Ники [ENHYPEN]

Я даже не знаю, почему полюбила его. Он - весь такой взалмышный, активный и противный; я - напротив: тихая, спокойная и даже в какой-то степени рассудительная. Говорят, противоположности притягиваются. Скорее всего, так с нами и случилось. Потому что разумного объяснения тому, как так вышло, что я безумно влюбилась в старшего брата подруги, нет.

Мы учились в одной школе; он - на год старше меня. Главный активист класса, президент кружка танцев. Всегда яркий, улыбчивый, но с весьма отвратительным характером. Все, кто хоть как-то ему не нравились, давились ядом, которым плевался Рики в общении с ними. Со мной у него были отношения не плохие, но и хорошими их назвать было нельзя. Мы были где-то в середине его шкалы "от ненавижу до люблю". Я просто была подругой его младшей сестры, что зависала с ней, иногда слишком громко смеялась и могла съесть его любимую последнюю конфету.

Но даже не смотря на отношение его к людям, его главной страстью, тем, что могло его успокоить в любой момент были танцы. Он буквально дышал, жил и питался танцами. Он пархал по паркету; его тело было одной сплошной мышцей без костей, которая полностью подавалась разуму и воле самого танцора. Смотреть на Рики, когда он танцевал было для меня чем-то невероятным. Чем-то, что может удастся только невероятно везучему человеку с прекрасной кармой. Танцы были для него жизнью.

Впервые ему я решила признаться в чувствах, когда на горизонте у парня намечались выпускные экзамены, а уже через несколько недель он должен был покинуть школу и уехать учиться в столицу, в Токио. Откуда у меня тогда появилось столько сил и решимости, не известно. Но я точно помню то, какое насмешливое и самодовольное лицо было у парня. "Твои чувства - это подростковая брехня. Через пару месяцев ты снова влюбишься и думать про меня забудешь. Так что, малыш, расслабься и иди учи уроки" - вот, что мне тогда сказал Нишимура. Я, конечно, морально готовила себя к подобному исходу, но предполагать и чувствовать - абсолютно разное. И показать, какие на самом деле сильные чувства я испытывала к нему, я не могла. Я просто не знала, как это сделать. Не знала хотя бы потому, что видела то, что Рики это было не нужно.

Тогда Нишимура собирался поступать в танцевальное училище на режиссёра танца. Все вокруг знали о том, как сильно любит парень танцы. И родители поддерживали его в этом; они вообще были люди, которые готовы были поддержать своего ребенка в любом начинании и желании. Самые настоящие родители, в отличие от моих. А все потому, что мои родители были из тех самых консервативных людей, которые считали, что длинные волосы для девушки - это гордость; что секс должен быть только после свадьбы и все такое. Но самое главное их суждение было о том, что только родители могут выбрать ребёнку подходящую профессию, потому что они "знают лучше". Именно поэтому, с 15 лет я знала, что буду прокурором. Все дело дошло даже до того, что они уже к 16 годам выбрали мне университет и расписание пар. Так я и жила, зная о том, что буду тем, кем быть никогда не хотела и не захочу.

Это случилось так неожиданно и внезапно, что все были потрясены. Вся школа стояла на ушах, когда прошёлся слух: "Рики Нишимура больше не сможет танцевать". В тот день я бежала так быстро, как не бежала никогда на уроке физкультуры, сдавая бег. Я летела, сбивая прохожих, рекламные установки и все, что попадалось мне на пути. Не сказать, что дом подруги находился далеко от школы, но в тот момент мне показалось, будто он расположен на другом конце света.

На подъездной дорожке стояла машина скорой помощи, и уже тогда мое сердце впервые разбилось вдребезги. Мне показалось, что я чувствую боль парня и то, как сейчас ему плохо. Открыл мне дверь глава семейства, и на его всегда собранном и ничего не выражаещем лице я увидела боль и страх за сына. Тогда скатилась моя первая слеза.

В доме творилась сумотоха: врачи ходили туда-сюда, мама подруги плакала, сидя на диване в гостиной, саму подругу я нашла в ее комнате. Она забилась в угол на кровати и плакала, сдирая кожу на руках. Я видела, что она на грани психического припадка, но ничего не могла сделать. И только она заметила меня, как тут же поддалась вперед и упала на меня, крепко прижимая к себе. Я, не выдержав эмоционального давления, тоже зарыдала. Что-то мне подсказывает, что все настолько плохо, что мне предстоит очень сложная борьба не только с собой, но и с парнем. Еще не зная, что случилось, я готова была бороться с отвратительным характером Рики, лишь бы дать ему почувствовать себя нужным.

Когда мы обе успокоились, я все же решилась спросить, что случилось: - Расскажи мне, - тихо прошептала я сухим голосом. На лицо напротив легла тень боли и печали. Кажется, только я в этом доме считала, что, если Рики все еще жив, то остальное можно пережить. Но и в этом доме только я любила его совсем по-другому.

- Сегодня, - голос девушки снова задрожал, из-за чего мне пришлось ей подать уже третий стакан воды, - сегодня Рики ушел на тренировку, хотя с самого утра жаловался, что у него болит спина. Это его давняя травма: когда ему было 10, он неудачно упал с горки и сломал копчик. Все это выросло в какие-то осложнения, и врачи сказали, что ему нужно прекратить танцы, потому что он может остаться инвалидом, - на последнем слове она всхлипнула, а я задержала дыхание, - но он же упрямый, поэтому его не переубедить. Вот и сегодня он ушел. А потом... а потом нам позвонили и сказали, что он упал на тренировке, и его забрала скорая.

Девушка все же заплакала, сжимая мой свитер в руках. Я, все еще держащая свои эмоции при себе, сидела, словно статуя. Я знала, что стоит мне покинуть дом или просто остаться одной, как я зарыдаю в голос и не смогу остановиться долгое время; однако сейчас мне нужно было держаться, потому что, стоит расплакаться мне, как подруга сделает тоже самое, а это было сейчас не кстати. - Что говорят врачи? - сухо спросила я, пытаясь проглотить ком в горле. - Они сказали, что он больше не будет ходить, - словно смертный приговор, прошептала девушка. И в этот момент по моей щеке скатилась слеза, которую я пообещала стереть и больше никогда не плакать.

***

Первый раз за долгое время Рики я вижу только спустя месяц после случившегося. В тот день я зашла к подруге, как и делала это каждый день, чтобы поддержать ее и ее семью, и увидела его через щель в двери. Он лежал на спине на своей постели с закрытыми глазами. Такой же бледный, как и простыня под ним и одеяло сверху. Из его комнаты подул свежий поток воздуха, который донёс до меня запах лекарств и хлорки. Неприятный страх накрыл мое сердце, но я аккуратно толкнула дверь и вошла. Парень даже не дрогнул и не открыл глаз:- Уходи, - хриплым голосом сказал он. По телу побежали мурашки толи от холода, толи от его голоса и интонацией, которой это было сказано. - У тебя окно открыто, холодно наверное. За окном ещё не лето, - на это Рики резко открыл глаза.

Весь мой путь от входа в комнату и до окна тщательно проследили острые и внимательные глаза. Я, закрыв дрожащими руками створки окна, повернулась обратно, но почему-то не могла уйти. - Как...- Как я? А ты не видишь? - я не успела даже подумать, что спрашиваю, как парень быстро одернул меня и смерил взглядом, полным отвращения, - зачем вообще пришла? - я, потерявшая дар речи от шока и данной ситуации, просто стояла на месте, не дышала и только смотрела на парня. Его тёмные волосы рассыпались по подушке, а бледная кожа почти сливалась с постельным бельём; он был скрыт по самый подбородок одеялом.

Чтобы ситуация не переросла в скандал или ссору, больше похожую на взрыв, я решила разговаривать с ним так, будто он мой давний друг. Я понимала, что сейчас, когда он находился в таком положении, к нему относились по-особенному, опекали или уделяли столько внимания, сколько уделяют маленькому ребёнку. И я понимала, как его это раздражало, поэтому хотела, чтобы со мной он чувствовал себя полноценным человеком. - Ты когда-нибудь перестанешь хамить всем подряд? - внешне я старалась быть спокойной и уверенной, но внутри меня бушевало столько эмоций, что органы просто сжались в одну мышцу. - А ты когда-нибудь перестанешь лесть в то, что тебя не касается? - и после этой фразы весь мой боевой дух как ветром сдуло. Сразу же перехотелось вообще как-либо подбадривать его или же самой проявлять какую-то инициативу.

***

- Куда собралась? - я, застывшая с одним ботинком в руках, подняла голову вверх и уставилась на мать, как олень, ослепленный светом фар на дороге. Она, прислонившись к косяку двери, скрестила руки на груди и смотрела на меня так, словно я преступник, пытающийся сбежать. - В дом к Нишимура, - продолжая обуваться, ответила я. Я торопилась закончить и уйти, потому что чувствовала, что сейчас мама снова начнёт мне читать нотации. Сейчас разразится новый скандал. - А когда ты начнёшь хоть что-то делать у себя дома? - я закатила глаза и выдохнула, но ничего не ответила, - ты постоянно там пропадаешь, и я уже не знаю, что думать. Чем ты там таким занимаешься, что пропадаешь там? - я снова молчала, торопясь завязать последний шнурок на ботинке, - Вдруг, ты там наркотики принимаешь или занимаешься беспорядочными половыми связями?

Это была последняя капля. Я могла стерпеть то, как мама относится ко мне, но чтобы осуждать и клеветать семью, которая считала меня членом - это было уже слишком. - Не смей, - прошипела я. Впервые я позволяла себе грубить маме или хоть немного повышать голос, - у них сын стал инвалидом, и я поддерживаю так, как могу. Они любит меня, в отличие от вас, и интересуются тем, чего хочу я. Я обязана поддерживать их хотя бы потому, что безумно люблю Рики, - мать смотрела на меня безумно. Так, будто я посмела предать родину, как минимум. На секунду мне показалось, что у женщины выросли рога и крылья, а в руке появился огненный трезубец. Она была точно дьяволом.

- Слышал бы это твой отец, сразу бы поставил на место, - я обозленно схватила ключи и уже намеревались покинуть дом, как мать схватила меня за руку, - ты никуда не пойдешь! - Я сама могу решить для себя, куда хочу идти и где хочу остаться, - но не успела я и слова сказать, как получила сильнейшую пощёчину. В лёгких сразу же сперло, а душа покрылась коркой льда. - Довольна, мелкая паршивка? - она сильнее схватила меня, - думаю, на сегодня тебе хватит самостоятельных решений, - но это ударило меня сильнее всего, поэтому я просто дернула свою руку что есть мочи и отпрыгнула от женщины ближе к выходу. Но не ушла. Мне предстояло высказать женщине все, что я хотела бы, чтобы она знала.

- Так нельзя, мама! Я ваша дочь, и вы хотя бы иногда должны были меня спрашивать, чего я хочу. Ваше воспитание - это абсурд, а не идеал! Не в одной семье не доходит дело до такого, а вы даже решали за меня, что мне есть и что одевать. Скажи, вы одержимы? Да вы с отцом психи! - я кричала и чувствовала, как на душе постепенно становилось легче. Впервые в жизни я решила сказать все, что хотела. Женщина продолжала стоять с широко открытыми глазами и смотреть так, будто видела что-то неземное, - Я устала от всего этого. Я больше не буду делать то, что вы говорите. Впредь я буду делать только то, что захочу. И прокурором я не стану никогда! - это прозвучало очень твёрдо и решительно. Еще решительные был только хлопок дверью, которая я закрыла со всей силы.

Дома у Нишимура было как и всегда тихо. Так здесь было тихо уже полгода. Осень брала свои права, поэтому здесь виселл неприятный холодок, хотя и отопление можно было включить. Но об этом уже никто не беспокоился, потому что все были на работе. Все, кроме подруги. - Я поругалась с мамой очень сильно, могу сегодня остаться у тебя? - мне было неловко, потому что и без меня у девушки и ее семьи было много проблем. Но та лишь устало улыбнулась и ответила положительно.

- Что говорят врачи? - снова спросила я. Это я спрашиваю каждый день на протяжении всего времени, что хожу сюда, а это я делаю каждый день. Подруга снова пожимает плечами. - Все бесполезно. С тем, что случилось, ничего не сделаешь. В Кореи просто нет таких врачей, которые хотя бы просто захотели с ним поработать. Его выписали неделю назад. До этого он хоть под надзором врачей пил таблетки, теперь вообще отказывается, - я пытаюсь не запускать разговор в не то русло, но не выходит. - Что за таблетки? - Обезболивающее. Каждую ночь его спина болит так, что он кричит в горячке; мама плачет на кухне, а отец закрывается в кабинете. Мы не знаем, как ему помочь. От этого ещё хуже, - по спине бегут мурашки, но я не могу заплакать, потому что слезы закончились. Первые дни я плакала слишком много, - все стало еще ужаснее после того, как он решил совершить попытку суецыда.

По телу бегут мурашки, и я уже не могу сдержаться. Мне плохо было, было плохо и семье Рики, и меня раздражает то, что он видит только в себе жертву. Я понимаю его, ему сложно, как никому. Но в то же время я готова кричать, что я, собственно, и делаю. Я просто залетают в комнату к парню, в которой бываю настолько редко, что могу посчитать по пальцам, сколько раз здесь была за полгода (время, которое прошло с того случая) - Ты совсем ненормальный? - сдираю я одеяло с парня и вижу, как по его телу тут же бегут мурашки. Подруга прибегает за мной и пытается как-то влезть, но я не позволяю ей этого, закрывая перед ней дверь и щелкая замком, - вместо того, чтобы лежать и замечать только свое горе, советую тебе оглянуться. Люди вокруг тебя тоже страдают!

Рики смотрит на меня безразлично и я даже думаю о том, что он не понимает меня. Но когда он закрывает глаза и просит меня "смыться отсюда", я понимаю, что на правильном пути:- Тебе пытаются все помочь по-своему, и если ты перестанешь смотреть на всех как бык на новые ворота, тебе станет жить легче. Могу представить, остаться инвалидом и отказаться от мечты - это ужасно больно. Но ты, в первую очередь, мужик, который должен собраться и попытаться хоть что-то изменить, а не прыгать в кусты и сводить концы с жизнью, - мой голос уже сел и охрип от второй истерики за день, и я чувствую, как силы покидают меня. Нишимура смотрит на меня теперь удивленно. И тогда в голову приходит мысль, от которой я уже не смогу отделаться или отказаться, потому что произношу в слух.

- Я готова стать врачом и сделать все, что в моих силах, поставить тебя на ноги и даже сделать так, чтобы ты танцевал. Только постарайся и ты. Выздоровление на 50% состоит из желания пациента поправиться.

***

И я действительно делаю так, как пообщела парню. Вот только это стоило мне отказом от меня родителей. Они просто предпочли выгнать меня из дома надеясь на то, что тогда я остепенюсь и попрошу прощения. Но теперь я чувствовала ответственность не только за себя, но и за Рики, который, кажется, поддакивал мне, но в глубине души смеялся. Я видела недоверие в его глазах. Я видела то, как он закатывает глаза, когда я ему рассказываю о том, что сдала экзамены выпускные на сто баллов и уже готовлю документы для поступления в медицинский. Вижу, как кривится, когда я кричу на всю его комнату, что поступила. Мне неприятно, что он не верит в меня, но это только подталкивает доказать, что ради него я готова на все.

И даже то, что он лежит, ничего не может делать сам и кормить его приходится с ложечки, ни на сколько не уменьшает моей любви к нему. Я по-прежнему могу вскользь признаться ему в чувствах. Конечно, получаю я в ответ тишину, что болью отдаётся в сердце. Но каждый раз себя утешать тем, что Нишимура сейчас точно не до любви и отношений. Я просто не хочу думать о том, что он просто ничего ко мне не чувствует.

5 лет спустя - Ты уверена, что сможешь справиться? - сотый, кажется, раз спрашивает моя ассистентка и по совместительству подруга. Я, кажется, в сотый раз киваю утвердительно, хотя руки и дрожат, - а вот я сомневаюсь. Я бы вообще не решилась подойти к операционному столу, будь на нем мой любимый человек, - я лишь вздыхаю и выпиваю уже вторую за час таблетку успокоительного. - Я обещала ему, что стану врачом и поставлю его на ноги. Я обещала, что он будет танцевать, как и мечтал до всего этого.

Готовясь к операции, я невольно вспоминаю все, что мне пришлось пройти за эти 5 лет. Было все: слезы, истерики, нервные срывы как у меня, так и у Рики. Сколько раз я хотела все бросить, вернуться под родительское крыло и стать этим чертовым прокурором, но каждый раз останавливала себя, потому что понимала: я могу изменить чью-то жизнь. Я могу изменить жизнь Рики, в которого уже успела проронить зерно надежды. Я могу изменить жизнь человека, которого люблю. Именно поэтому уже на втором курсе я получила стипендию "лучшего ученика факультета", а на третьем пошла практиковаться в лучшую клинику города. Я старалась, не спала ночами, учила от заката и до рассвета, не ела и не спала. После занятий бежала на практику, после практики домой к Рики, и только там могла себе дать вздремнуть полчаса, пока подруга кормила брата.

Нишимура тоже не терял времени: я, параллельно с учёбой, очень много читала о разных гимнастиках и массажах, которые помогали при данной травме. И в соответствии с моими указаниями, парень занимался. И именно по моему совету, парень решил открыть виртуальную компанию. Лежа целый день в комнате и имея под рукой планшет или ноутбук, парень много рисовал и именно так у меня появилась идея для Нишимура. Именно так он стал дизайнером игр. Я вселяла в него силы, он вселял их в меня. Именно так мы оказались почти у цели.

- И все же, я бы не советовала. Ты может переволноваться, сделать что-то не так. Ты уверена? - я, тяжело вздохнула и еще раз посмотрев на время, уверенно прошептала "да".

Еще 2 года спустяНочная смена подходила к концу, а за окном на горизонте появлялись первые лучи солнца. Ночь выдалась относительно спокойной, и даже тяжёлые пациенты не поступали. За дежурство выдалось две совсем несложные операции, поэтому я облегчённо вздохнула, попивая уже такой родной кофе из автомата. Во время дежурства я всегда отключила телефон, поэтому только сейчас привела аппарат в работу. В сообщениях висело одно не прочитанное.

"Он приехал" - гласило смс от подруги. Сердце приятно сжалось в груди, и я почувствовала, как по позвоночнику побежали мурашки.

Если рассказывать о том, что произошло за эти 2 года, то я могу рассказать только об изменениях в жизни Рики. Он уехал в Норвегию на реабилитацию после моей операции, там же продолжил работать, продвигаясь свои игры на новый уровень. Теперь он зарабатывал, лежа на диване, как бы это сказачно не звучало. Я была рада за него, но больше меня волновало то, как редко мы созванивались. Точнее, я почти каждый день разговаривала с лечащим врачом Рики, который детально отчитывался мне, вот только от парня я могла услышать только пару слов за неделю, а то и месяц. Я знала, что у него все замечательно, и что он уже через полгода после прибывания в другой стране, встал и даже сделала несколько первых шагов, что сняли на видео и прислали мне. Я знала все о его жизни, вот только о том, что он испытывает ко мне - ни слова.

Я же продолжала работать в лучшей поликлинике города, лечила людей, дома занималась различными исследованиями ради выздоровления парня. Меня устраивало все "от" и "до". Едиственным ярким событием за эти два года стала моя встреча с родителями. Мы случайно столкнулись в магазине подарков в канун Рождества. "Ну что, добилась расположения своего ненаглядного?" - только спросила мама, из-за чего я поняла только одно: эти люди никогда не изменятся и не смогут понять, что были неправы в моем воспитании. Поэтому в тот момент я окончательно потеряла родителей.

Уже через три часа мое дежурство закончилось официально, поэтому я потихоньку собрала свои вещи и отправилась домой. Внизу, в отделении скорой помощи была суета и шум, поэтому, пробираясь через толпу, совершенно не разглядывала людей. Но мне пришлось остановиться, когда кто-то очень сильно толкнул меня в плечо. Я обернулась, чтобы попросить прощения, но тут же застыла, пораженная шоком. Ступор настиг меня, а тело сковало. - Привет, - Рики стоял от меня в паре метров, из-за чего больше был похож на призрака или мою больную фантазию, - неожидала, да? - смотря на него, могу сказать, что он изменился. Стал более мужественным, еще более высоким и черты лица будто стали чётче. Но все это делает его ещё более красивым и чудесным.

Вокруг будто вмиг стало пусто и тихо. Будто мы в этом большом холле больницы остались одни. - Здесь шумно, давай отойдем, - очнувшись, предложила я. Мне нетерпелось расспросить его обо всем. Все, что касалось его жизни мне жизненно необходимо было знать. - Стой, подожди, - схватил меня за руку парень, из-за чего по телу прошлась волна нежности. Захотелось прижать его к себе и обнять хотя бы потому, что я так давно его не видела, - мне нужно тебе кое-что сказать. Боюсь, если сейчас не сделаю это, потом уже не смогу.

- Думаю, это чудо, что сейчас стою перед тобой, - начинает парень, и я подхожу к нему ближе, чтобы слышать его. Мы соединяем обе руки, из-за чего сила контакта тел усиливается, - я вообще и не думал, что когда-нибудь буду стоять. Я вообще не верил ни в себя, ни в тебя. И только ты делала все за нас двоих. Честно, когда ты мне призналась, я сказал тебе "нет" не потому, что ты мне не нравилась вообще. Я чувствовал ответственность за то, что может случится в результате наших отношени; еще я боялся, что через год или два ты найдёшь себе кого-то другого, а я просто останусь один. Но ты все была рядом, а потом и стала ради меня тем, кто сможет подарить шанс ходить. И из-за того, что я тебе пока не мог ничего дать взамен, мне пришлось отказаться от отношений.

У меня перехватывает дух, но я не могу сказать и слова, потому что наступает миг, когда мозг просто превращается в кашу:- И мне о много пришлось подумать, и у меня для этого было почти два года. Хотя, нет! Я вру, потому что о тебе я стал думать еще года четыре назад. И знаешь, я понял, что ближе, чем ты - у меня нет никого. И я хотел дать тебе все, чтобы твои пять лет учёбы ради меня казались самым малым, что ты могла бы для меня сделать.

Я начинаю плакать, но парень прижимает меня к себе. Прижимает и шепчет о том, что любит. И я тоже люблю и буду любить.

P.S. Эта история, которую я придумала с участием Тэёна, но вышло так, что получился Рики🤭 хочу поздравить всех с Новым годом и желаю всем добиться всего, чего вы хотите. Люблю вас всех❤❤❤❤❤