Пробуждение в аду

Я очнулась от ледяной воды, хлынувшей мне в лицо. Резкий свет лампы бил прямо в глаза, заставляя щуриться. — Наконец-то, — холодный знакомый голос раздался где-то справа..— Добро пожаловать в конец твоей сказки, Ханбёль.Это была Ынсо. Я попыталась пошевелиться, но крепкие ремни сковывали запястья и лодыжки. Холод металлического стула проникал сквозь тонкую ткань платья. — Что.. что ты сделала? — мой голос звучал хрипло. Ынсо медленно обошла меня, поглаживая лезвие ножа. — О, милая, я просто ускорила неизбежное. Су Хо никогда не будет твоим. Она резко наклонилась, впиваясь пальцами в мои волосы: — Он даже не будет искать тебя.На столе зазводел телефон. Ынсо раздраженно схватила его: — Я же сказала не беспокоить!.. Что?.. Не может быть!..Ее лицо исказилось. Она бросила взгляд на меня, потом на охрану: — Готовьте машину!Внезапно раздались крики, звуки борьбы. Дверь с грохотом распахнулась. Первым ворвался Чхве с пистолетом в руке. За ним.. Су Хо. Его глаза метнулись ко мне, наполняясь яростью при виде синяков на моих руках. — Ты.. — прошипела Ынсо, отступая. — Как ты..— Я всегда нахожу свое — его голос звучал смертельно спокойно. Грохот выстрелов оглушил меня. Пули рикошетили от бетонных стен, осыпая нас осколками. — Вниз! — Су Хо потянул меня, прикрывая собой. Я почувствовала, как его тело дёрнулось — пуля задела плечо, оставив кровавый след на белой рубашке. — Ты ранен! Он лишь стиснул зубы, продолжая стрелять: — Пустяки. Вдруг двери распахнулись снова. Отец Су Хо вошёл в сопровождении вооружённых охранников, а за ним — бледный, как смерть, отец Ынсо. — Прекратите этот цирк! - старик Ким ударил тростью об пол. Тишина. Су Хо медленно поднялся, не выпуская пистолета: — Отец.. наконец-то ты увидел её истинное лицо. Секретарь Чхве показал на экран телефона — там было видео, как Ынсо отдаёт приказ о моём похищении. Отец Ынсо задрожал.— Это.. это невозможно..— Возможно, — холодно сказал Су Хо. — И за это вы заплатите. Отец Су Хо достал документ и разорвал его перед лицом отца Ынсо.— Ни о какой сделке речи идти не может. Ваша семья ответит за всё!Пуля лишь слегка задела плечо, но кровь продолжала сочиться, окрашивая белую рубашку в алый цвет. Он подхватил меня на руки.— Су Хо, ты ранен! —попыталась я возразить, но он лишь стиснул зубы. — Тише, малышка. Его руки были твердыми и надежными, даже несмотря на рану. Он пронес меня через весь хаос - мимо охранников, мимо бледного отца Ынсо, чьи колени подкосились, когда он осознал масштабы катастрофы. В машине я достала из бардачка аптечку. Мои руки дрожали, когда обрабатывала рану. Он не издал ни звука, лишь мышцы на животе напряглись, когда антисептик коснулся открытой раны. — Всё, готово. Но вместо благодарности его пальцы вцепились в мои бёдра, усаживая меня к себе на колени. — Ты дрожишь — прошептал он, касаясь губами моего виска.По приезду домой мы отправились в душ. Горячие струи воды смывали с нас кровь и порох. Его руки внезапно обхватили мои бёдра. — Ханбёль.. — его голос звучал хрипло.Я подняла глаза и увидела в его взгляде ту самую опасную смесь ярости и желания. Его губы нашли мои в жгучем поцелуе, а руки прижали меня к мокрой плитке. — Моя Ханбёль — прошептал он между поцелуями.Вода лилась по нашим сплетённым телам, смывая следы сегодняшнего кошмара, но оставляя нечто большее — неразрывную связь, скреплённую кровью и страстью. Он поднял меня, и я обвила его талию ногами, чувствуя, как он входит в меня. Наши стоны смешались с шумом душа.Мы двигались в едином ритме — исцеляя боль новой страстью. Он завернул меня в пушистый халат и унёс в спальню. Когда он лёг рядом, я прижалась к его груди, слушая ровный стук сердца. — Су Хо.. — прошептала я, проводя осторожно пальцами по повязке.Он прикрыл мою руку своей ладонью.— Этот суматошный день закончился, пора отдохнуть..