Глава 30

    ЛИСА. Последние несколько дней, которые я провела с Кристен, были просто замечательными. Мы распаковали все мои вещи, пообедали с мамой и осмотрели все достопримечательности города.К сожалению, Кристен все еще страдает от смены часовых поясов, поэтому сегодня она не захотела пойти с нами пообедать. Ничего страшного. Пока она спит, я могу побыть с Чонгуком, а когда вернемся, мы с Кристен снова сможем потусоваться.    Когда Чонгук выруливает Порше на дорогу, где я не вижу ничего, кроме заросших травой полей, я спрашиваю: — Куда это ты меня везешь?    Он одаривает меня озорной улыбкой, и я выпрямляюсь.    — Перед обедом мы заедем в несколько мест.    Что он задумал?В поле зрения появляются огороженные загоны, и когда я вижу лошадей, у меня отвисает челюсть, и я прикрываю рот руками.    — Чонгук!    Он останавливает машину, а я распахиваю дверь, выскакиваю и бегу к ближайшему загону.    — Пожалуйста, скажи мне, что мы здесь для того, чтобы купить некоторых из них, — говорю я, мой голос переполнен волнением.     — Нет.    Я поворачиваю голову, и мои брови сходятся на переносице.     — Тогда зачем мы здесь?    Уголок рта Чонгука приподнимается.     — Я уже купил их всех.    — Что? — Я оглядываю загоны.    Здесь так много лошадей.Чонгук купил их всех для меня. Меня захлестывает волна благодарности за то, что он спас их, и мой подбородок начинает дрожать. Я бегу к своему мужу и бросаюсь в его объятия, крепко обнимая.     Мой голос звучит хрипло, когда я говорю: — Спасибо тебе огромное. Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.    — Немного поздновато, но это мой свадебный подарок тебе.    Я отстраняюсь, чтобы увидеть его лицо.     — Это самый лучший подарок на свете. Больше мне ничего и не нужно.    Я вижу, что он говорит искренне:— Я рад, что ты счастлива, stellina mia.    Отстранившись от Чонгука, я подхожу к ближайшей лошади и осторожно протягиваю руку. Заметив, что это самец, я говорю: — Привет, мальчик.    Я жду, пока жеребец обнюхает мою руку, а затем осторожно провожу ладонью по его шее. Когда по моей щеке скатывается слеза, жеребец ржет, ударяясь головой о мою руку.    — Да, я здесь, чтобы отвезти тебя в безопасное место, где ты сможешь быть счастлив.    Он снова ржет, и мне кажется, что его большие черные глаза смотрят мне прямо в душу.Я слышу звук двигателей и, глядя на дорогу, вижу автомобили с прицепами. Чонгук подходит ко мне и кладет руку на поясницу.     — Я распорядился, чтобы лошадей отвезли в конюшни. Хочешь осмотреть поместье?    Я с неверием смотрю на своего мужа.     — Ты просто потрясающий. Да, конечно хочу.    Он берет меня за руку и ведет обратно к Порше.Первая машина останавливается, и увидев, как из нее выходит Массимо, я машу ему рукой.     — Большое спасибо за помощь.    — Всегда пожалуйста.    Пока я забираюсь на пассажирское сиденье, Чонгук останавливается, чтобы перекинуться парой слов с Массимо. Я наблюдаю, как его правая рука улыбается ему и похлопывает по плечу.Мне нужно пригласить Массимо и его семью на ужин.Я достаю телефон и делаю пометку в ежедневнике, чтобы не забыть, а затем улыбаюсь Чонгуку, когда он садится за руль.    — Большое тебе спасибо, — говорю я, поднимая руку и проводя пальцами по его шее.     — Для тебя все, что угодно, principessa.    Он заводит двигатель, и пока мы едем к другому дому, мое сердце наполняется таким волнением и счастьем, что я не могу перестать улыбаться.Когда Чонгук подъезжает к прекрасному участку земли, меня охватывает такая радость, что я не могу с ней справиться. Слезы наворачиваются на глаза, и я быстро смахиваю их.    — Ты в порядке? — спрашивает Чонгук.    — Трогательно и удивительно осознавать, что лошади смогут спокойно жить тут.    Чонгук останавливает машину возле конюшен и, перегнувшись через консоль, целует меня в висок.    — Cazzo, я так сильно люблю твое прекрасное сердце.    Мы вылезаем из Порше, и из конюшни нам навстречу выходит мужчина.    — Это Джанни. Он смотритель, но не говорит по-английски, — говорит Чонгук, прежде чем пожать Джанни руку. Он представляет нас и выступает в роли переводчика, пока мы приветствуем друг друга.Они несколько минут разговаривают, а затем Чонгук ведет меня в конюшню. — Я только что сказал ему, что Массимо и остальные скоро приедут, чтобы он мог все подготовить.     Заглядывая в одно стойло за другим, я говорю:— Ты же знаешь, что я буду проводить здесь много времени, верно?    — Конечно. Мне придется научить тебя итальянскому, чтобы ты могла общаться с Джанни.    — Это было бы здорово. — Когда мы выходим с другой стороны конюшни, перед нами простирается участок земли, уходящий за горизонт.     — Я планирую построить здесь еще несколько загонов и конюшен, — говорит Чонгук, когда мы выходим на поле.    — Ты так много делаешь для меня, — шепчу я. Когда мы останавливаемся, я смотрю на Чонгука: — Что ты хочешь в качестве свадебного подарка?    — Только тебя. — Он пристально смотрит на меня в течение нескольких секунд, а затем я удивляюсь, когда Чонгук опускается на одно колено. Его глаза наполняются любовью, когда он говорит: — Лиса, когда я увидел тебя, то подумал, что ты самая красивая женщина в мире. Но я ошибся.    Подождите. Что?    — Потому что ты не только самая красивая, но и самая бескорыстная и заботливая из всех, кого я когда-либо встречал. То, как ты любишь окружающих, покоряет меня. Страсть, с которой ты живешь, показывает мне, какой скучной была моя жизнь до тебя. Семнадцать лет я был потерян, но потом ты вернулась в мою жизнь и воскресила меня своей любовью. — Он поглаживает место, где находится его татуировка. — Stellina mia.Мое сердце.    Чонгук достает из кармана кольцо с черным бриллиантом, окруженным множеством маленьких сверкающих камней.     — Без тебя я буду блуждать во тьме. Будешь ли ты освещать меня своим звездным светом до конца наших дней?    Когда он поднимается на ноги, я пристально смотрю ему в глаза, пока по моему лицу текут слезы.     — Да, Чонгук.    Он надевает обручальное кольцо мне на палец, и на этот раз оно сидит как влитое. Затем он шепчет:— Пожалуйста, никогда не снимай его.    Мой голос дрожит от переполняющих меня счастливых эмоций, и я с трудом выдавливаю из себя: — Не сниму.     Чонгук обхватывает ладонями мои щеки и нежно целует в губы. Когда он отстраняется, из меня вырывается всхлип, но я сдерживаю слезы, чтобы сказать: — Наше путешествие началось с множества преград и хаоса, но когда ты полюбил меня, я поняла, что никто другой не сравнится с тобой. Из более чем восьми миллиардов людей я выбрала тебя, чтобы провести с тобой свою жизнь. Я буду любить тебя и в хорошие, и в плохие времена.    На его лице мелькает множество эмоций.     — Что ты только что сказала?    — Я люблю тебя, Чонгук. Всем сердцем.    Он тут же впивается в мои губы, словно отчаянно желает ощутить вкус моих слов. Между поцелуями мне удается прошептать: — Ты самый важный человек в моей жизни.    Чонгук обнимает меня, и, склонив голову, смотрит на меня с искрящейся радостью в глазах.Я запечатлеваю этот невероятный день в своей памяти, надеясь, что он станет одним из многих воспоминаний в моей жизни, которые я никогда не забуду.

Конец.