Глава 8

— Рад, что вам хватило ума не снимать перчатки. — И эти самые перчатки вдруг загорелись, вспыхнули, и сгорели за одну лишь секунду!Прямо на мне!— Я… тоже рада, — голос сорвался, я сама подняла ладони и внимательно в них вгляделась.Очень обрадовалась, не обнаружив ожогов и даже лёгкой боли не ощутив.— Я выясню, кто пробрался в вашу комнату, — пообещал мужчина с учтивым полукивком.Вот спасибо, какая щедрость с вашей стороны.Медленно опустив руки, я внимательно взглянула в его чёрные с вертикальным зрачком глаза.— Лучше займитесь улучшением магической защиты этого дома, — мило улыбнулась я.Мне ответили не менее лживой милой улыбкой и заверили:— Обязательно.Я улыбнулась шире, сладостным голоском напомнила:— Надеюсь, вы разобрались с тем мужчиной из кухни, и нас не будут ждать неприятные сюрпризы во время ужина.Мне продемонстрировали, что вежливо скалиться умею не только я.— Вам не о чем беспокоиться, — такое сладкое-сладкое, вежливое до невозможности.И вот мы стоим, скалимся друг другу, а в глазах едва ли не ненависть. Причём у обоих весьма обоснованная.Раэр ненавидел меня за то, что я влезла в их порядки… да и вообще во всё, и не просто влезла, а и нашла то, что пропустили они.Я злилась по той же причине — они пропустили элементарное. Они, не смотря на их разговор в той гостиной сразу после ухода Лисы и способностей, часть которых оба продемонстрировали, не сделали ничего, чтобы обезопасить хотя бы обитателей этого дома, не говоря уже о нас с Лисой. Они не делают вообще ничего!Я не удивлена, что они допустили смерти семнадцати принцесс. Сейчас, столкнувшись с проблемой нос к носу, я вообще уже ничему не удивлюсь, потому что теперь для меня кристально ясно: плевать они на нас хотели. И на нас, и на принцесс, и на договор о ненападении.Но было кое-что, без чего раэр Тэхен не ушёл бы просто так. И он полностью оправдал мои ожидания, едва только сделал угрожающий шаг ко мне и склонился к моему лицу, вдруг оказавшись невероятно близко, заставив меня саму до боли в шее голову назад откинуть, только была бы возможность в глаза смотреть. Но и на этом раэр не остановился, ему и этого оказалось мало, и меня совершенно некультурным, недопустимым образом схватили за ворот платья, стиснув тот так, что даже дышать трудно стало, проигнорировав вскрик Лисы, дёрнули и насильно прижали к мужскому телу так, что теперь не было совершенно никакой возможности вырваться.И только лишь после этого Ким, зачаровывая меня злым блеском своих тёмных глаз, прошипел практически мне в губы:— Страшно?Да! Страшно до дрожащих колен и онемевших рук! Страшно до вновь стянувшихся узлом органов и невозможности сделать нормальный вдох! Страшно до бешено ломящегося о рёбра сердца! И раэр, плотно прижимая меня к себе, без сомнений чувствовал моё сердцебиение, и ответ на свой вопрос он тоже превосходно знал!Но успокоило ли это его? Совершенно нет!— Я задал вопрос, Дженни, — ласково напомнил он и вдруг потёрся носом о мой нос, — но мне начинает нравиться ваше нежелание вести нормальный диалог. Я уже придумал несколько действенных способов гарантированно вас разговорить…Его шёпот, до которого скатился голос, обволакивал, окружал со всех сторон, забирался куда-то внутрь меня и будоражил там всё, до чего мог коснуться… его шепот невозможным образом согревал, но вместе с тем вгонял в такой ужас, что в какой-то момент я задержала дыхание и просто потрясённо смотрела в его глаза, находящиеся так близко к моим собственным.Чуть отстранившись, Тэхен не сдержал насмешливой ухмылки, изогнувшей его губы, но больше отразившейся в продолжающих ненормально мерцать глазах, с насмешкой же и поинтересовался, изогнув брови:— Я лишил вас дара речи, дорогая?Медленно облизнула губы… взгляд раэра моментально опустился на них, а лицо словно окаменело. Но это ни в коем случае не помешало мне чуть хрипловатым от неприятного потрясения голосом произнести:— Да, ваша наглость действительно лишает дара речи. Однако, куда больше внимания привлекают ваши глаза. Кажется, у вас проблемы. — И я с участием полюбопытствовала: — Вы обращались к лекарю?Секунда — примерно столько ему понадобилось, чтобы осознать суть мною сказанного, резко оторвать взгляд от моих губ, пристально вглядеться в глаза и уже действительно натурально окаменеть.Раэр перестал улыбаться, его глаза, потемнев, прекратили мерцать, а поскольку он продолжал с силой прижимать меня к себе, я натурально ощутила, как напряглись все его мышцы, действительно превратившись в камень. В непробиваемый.Лиса, всё это время стоящая рядом и с неприязнью наблюдающая за всем этим безобразием, отошла от некультурного шока и звенящим от негодования голосом отчеканила:— Раэр Ким Тэхен, я требую, чтобы вы немедленно отошли от Дженни и впредь держались от неё подальше!Мужчина, неприязненно улыбнувшись, повернул голову и внимательно посмотрел на Лису. Внимательно и… угрожающе!— Вот только попробуйте, — предупредила его крайне серьёзно.И неосознанно потянулась к своей магии, пока ещё не собираясь её использовать, но на всякий случай приготовившись к нападению. Мог ли раэр напасть? Мне бы очень хотелось верить, что он не опустится до подобного, но его глаза… в них уже практически читался приговор.Приговор для Лисы.Где-то на краю сознания мелькнула предательская мысль о том, что всех семнадцать принцесс мог убить именно он… Мысль мелькнула и исчезла, сметённая чётким осознанием: я не позволю ему причинить Лисе вред.И я сделала то, чего, наверно, делать не стоило.Подняв руку, положила её на основание шеи отчего-то дёрнувшегося и резко повернувшегося ко мне раэра и…Импульс чистой энергии едва не сломал мне руку и должен был как минимум отшвырнуть мужчину от меня. Раэр после такого удара должен был временно лишиться дыхания и по меньшей мере на сутки потерять сознание, не смог бы говорить ещё дня три, а грудь и шея болели бы у него ещё ближайший месяц… теоретически.Запрещённый приём, ему научил меня глава королевской стражи лорд Райан, и мне бы следовало использовать что-то иное, менее опасное, но я побоялась, что всё остальное может не подействовать или произвести не тот эффект…Импульс должен был сработать.И раэр должен был перестать быть проблемой хотя бы на сутки.Должен был.Но ничего не произошло.Магия всколыхнулась внутри меня, чётко направленная, она с болью прошла через мою левую ладонь и не сделала ничего. Ничего! Не произвела никакого эффекта! И тот, кто должен был упасть без чувств и даже без дыхания, просто вопросительно вздёрнул тёмную бровь.Я задохнулась от ужаса!Одёрнула ладонь, отшатнулась назад, кажется, разорвав ворот платья, который держал и не сразу успел отпустить раэр, запуталась в юбке и чуть не упала, но устояла и даже не заметила этого.Я широко распахнутыми от ужаса глазами смотрела на недоумевающего и медленно вновь злящегося мужчину и даже не дышала!Бежать! Мне хотелось схватить Лису и бежать! Просто бежать!Но вместо этого я с ощутимой дрожью в голосе попросила, не сводя взгляда с мрачного раэра:— Лиса, прошу тебя, вернись в свою комнату и запри дверь.Пристальный взгляд раэра не обещал мне ничего хорошего. Напротив, он гарантировал большие, просто-таки огромные проблемы.Лиса, без проблем ощущающая искрящееся в воздухе напряжение, без возражений развернулась и покинула мою комнату, оставляя нас с Кимом наедине.С лёгким облегчением я услышала, как открывается, а затем закрывается дверь уже её покоев.И только после того, как моя Лиса оказалась в относительной безопасности, я просто не сдержалась:— С вашими возможностями смерть семнадцати принцесс непростительна.Перейдя на понятный для моего восприятия айшисский, раэр с едва слышным акцентом холодно проговорил:— С вашим скверным характером и несовместимым с жизнью любопытством даже удивительно, что вы до сих пор дышите.— Это угроза? — Мой голос звучал столь же холодно.— Наблюдение, — властно исправили меня и тут же добили: — Впредь советую вам не совершать подобных эмоциональных действий.Испытывающей обоснованное негодование мне не позволили и слова сказать.— Выйдешь из спальни — я вернусь и сделаю так, что ходить для тебя будет максимально сложно.После чего раэр Тэхен пожелал оставить испуганную и несколько растерянную меня, развернулся и с поразительной устрашающей грацией двинулся на выход.Но уходил он не то чтобы очень быстро, а потом я успела несколько справиться со своими эмоциями и задать вопрос:— Вы опуститесь до избиения женщины?Конечно, это не было редкостью даже у нас дома… к несчастью. Но практиковался подобный способ влияния и воздействия на женщин только у неблагоприятных семей, брак в которых был заключён по решению родителей невесты и жениха. Даже главари преступных банд переросли тот период, когда в почёте было выражение «бьёт от большой любви».Я просто даже не ожидала, что здесь процветает подобное… Открытие было не из приятных, мягко говоря.Раэр остановился уже практически на пороге моей спальни, пугающе медленно обернулся и крайне внимательно посмотрел в мои глаза.— Вас били? — Вымораживающим до костей голосом спросил он что-то совершенно нелогичное.Всё командование королевской стражей в разные периоды времени было моими личными тренерами, а там пятнадцать здоровенных мужиков с разными способами обучения, но с одинаковой любовью к рукопашным схваткам с маленькой мной… По началу — да, меня били. Старательно, точно и крайне болезненно, но это было давно и и с другой мной.Очень быстро маленькая девочка научилась уходить от захватов больших и сильных и бить так, что без сил падали все.Но тьма бы я стала рассказывать об этом раэру.— Нет, — отозвалась спокойно.— Врёшь, — сходу определил он и тут же потребовал: — Кто?— Меня никто не бил, — я слегка даже растерялась даже не от самого вопроса, хотя и он был странным, а от тона, каким это было спрошено.Угрожающе прищурившись, Ким холодно решил:— Сам узнаю. — И раньше, чем я успела что-либо понять, ответил на ранее звучавший вопрос таким тоном, словно я была неразумным ребёнком и не понимала очевидных вещей: — Существуют куда более приятные способы провести с женщиной время так, чтобы она после этого не смогла ходить.И на меня посмотрели крайне выразительно и с намёком, не понять который мог только совершенный глупец.— Извращенец, — поняла я со всей очевидностью, неприязненно взглянув на мужчину.Он… неожиданно улыбнулся и, посмеиваясь, заверил:— Ты даже не представляешь, насколько права.И ушёл уже окончательно, закрыв за собой дверь и оставив меня в крайне противоречивых чувствах.