Посылка

Утро в Хогвартсе было сырым и серым. Совы привычно слетались в Большой зал, рассыпая письма, газеты и свёртки. Но в тот день у пернатых гостей оказалась одна посылка, выделявшаяся среди остальных.Большая чёрная коробка приземлилась прямо перед Ивлин. Мгновение в зале царила тишина: слишком мрачной и зловещей выглядела эта вещь.На крышке — восковая печать. Та самая, что она уже видела на письме: змея, обвивающая череп.— Ивлин, не трогай! — Лидия резко встала, словно готова была заслонить её собой.— Профессора должны это увидеть, — твёрдо сказал Феликс.Но Ивлин, словно заворожённая, протянула руку. Её сердце било так сильно, что гул отдавался в ушах. Она понимала — внутри не может быть ничего хорошего. Но любопытство и страх сковали её движения.— Дай сюда, — вмешался Джулиан, но было поздно: печать треснула под пальцами Ивлин, крышка коробки приподнялась.И в следующее мгновение по залу прокатился хор вскриков.Внутри лежала кукла. Но не обычная: вырезанное из воска лицо было изуродовано чёрными трещинами, глаза залиты чем-то алым, словно кровью. Восковая фигурка была одета в точную копию формы Слизерина, а на шее висел миниатюрный кулон — такой же, как у Ивлин.Сверху на кукле крупными буквами было выведено:«ТЫ БУДЕШЬ СЛЕДУЮЩЕЙ.»Ивлин вскрикнула, отшатнулась, ударившись спиной о скамейку.Суета поднялась мгновенно. Студенты с Гриффиндора, Хаффлпаффа и Когтеврана привстали со своих мест, вытягивая шеи, чтобы увидеть, что там. Шёпот перерос в гул.— Немедленно отойти! — прорезал воздух голос профессора МакГонагалл. Она подбежала к столу, её жёсткие черты побелели от напряжения. — Никто не прикасается!Снейпиуса, шагнувший следом, метнул взгляд на Ивлин. Его глаза сверкнули чем-то, похожим на ярость.— Это было адресовано тебе? — холодным голосом спросил он.Ивлин, задыхаясь, кивнула.— Забираем это в кабинет директора, — произнесла МакГонагалл, подзывая Флитвика, чтобы тот закрыл коробку чарами.В стороне, за столом слизеринцев, Люциус сидел неподвижно. Его лицо было маской — белоснежное спокойствие, но руки под столом сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в кожу.Они посмели угрожать ей. Они сделали это так открыто. И в присутствии всех.Он почувствовал, как в груди разгорается леденящий гнев. В его голове промелькнула мысль: если они тронули её — они тронули и меня.Ивлин же всё ещё слышала в ушах шёпот зала:— Кто-то её проклял?— Это знак...— Ей угрожают...Сердце девушки сжалось. Она чувствовала — эта игра становится всё опаснее. И теперь угроза не только в письмах.Когда коробку с жуткой куклой унесли в кабинет директора, зал постепенно успокоился, но Ивлин не могла выкинуть из головы увиденное. Ей казалось, что на неё теперь смотрят все — одни с жалостью, другие с недоверием, третьи с испугом.Люциус, едва сдерживая злость, не проронил ни слова. Его глаза — холодные, серые, как сталь, — всё время следили за Ивлин. Даже во время уроков. Даже когда она старалась отворачиваться.Ночь опустилась на Хогвартс. Тени стен в коридорах шевелились под светом факелов, и всё вокруг казалось слишком тихим.Ивлин уже собиралась лечь, когда вдруг услышала лёгкий шорох у двери своей спальни. Сначала она решила, что ей показалось. Но затем раздался мягкий звук — будто что-то положили на пол.Сердце ухнуло вниз. Девушка медленно подошла к двери, прислушалась... тишина. Она приоткрыла её, и взгляд упал на маленький клочок пергамента.На нём — та же печать: змея, обвивающая череп.С дрожью в руках она подняла его и развернула. Буквы были неровными, словно написанными в спешке, но от этого ещё более пугающими:«Мы рядом. Ты не спрячешься ни за стенами замка, ни за своими друзьями. Следи за каждым шагом.»Ладони Ивлин похолодели. Она едва сдержала крик и прижала письмо к груди. В этот момент за спиной послышался сонный голос Лидии:— Ивлин?.. Что там?Девушка поспешно спрятала пергамент под подушку.— Н-ничего... мне показалось...Но глаза её метались. Она знала: это не конец. Теперь они играли с ней открыто.В ту же ночь Люциус сидел у камина в слизеринской гостиной. Он не мог уснуть — перед глазами всё ещё стояла чёрная коробка и её реакция. И вдруг он ощутил, будто внутри что-то сдвинулось: невидимая нить связывала его с ней, и он понял — Ивлин что-то скрывает.И эта тайна, как он чувствовал, была связана с теми, кто угрожал ей.