Взгляд, от которого не уйти

После того вечера с зеркалом Ивлин изменилась. Друзья ещё несколько дней подшучивали над её «видением», но каждый раз, когда она вспоминала сияющие голубые глаза ребёнка и сильные руки Люциуса в отражении, сердце сжималось. Она не могла позволить себе даже думать об этом — и потому решила держаться подальше от самого Малфоя.На уроках она перестала встречаться с ним взглядом. Если он оборачивался — она тут же утыкалась в книгу или делала вид, что что-то пишет. В коридорах старалась идти в другой стороне. Но стоило почувствовать на себе его пристальный взгляд, как по телу пробегала дрожь, и щеки наливались жаром.Люциус замечал её странное поведение. И чем больше она избегала его, тем внимательнее он наблюдал. Его «тени» посмеивались:— Глянь, Малфой, похоже, твоя подруга теперь тебя стесняется!— Может, наконец-то поняла, кто здесь главный?Но Люциус лишь холодно усмехался, не поддаваясь на их поддразнивания. Внутри же он задавался вопросом: что она скрывает?Однажды вечером, когда в гостиной Слизерина было шумно и душно, Ивлин заметила сидящих вместе сестёр Блэк — Беллатрикс, Нарциссу и Андромеду. Она колебалась, но всё же подошла. Девушки переглянулись, и первая заговорила Нарцисса:— Роузмонт? Ты к нам?— Если не против, — мягко улыбнулась Ивлин и села рядом.Андромеда первой поддержала разговор:— Ты выглядишь... задумчивой. Всё в порядке?Ивлин немного смутилась, но решила перевести тему:— А можно спросить вас кое-что?— Конечно, — оживилась Беллатрикс, хотя её улыбка была больше лукавой, чем доброжелательной.— Кто вам нравится? — выпалила Ивлин, не подумав, что вопрос может прозвучать слишком прямо.Сёстры переглянулись.Беллатрикс вскинула подбородок:— Меня интересуют только сильные и могущественные. Тот, кто сможет править, а не плестись за толпой. И он должен быть чистокровным, без компромиссов. Всё остальное — пустая трата времени.Андромеда усмехнулась и покачала головой:— Не слушай её. Я думаю, главное — это умение быть верным. Неважно, откуда ты родом, если ты готов стоять за тех, кого любишь.Нарцисса, поправив волосы, ответила тише, но с ясным блеском в глазах:— Мне нравятся те, кто умеет быть сдержанным, утончённым. Красота и достоинство значат многое. Но... — она посмотрела прямо на Ивлин, — иногда самые неожиданные люди оказываются ближе, чем мы думаем.Ивлин смутилась ещё больше. В голове закрутились слова «сильный», «верный», «утончённый» — и два образа встали перед глазами: Эдгар и Люциус.— А ты? — внезапно спросила Андромеда.— Я?.. — Ивлин опустила взгляд. — Я ещё не знаю.Беллатрикс хмыкнула:— Ну, посмотрим, Роузмонт. Думаю, судьба сама за тебя решит.Когда Ивлин вернулась к своим друзьям, она заметила, что Люциус сидит на другом конце гостиной с «тенями». Он не смеялся вместе с ними, не перебрасывался словами. Он просто смотрел — прямо на неё.Ивлин почувствовала, как жар прилил к лицу, и резко отвернулась, делая вид, что увлечена разговором с Лидией.Но от этого взгляда всё равно невозможно было убежать.