так было. Мне нужно было время. Время подумать, время разобраться в себе, время понять, что делать дальше. Мне нужно было сбежать. Сбежать от всего.

                                     ***Вадим ушёл, оставив меня в опустошенной квартире. Его слова эхом отдавались в голове, словно назойливый зуммер. «Ты должен измениться, Дима... Ты должен доказать Насте, что ты достоин её любви...»Достоин ли? Этот вопрос терзал менябольше всего. Я любил Настю, искренне и преданно. Но любовь ли это, если я причиняю ей боль? Если моя усталость и раздражение выливаются в гнев, который её пугает?Весь следующий день я провел, как в тумане. Пытался работать, но мысли постоянно возвращались к Насте. Где она сейчас? Что с ней? Знала ли она, как сильно я сожалею о случившемся?Вечером вернулся в пустую квартиру. Мрачные стены давили на меня, напоминая о моей вине. Приготовил ужин, её любимую пасту с морепродуктами, как она любила. Накрыл на стол, зажёг свечи, включил её любимую музыку. Хотелось создать хоть какое-то подобие домашнего уюта, надеялся, что она вернется.Но она не пришла.Просидел за столом до поздней ночи, вглядываясь в пустую тарелку напротив. Чувство вины переплеталось с тревогой. Я знал, что она ушла, но не мог поверить, что она оставит меня навсегда.Утром, проснувшись, первым делом проверил телефон. Ни одного звонка, ни одного сообщения. Холод пронзил меня с головы до ног. Позвонил Вадиму, но он не ответил.Поехал к нему домой. Дверь была открыта, в квартире царил беспорядок. На диване валялась скомканная записка.«Прости, Вадим. Мне нужно время. Я позвоню».Сердце пропустило удар. Настя оставила записку и ушла. Куда? Зачем?— Вадим, что случилось? — спросил я, входя в комнату.Он сидел на диване, опустив голову в руки. Выглядел потерянным и разбитым.— Она ушла, Дима, — пробормотал он. — Оставила записку и ушла. Я не знаю, куда она пошла.В голове словно что-то оборвалось. Всё вокруг поплыло.— Что ты сказал? Куда она ушла? — переспросил я, не веря своим ушам.— Не знаю, Дима, — повторил Вадим. — Не знаю. Она просто ушла.Мир рухнул. Я потерял её. Потерял из-за своей глупости и эгоизма.

Следующие дни превратились в кошмар. Мы с Вадимом обзвонили всех её друзей знакомых, но никто не знал, где она. Подали заявление в полицию, но они не могли начать поиски, пока не пройдет три дня.Я не мог спать, не мог есть, не мог думать ни о чем, кроме Насти. Где она? В безопасности ли? Что с ней?Чувство вины разрывало меня изнутри. Я винил себя во всем, что произошло. Если бы я был более внимательным, более чутким, более любящим, она бы не ушла.Я пытался хоть как-то исправить ситуацию, но все мои попытки были тщетны. Я чувствовал себя беспомощным и отчаявшимся.Вадим был подавлен не меньше меня. Он винил себя за то, что не уследил за ней, за то, что не смог её удержать.Мы оба были в отчаянии, не зная, что делать дальше. Единственное, что у нас оставалось - это надежда. Надежда на то, что она жива и здорова, надежда на то, что она позвонит, надежда на то, что однажды она вернется.Я бродил по квартире, как потерянный. Каждая вещь напоминала о ней. Её фотографии, её любимые книги, её аромат, витающий в воздухе. Всё говорило о том, что она была здесь, совсем недавно. А теперь её нет. И я не знаю, вернется ли она когда-нибудь.Я поклялся себе, что, если она вернется, я сделаю всё, чтобы заслужить её прощение. Я стану другим человеком. Я стану тем, кем она всегда хотела, чтобы я был. Я стану тем, кто достоин её любви.Но пока она не вернется, я буду жить в этом кошмаре, терзаясь чувством вины и надеждой. И буду ждать. Ждать её возвращения.Бессонные ночи сливались в один бесконечный серый день. Я слонялся по квартире, перебирая Настины вещи, вдыхая её запах, словно он мог вернуть её обратно. Телефон стал продолжением моей руки, я проверял его каждые пять минут, надеясь увидеть пропущенный звонок или сообщение. Ничего. Тишина. Пустота.Вадим пытался меня подбадривать, но я видел, как он сам с трудом держится. Мы стали как две тени, блуждающие по городу, в поисках хоть какой-то зацепки. Расклеивали объявления с её фотографией, опрашивали людей, но всё безрезультатно.

Однажды, вернувшись домой, я обнаружил на пороге коробку. Обычная картонная коробка, без каких-либо опознавательных знаков. Внутри лежали её вещи. Её любимая книга стихов, шарф, который я подарил ей на годовщину, и несколько фотографий. Внизу коробки лежал листок бумаги. На нём было написано одно слово: «Прощай».Мир снова перевернулся. «Прощай»? Неужели она решила навсегда уйти из моей жизни? Неужели она больше не хочет меня видеть? Неужели она сдалась?В отчаянии я позвонил Вадиму. Он приехал сразу же. Мы вместе смотрели на вещи, не понимая, что это значит.— Может быть, она хочет, чтобы ты её оставил в покое? — предположил Вадим, стараясь подобрать слова.— Нет, — твердо ответил я. — Я не верю в это. Она просто напугана. Ей нужно время. Я не сдамся. Я буду её искать.Решил, что нужно сменить тактику. Пошел в её любимую кофейню, где она часто работала за ноутбуком. Разговорился с бариста, показал её фотографию.— Она приходила сюда несколько дней назад, — сказал бариста. — Работала как обычно. А потом вдруг расплакалась и ушла.— Она говорила, куда собирается поехать? — спросил я, затаив дыхание.— Нет, — ответил бариста. — Но она оставила здесь свою флешку. Я пытался ей позвонить, но она не отвечала.Я схватил флешку и побежал домой. Подключил её к ноутбуку. На флешке было несколько файлов. Фотографии, документы, музыка. И один текстовый файл с названием «План».Открыл файл. В нём было описание её планов. Она собиралась поехать в маленький городок, где прошло её детство. Там жила её бабушка, с которой она была очень близка.Сердце забилось с бешеной скоростью. Настя поехала к бабушке! Это была первая зацепка за долгое время.Я немедленно позвонил Вадиму.— Я знаю, где она, — сказал я. — Она поехала к бабушке.Вадим приехал ко мне через час. Мы вместе сели в машину и помчались в сторону маленького городка.Всю дорогу я молчал, погруженный в свои мысли. Представлял, как встречу её, как обниму её, как скажу, что люблю её.Приехав в город, сразу же поехали к дому бабушки. Дверь открыла пожилая женщина с добрыми глазами.— Здравствуйте, — сказал я. — Мы ищем Настю.Женщина посмотрела на нас с недоумением.— Настя? Она у нас не появлялась, — ответила она.Мир снова рухнул. Настя не у бабушки. Куда же она поехала?— Вы уверены? — спросил я, не веря своим ушам. — Может быть, она просто не хотела, чтобы вы знали, что она здесь?"ю— Я уверена, — ответила бабушка. — Она бы позвонила мне. Мы всегда были очень близки.Ушли от бабушки в полном отчаянии. Куда же она могла поехать? Что ей нужно? Почему она так упорно избегает меня?Решил, что нужно прогуляться по городу. Может быть, кто-нибудь видел её. Идя по улице, увидел знакомую фигуру. Девушка сидела на скамейке в парке и рисовала. Я узнал её сразу. Это была Настя.Остановился, не смея пошевелиться. Боялся, что она снова убежит.Набрался смелости и подошел к ней.— Настя, — тихо произнес я.Она подняла голову и посмотрела на меня. В её глазах я увидел боль, страх и... надежду.— Дима, — прошептала она.Я подошел к ней ближе и опустился на колени.— Прости меня, Настя, — сказал я, глядя ей в глаза. — Прости меня за всё. Я был дураком. Я причинил тебе боль. Я люблю тебя больше всего на свете. Дай мне шанс всё исправить.Она молчала, глядя на меня. Слезы текли по её щекам.— Я не знаю, Дима, — сказала она. — Я боюсь. Боюсь, что это снова повторится. Боюсь, что ты снова причинишь мне боль.— Этого не будет, — ответил я. — Я обещаю тебе. Я изменюсь. Я стану лучше. Я сделаю всё, чтобы ты снова доверяла мне.Взял её руку в свою.— Пожалуйста, любимая, — сказал я. — Дай мне шанс.Она посмотрела на меня долгим, пронзительным взглядом. И наконец кивнула.— Хорошо, Дима, — сказала она. — Я дам тебе шанс.Я обнял её крепко-крепко, боясь отпустить. Я нашел её. Я вернул её. И я сделаю всё, чтобы больше никогда её не потерять. Наша история еще не закончилась. У нас есть шанс начать всё сначала. И я не намерен его упускать.Солнце мягко грело наши лица, пока мы сидели на скамейке, держась за руки. Тишина между нами не была гнетущей, а скорее наполненной пониманием и надеждой. Я видел в её глазах отражение своей собственной боли и страха, но также и проблеск веры в то, что всё может быть иначе.— Что ты здесь делаешь, Насть? — спросил я, нарушив молчание. — Рисуешь?Она слабо улыбнулась, кивнув в сторону альбома с набросками. — Пытаюсь. Хотела хоть как-то занять себя, найти хоть какой-то смысл в этом хаосе.Я взял альбом и стал перелистывать страницы. Наброски были мрачными и тревожными: сломанные деревья, бушующее море, одинокие фигуры, блуждающие в тумане.— Мне жаль, что ты пережила всё это, Насть, — прошептал я, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Я не хотел, чтобы ты страдала.— Я знаю, Дима, — ответила она, прижавшись ко мне ближе. — Я знаю, что ты не хотел. Но это произошло. И мы должны что-то с этим делать.Я обнял её крепче, чувствуя, как она дрожит. — Мы справимся, Насть. Я обещаю. Мы справимся вместе.

Несколько дней мы провели в маленьком городке, гуляя по тихим улочкам, разговаривая, делясь своими страхами и надеждами. Я старался быть внимательным и чутким, слушал каждое её слово, старался понять, что она чувствует.Она рассказала мне о своих страхах, о том, как её пугает мой гнев, о том, как она боится, что я снова сорвусь. Я выслушал её, не перебивая, и признал свою вину. Я признал, что был не прав, что моя усталость и раздражение не дают мне права причинять ей боль.Я пообещал ей, что буду работать над собой, что буду контролировать свои эмоции, что буду всегда ставить её чувства на первое место. Я пообещал, что никогда больше не допущу, чтобы она боялась меня.Мы договорились пойти к семейному психологу, чтобы вместе разобраться в наших проблемах и научиться лучше понимать друг друга. Мы договорились, что будем честными друг с другом, что будем говорить о своих чувствах, не скрывая их. Мы договорились, что будем работать над нашими отношениями каждый день, не давая им зайти в тупик.

Через несколько дней мы вернулись домой. Квартира встретила нас тишиной и пустотой, но на этот раз это была не гнетущая тишина, а тишина, наполненная ожиданием.Первые дни были трудными. Нам обоим было страшно, мы боялись повторить прошлые ошибки. Но мы старались, каждый день делали маленький шаг навстречу друг другу.Мы ходили к психологу, разговаривали, гуляли, проводили время вместе. Я старался быть внимательным к её потребностям, поддерживал её во всём.Со временем страх стал отступать, уступая место доверию и любви. Мы научились понимать друг друга с полуслова, чувствовать настроение друг друга. Мы стали ближе, чем когда-либо прежде.Стал больше времени проводить с Настей, делая то, что ей нравится: готовить, гулять, смотреть фильмы. Стал больше говорить ей о своих чувствах, о том, как сильно я её люблю.Жизнь постепенно налаживалась. Мы снова стали счастливыми.

Однажды вечером, когда мы сидели на диване, обнявшись, Настя вдруг сказала: — Знаешь, Дима, я думаю, что мы стали сильнее после всего этого.Я посмотрел на неё и улыбнулся. — Я тоже так думаю, Насть. Мы прошли через многое, но мы выстояли. И это сделало нас только крепче.Я обнял её крепче, чувствуя, как сильно я её люблю. Я знал, что нас ждет ещё много испытаний впереди, но я был уверен, что мы справимся со всем вместе. Потому что теперь у нас есть самое главное: любовь, доверие и готовность работать над нашими отношениями.Иногда я вспоминаю тот день, когда Настя ушла. Вспоминаю ту боль, тот страх, то отчаяние. И понимаю, что этот день был самым важным в моей жизни. Потому что он заставил меня измениться, заставил меня стать лучше, заставил меня понять, что самое важное в жизни - это любовь и отношения с близкими людьми. И я готов сделать всё, чтобы сохранить это. Всегда.