Невозможные разговоры

Ни сцены, ни света — только холод экрана и звон входящих уведомлений.После того, как ночь подарила слишком много близости, утро принесло обратное: тревогу.

Сообщение от менеджера:

«Срочный сбор в 12:00. Проблема с фанатским форумом. Обсудим лично. Не опаздывать.»

Вонен прочитала это, и сердце пропустило удар.Слишком знакомый тон. Холодный. Безэмоциональный.Такой же был, когда ей напоминали: «Айдол — не человек, а образ».

⸻

— Ты тоже получил? — спросила она Сонхуна, когда тот вошёл в комнату.

Он кивнул.

— Читал ещё ночью. Не хотел говорить сразу. Не хотел рушить утро.

— Оно уже было не обычным, — прошептала она.

Он сел рядом, взял её за руку.

— Мы знали, что будет сложно.

— Но не думала, что настолько быстро.

Тишина сгустилась между ними.

Он впервые не ответил. Только сжал пальцы.

⸻

На собрании было душно. Не от температуры — от напряжения.

С одной стороны: менеджеры. С бумагами, телефонами, таблицами.С другой: двенадцать молодых людей, в которых кипела правда — и страх быть наказанными за неё.

— Нам поступили жалобы, — начал один из координаторов. — Некоторые фанаты заподозрили «нездоровую близость» между вами.— И особенно — между представителями разных групп, — добавила женщина из PR. — Это может нанести ущерб имиджу.

— То есть... — Джей приподнял бровь. — Дружить тоже нельзя?

— Дружить — пожалуйста. Но обниматься, смотреть друг на друга на сцене, намекать в интервью — нет.

Сонхун сжал челюсть.

— Мы не делали ничего предосудительного.

— Вы забываете, — вмешался главный менеджер IVE, — что вы — проект. Продукт. Вас покупают. И вам доверяют. А значит, вы должны сохранять образ.

— А что, если наш образ — быть собой? — тихо спросила Лиз.

— Тогда найдите другого продюсера, — отрезал он.

⸻

После собрания дом был тише обычного. Даже музыка не играла. Даже холодильник гудел осторожнее.

— Они даже не оставили нам воздуха, — пробормотала Рей, сидя на кухонном подоконнике.

Ники подошёл и встал рядом, не дотрагиваясь.

— Я так зол, — прошептал он. — Не на тебя. На них. На всю эту систему.

— Я тоже. Но, Ники... если кто-то узнает — они могут разлучить нас. Перевести. Разделить.

— Тогда пока будем молчать. Но не прятаться.

Она кивнула.Молчать, но не прятаться.Это уже было борьбой.

⸻

Юджин сидела у стиральной машины, будто та могла дать ей ответы.

Джейк присел рядом.

— Хочешь — сбежим?— Куда?— На крышу. В лес. В другую реальность.

— А если нам потом придётся заплатить за каждый шаг?

Он вздохнул.

— Тогда будем платить вместе. Главное — быть рядом.

Она закрыла глаза. Облокотилась на его плечо.Слов не нужно.

⸻

Гаыль и Хисын сидели в музыкальной комнате.

Он пытался сочинить мелодию, но пальцы дрожали.

— Я хочу написать песню. О нас. Но... как её выпустить, если нас не должно быть?

— Пиши. Хоть для себя. Хоть на бумажке. Но не молчи, — сказала она. — Потому что молчание — и есть их победа.

Он посмотрел на неё — и увидел больше, чем можно было сказать.Сила. Точность. Искренность.

Если он и напишет песню, то именно о ней.

⸻

Вонен закрыла дверь в комнату. Сонхун уже был там. Они смотрели друг на друга молча.

— Я хочу... — начала она, но голос сорвался. — Я хочу остаться собой. И с тобой.— Тогда оставайся. И оставайся со мной.

— А если нас заставят выбрать?

Он подошёл ближе, его лоб коснулся её.

— Я не выберу карьеру, где нельзя быть собой.— Ты уверен?— А ты?

Она вдохнула. Медленно.— Я хочу танцевать, петь, жить. Но если ради этого нужно предать себя... тогда это не жизнь.

Он поцеловал её. Не ради протеста. Ради напоминания: они — реальные.

⸻

Позднее, когда в доме стало темнее, когда все разбрелись по комнатам, Лисо подошла к Чонвону на кухне.

— Можно тебя на минуту?

Он кивнул. Они вышли на балкон.

— Я боюсь, — сказала она. — Что завтра нас вызовут и скажут: «Вы больше не можете жить вместе».— Я тоже боюсь.

— Но... если всё это закончится завтра, я не хочу жалеть. Ни о чём.

Он взял её руку.

— Тогда запомни: если они нас разъединят — мы всё равно найдём друг друга.— Даже если без камер и сцены?— Даже если в обычной жизни. Я бы хотел знать тебя — не как айдола. А как Лисо.

Она улыбнулась.Так просто. Так страшно. Так правильно.

⸻

Ночь была тише всех предыдущих.Но в этой тишине зрели решения.Те, что не произносятся на собраниях.А принимаются в сердце.