10

— Переодевайтесь, - бросаю пацанам приказным тоном, потому что не собираюсь задерживаться в чужом доме. – Ко мне поедем, - добавляю теплее. Все-таки мальчишки не виноваты, что у них такая расчетливая мать. Родителей не выбирают. По себе знаю. — Нет, - заявляют в унисон. — С чего это вдруг? – меня шокирует их отказ. — Нельзя уезжать с незнакомцами, - назидательно говорит первый близнец. Кажется, дублирует тон и манеру речи Лисы. — И ты нам не нравишься, - резко фыркает второй. — Ого! – не сдерживаюсь я. – Вашей маме я тоже не нравлюсь, это у вас семейное, - бурчу недовольно, а потом приседаю на корточки перед ними. – Зовут-то вас как? – выжимаю добрую улыбку. — Хëнджин, - тихо представляется мальчишка посговорчивее, но второй тут же толкает его в бок. – Ай, Феликс, - вскрикивает обиженно и потирает ушибленное место. — Хëнджин и Феликс, значит, - скольжу внимательным взглядом по близнецам. Пытаюсь запомнить, кто есть кто. Похожи очень, так еще и одевает их Лиса одинаково. Не различить, хоть крестик на лбу ставь. Мне определенно по душе данный вариант, но пока что я его отметаю. — Я Чонгук. Вот и познакомились! – хлопаю ладонями по своим коленям и поднимаюсь. – Теперь можно ехать, - протягиваю руки к детям. Близнецы отрицательно качают головами. Одновременно. И делают пару шагов назад. Тяжело вздыхаю. Быстро договориться не получится. Наверное, лучше сначала позвоню Намджуну и попрошу нарыть информации о «ночных похождениях» Лисы. И заодно адвоката ей прислать. Чем раньше все решится, тем быстрее избавлюсь от чужих детей. Становлюсь к мальчикам полубоком, разблокирую смартфон и ищу нужный номер. — Давно тебя не слышал, друг, - доносится бодрый голос. Наверное, на дежурстве с утра. – Чем обязан? Краем глаза замечаю, что близнецы меняются местами. Стоит мне повернуться, как на их лицах расплываются хитрые улыбки. Некогда анализировать, что происходит. Просто «записываю» данный факт на подкорку сознания. — Дело есть, - не знаю, с чего начать. – Странное… — Ну, это в твоем стиле, - смеется Намджун. – Что стряслось? — Мне нужен адвокат хороший, - выпаливаю с ходу. — Что в вашем понимании «хороший», господин Чон? – поддевает ехидно. – В моем окружении только обычные смертные. — Намджун да брось, - закатываю глаза. - Надежный и грамотный. Плевать на его статус, заслуги и награды. Нужно, чтобы отработал качественно. Тебе поэтому и звоню. Срочно сможешь адвоката прислать? — Так, Чон, ты во что-то вляпался? – напрягается Намджун. - А родители почему не помогут? — Не я, - спешу ответить, пока он не надумал ничего лишнего. – Лалиса Монобан. Она сейчас у следователя Мина. Обвиняется в краже, - выбираю самое безобидное, опуская момент с «романтической ночью» в номере, иначе взорвусь. – Адвоката для нее ищу. И заодно можешь по-тихому детали дела выяснить? – окончательно наглею, пользуясь безотказностью друга.— Адвоката направлю в ближайшее время, - охотно отзывается. – Детали… - задумчиво хмыкает. – Ну, я попробую. — Спасибо, Ник. Не представяешь, как выручишь, - опять кошусь на подозрительно притихших близнецов. — Алекс, а кто она тебе? – интересуется внезапно. – Лалиса Монобан? – не узнает в ней птичку Лису, с которой я его однажды знакомил. — Никто, - лгу я и отключаюсь. Лихорадочно вздыхаю, вспотевшей ладонью сжимаю несчастный смартфон, грозясь раздавить корпус. Нервничаю. Из-за девушки, которая для меня «никто». Чужая жена. Молодая мать. Черт, точно. Еще же с ее близнецами разбираться! Поворачиваюсь к детям, а они будто только этого и ждут. — Как нас зовут? – с вызовом кидает дерзкий малый. Его сторону принимает и «сговорчивый». Вдвоем буравят меня лукавыми взглядами. Не на того напали! — Хëнджин? Феликс? – правильно называю их по именам, потому что видел рокировку мелких хитрецов. – Ну, так что? Или вы едете со мной, или я просто оставляю вас здесь одних. В огромном пустом доме. Без мамочки, - тяну устрашающе. - Пять минут на размышления и сборы. Время пошло, - демонстративно поднимаю руку с часами и постукиваю по циферблату. Близнецы заметно огорчаются, что их шалость не удалась, а потом, осознав мои слова, испуганно переглядываются. Общаются без слов, будто на ментальном уровне понимают друг друга. Несколько секунд – и, кивнув мне синхронно, срываются с места. Мчатся наверх, в свою комнату, смешно шлепая босыми ногами по полу. Один-ноль в мою пользу, маленькие сорванцы! *** По дороге в квартиру близнецы ведут себя на удивление смирно. На какое-то время даже забываю, что они находятся на заднем сидении моей машины. Пристегнутые кое-как в пассажирских креслах, на подушках, потому что специальных приспособлений для мелких у меня нет. Из размышлений меня выдергивает обиженное детское ойкание. Невольно вздрагиваю, а потом ругаю себя на все лады. Видимо, я слишком резко вошел в поворот – и пацанов встряхнуло позади меня. Выехав на ровный участок дороги, притормаживаю и обеспокоенно оглядываюсь. Убедившись, что близнецы отделались легким испугом, я выдыхаю с облегчением. Наблюдаю, как они синхронно хмурят брови и надувают губы. — Мама водит лучше, - предъявляет мне Феликс.— Буду аккуратнее, извините, - бурчу, переводя внимание на дорогу. — Техëн говорит, без автокресел ездить нельзя, - назидательно тянет Хëнджин. Маленький зануда. — Знаете, что, - едва ли не взрываюсь я при одном лишь упоминании имени Кима. Раздражает этот хлыщ, даже когда его рядом нет. Не договорив, осекаюсь. Прокручиваю фразу Хëнджина в своей голове и ловлю, что именно в ней не так. Прищурившись, смотрю на малых через зеркало заднего вида. — Техëн? Почему не «папа»? – удивленно спрашиваю. Близнецы переглядываются, одновременно пожимают плечами и, не обронив ни слова, поворачиваются каждый к своему окну. Не понимаю, что происходит в этой семейке. Да и знать не хочу. Наслаждаюсь тишиной, которая сохраняется практически до самого дома. Мысленно прикидываю, чем бы занять пацанов, чтобы не чудили и не разнесли мне квартиру. И подсознательно молюсь, чтобы Джун скорее вытащил Лису из  участка.  Не представляю птичку там. Напуганную, растерянную, в домашних джинсах и кофте. Такую, как раньше… Надеюсь, адвокат прибудет вовремя и возьмет все разговоры с полицией на себя. Пропускаю Феликса и Хëнджина в квартиру первыми, а они мнутся, как два котенка, растерявшихся на новом месте. Лису напоминают. В день нашего знакомства. Отгоняю от себя ненужные эпизоды прошлого, беру мелких за руки и веду в гостиную. Усаживаю на диван, включаю им мультики и пару секунд просто смотрю на них, не понимая, что делать дальше. — Когда завтрак? – смущенно спрашивает Феликс. Хëнджин тем временем молчит, ничего не просит, но бурчание в желудке выдает и его. Все-таки я идиот. Конечно, Лису ведь задержали ранним утром. Пацаны только проснулись, когда ее увезли. Еще же бегали пижамы переодевать. — Я закажу сейчас что-нибудь, - спохватываюсь и ищу в мобильном браузере сайт службы доставки, в которой точно есть детское меню. Не знаю, чем питаются дети, так что доверю это дело профессионалам. — Техëн говорит, что еда из доставки опасна для здоровья, - фыркает Хëнджин. Опять Техëн, по имени. Неужели близнецы не Кима? Никогда не поверю, что он Лису с нагулянными детьми взял. Расчетливый, репутацией своей дорожит и не отличается благотворительными наклонностями. Нет, вряд ли. Скорее, какие-то личные заскоки и «методы воспитания». — Если завтрак приготовлю я, то вы точно не выживете, - ухмыляюсь ехидно.Близнецы закашливаются от неожиданности. Сканируют меня внимательно, но потом все же еле заметно улыбаются. Если шутки понимают, значит, выйдет из них толк. — У нас повар есть, - сообщает Феликс. — И мама вкусно готовит, - вздыхает Хëнджин, - когда Техëна нет дома, - уточняет. - Сегодня кексы обещала. Вечером, - опускает глаза. — Раз обещала, значит, будут, - выжимаю из себя некое подобие улыбки. – Но пока что… - возвращаюсь к сайту доставки. - Детское меню. Подумав, выбираю также пару блюд для себя – и отправляю заказ с доплатой за срочность. Правда, все равно доставка занимает около часа. Вижу, что пацаны буквально изнывают от голода. Вспоминаю просьбу Лисы: «Присмотри за ними» - и ее молящие глаза. Нашла, кому детей своих доверить, наивная. Вздыхаю, недовольный собой, и несу пакет с едой на кухню. Близнецы, позабыв о нашей «холодной войне», мчатся за мной на кухню – и с интересом заглядывают в емкости и коробки. Не успеваю и рта раскрыть, как Феликс хватает мой картофель с говяжьей отбивной, а Хëнджин забирает пиццу и греческий салат. Не дети, а нашествие саранчи. Пробежав еще раз взглядом по продуктам, ребята прихватывают плашки с красным соусом. Довольные уловом, устраиваются за столом. — Эмм, вам точно такое можно? – недоверчиво изгибаю бровь. — Конечно, - невозмутимо бросает Фелик, втыкая вилку в мясо, пока Хëнджин уплетает пиццу. Не верю им ни грамма. Но бой явно проигран мною, так что мне остается лишь махнуть рукой и сесть напротив, обложившись коробками с «детскими блюдами». Выглядят они, мягко говоря, не аппетитно. Несоленое пюре, вареное мясо, бледная каша и некое подобие пиццы. Наверное, это полезно. Прикрываю коробки, не притронувшись к еде, и, тяжело вздохнув, набираю Джуна. Несколько часов прошло. Должно же дело с места сдвинуться! Взглянув на перепачканных, но заметно подобревших близнецов, осознаю, что нельзя при них говорить о Лисе. Смышленные слишком. Поймут и испугаются. Грожу пальцем, приказывая малышне оставаться за столом, при этом сопровождаю свой жест суровым взглядом. И ухожу в гостиную. Пацанов же можно на пару минут одних оставить? — Когда отпустят птич… Лалису? – чересчур требовательно рявкаю я, как только Ник поднимает трубку. — Не кипятись, Чон, - парирует друг, и мне категорически не нравится его тон. – Правильнее сказать: если отпустят… Сжимаю зубы до скрипа, упираюсь кулаком в спинку дивана и судорожно раздуваю ноздри. Понимаю, что не должен давать волю эмоциям. Но моя выдержка дает сбой, когда дело касается Лисы, даже чужой, предавшей меня, выбравшей другого и родившей ему детей... — Какого беса там происходит? – выпаливаю я, но, подумав о близнецах, добавляю тише. - Что с ней? — Так, для начала хорошая новость, иначе ты взорвешься раньше времени, - тянет Джун, зная мой характер. - Так вот, адвокат на месте, с Монобан. Каждое ее слово, каждая подпись – под жестким контролем. Он делает все возможное, но… — Пусть сделает невозможное. Пообещай ему любые деньги, - рычу в трубку. «Только верни мне Лису», - мелькает в сознании. — Не в деньгах дело. За адвоката я ручаюсь, не беспокойся, - пытается угомонить меня, но тщетно. — Давай к плохой новости, Джун, - тороплю его нервно. – Что там? — Кхм, - откашливается, намеренно делая паузу. – Ситуация вот какая. Камеры видеослежения в отеле зафиксировали, как девушка, похожая на Монобан, заходит вместе с гражданином Гадомским в его номер. И через десять минут покидает его в суматохе со свертком в руках. Как утверждает потерпевший, она украла у него эн-ную сумму… — Это не она, - спорю я уверенно. – Лалиса не нужны деньги. У нее муж богатый. Чушь!— Камеры сняли ее лицо. И одежду. И… - Джун хочет продолжить, но почему-то умолкает. — Я лично домой ее отвез, - бросаю главный аргумент. — Да, но задолго до того, как все произошло, - повторяет слова следователя. – Приехав домой, Лалиса сразу же отпустила няню. Обвиняемая вспомнила о ней только в участке. Кроме тебя, получается, ее видела няня. И подтвердила время. Но все равно Монабан успела бы вернуться в отель, выпроводив всех вас и уложив детей спать.   — Стой, - массирую висок, внезапно простреливший болью. – Няня… А кто еще у Лалисы работает? Может, есть другие свидетели... — Вот тут начинается самое интересное, - хмыкает Джун. – Повара и уборщицу Монобан отпустила накануне, заявив, что не нуждается в их услугах вплоть до приезда мужа. Охранников у них нет. Ким – замкнутый человек. Мало кто вхож в их дом. Вместо охраны – собаки, сигнализация, тревожная кнопка и видеонаблюдение во дворе. — Ну, - вновь цепляюсь за надежду. – Записи с камер проверили? По ним должно быть понятно, что была дома и никуда не отлучалась.   — Через главные ворота никто не выходил, да. Запись велась всю ночь, - соглашается Джун, но я чую неладное. – А вот камера со стороны черного входа не работала. Монобан утверждает, что она сломалась перед отъездом мужа, и отремонтировать не успели. Совпадение? Слабо верится, - подытоживает он. — Знаешь, Джун, и все же доказательства пока сомнительные, - качаю головой. – За уши притянуты.   — Ты не даешь мне сказать главного, - выдыхает Джун. – Монобан пыталась опоить чем-то потерпевшего. Видимо, из-за большого веса мужчины доза на него не подействовала. И она оглушила его, разбив бутылку об голову. В этот момент я готов рассмеяться в трубку. О ком сейчас друг говорит? Маленькая птичка Лиса оглушила того польского борова? Не представляю даже… — Отпечатков пальцев на бутылке не обнаружили, но на осколках стекла нашли следы крови нападавшей. Видимо, порезалась случайно. Сравнили ДНК с кровью Лалисы. И… - нервно сглатывает. – Все совпало. Ошибка маловероятна, - уничтожает меня окончательно. — Зачем ей это? – хрипло выдаю. – Глупо ведь… Тем временем перед глазами мелькают кадры, заснятые Хосоком пять лет назад. В элитном клубе. Лисëнок в объятиях лысого богача. — Ты продолжаешь искать ей оправдание, потому что… - Джун прерывается на доли секунды, - потому что это та сама Лиса? Я не сразу узнал ее, но... — Наше прошлое здесь не при чем, - отрезаю я. — Очень даже «при чем», - рычит Джун. – Остановись, Чон. Не наступай на старые грабли. В конце концов, у ДЛисы есть муж. Пусть он решает ее проблемы. Упоминание об Техëне выворачивает меня наизнанку. Друг прав, но процесс моего очередного падения в бездну уже запущен. Вместо того, чтобы послать все к чертям и наплевать на бывшую, я судорожно размышляю, кто еще может ей помочь. «Я просто хочу, чтобы она скорее забрала своих детей от меня подальше», - нахожу себе оправдание, но сам в него не верю. Оставляю последнюю фразу Джена без ответа. Мне нечего сказать ему. Не успеваю отключиться, как слышу грохот падающего стула. И следом – истошный детский вопль. Срываюсь с места, как чертов спринтер на старте. Спотыкаясь и поскальзываясь на идиотском паркете, бегу в кухню.  По пути не вписываюсь в поворот и с размаху ударяюсь плечом о косяк. Но мне по хрен. Потому что такой паники я не испытывал никогда. Твою же мать! Близнецы!