10 Глава

Сидя в салоне взятого напрокат "Мерседеса", он следил за "лендровером", свернувшим на стоянку у Института истории исскуств. Просто картинка, подумал он, глядя, как она выходит из машины. Высокая, но при этом женственная, хотя серое с голубым отливом пальто, не столько модное, сколько тëплое, и мешает оценить все достоинства еë фигуры. Тëмные волосы непослушными прядями выбиваются из- под чëрной шапочки. Движения уверенные, никакой суеты. Он сидел здесь уже почти час, развлекая себя ариями из " Кармен", " Богемы", и " Свадьбы Фигаро".Ранняя пташка, решил он, и, видимо, очень любит свою работу, раз приехала чуть свет, невзирая на снег и холод. Ему нравились люди, которые с удовольствием делают свою работу. Видит Бог, свою он тоже делал с удовольствием. Как же ему поступить с доктором Дженни Ким? Можно обойтись и без неë, а можно использовать еë для достижения цели. Так или иначе план будет выполнен. Но второй вариант гораздо привлекательнее. Дженни Ким стоит того, чтобы познакомиться с ней поближе, подумал он. Прежде чем еë обокрасть. Он увидел, как в окне верхнего этажа зажëгся свет. Сразу за работу, отметил он про себя. Ему тоже скоро пора приниматься за дело. Он завëл машину и поехал переодеваться для следующего акта.

Институт истории искусств построил прадед Дженни. При еë деде Ким Уджине  стал полноценным научным центром. Дед сам интересовался исскуством и даже манил себя художником. Его талантов хватало на то, чтобы убеждать молоденьких натурщиц позировать ему обнажëнными. Здание из серого гранита с колоннами, арками и флигелями занимало целый квартал. Первоначально здесь помещялся только музей, но Ким Уджину этого показалось мало. Он представлял себе институт как учреждение, где всë поставленно на службу искусству, в стенах которого совмещаются выставочная, реставрационная, преподавательская и научная деятельность. Он расширил здание, добавив элегантные, хотя и несколько вычурные пристройки. Теперь тут были светлые аудитории с высокими окнами, лаборатории, хранилища и множество кабинетов сотрудников. Площадь экспозиции увеличилась более чем в три раза. При приëме студентов учитывались только способности. Те, кто мог платить, платили- и немало- за почëтное право учиться в институте. Те, кто не мог, получали стипендию. Собрание института было лучшим в Сеуле, представленные в нëм произведения тщательно отбирались и приобретались в течение многих лет, сначала Чарльзом , а затем и Ким Уджином. Открытые для посетителей залы занимали первый этаж, на втором этаже теснились учебные аудитории и мастерские, а в цокольном размещались лаборатории. Дженни подошла к стоявшему у окна столику, чтобы приготовить себе кофе. Не успела она включить кофеварку, как услышала, что заработал факс. Она поспешила к аппарату, вынула страницу и прочитала:

С возвращением домой, Дженни. Как тебе понравилась Новая Зеландия?      Очень жаль что твою поездку так грубо прервали. Притоговься к падению. Тебе будет очень больно. Я долго выбирал момент, чтобы нанести тебе удар. Этот момент уже близок.

Ни подписи, ни номера отправителя. Язвительный, угрожающий тон. Зачем и кому понадобилось это писать? Матери? Нет, женщина, обладающая такой властью, таким положением и таким характером, как Элизабет, не опуститься до анонимок.Скорее это мог быть какой- нибудь обиженный служащий или студент, недовольной оценкой. Тот, кто это написал, хочет выбить еë из колеи, но она не станет переживать из-за такой ерунды. Однако она не выбросила странное послание, а сунула его в нижний ящик стола и заперла ключ. - Дженни? - Стук в дверь заставил еë вздрогнуть. - Заходи. - Розэ, еë помощница, пришла, как всегда, вовремя. - Я увидела твою машину. Не знала, что ты собиралась вернуться уже сегодня. - Я и не собиралась, но... так вышло. - Как Новая Зеландия? - Тепло, солнечно. - Замечательно. - Роза села, положив на колени раскрытый блокнот. Деловитости этой симпатичной блондинки можно было позавидовать. - Я рада, что ты вернулась. - Спасибо. Я тоже рада. Мне предстоит многое наверстать. За привычными делами Дженни успокоилась. Следующие два часа она не думала ни о чëм, кроме работы. Поручив Розэ договориться о встречах и назначить совещания, она пошла навестить Джина. Его владения распологались в противоположном крыле, ближе к музейной части здания. Он отвечал за работу в музее, за пополнение коллекции и экспозицию. Дженни открыла дверь приëмной перед кабинетом брата. Здесь взорам посетителей представали массивный письменный стол, два негостеприимного вида стола с прямыми спинками, серые шкафы для документов и дама, стерегущая всë это богатство. - Доброе утро, мисс Бердью. Мой брат у себя? Секретарше Джина было далеко за пятьдесят. Основательно тронутые сединой волосы собраны в пучок, неизменная крахмальная блузка, строгий жакет и юбка. - Доброе утро, доктор Ким. Он только что спустился вниз встретить посетителя. Должен скоро вернуться. Вы подождëте? - Нет. Это не срочно. Я зайду попозже. Услышав на лестнице мужские голоса, она обернулась. - Дженни. Очень кстати. - Радостно улыбаясь, Джин вошëл в приëмную. - Я собирался тебе звонить. Позволь тебе представить Чон Чонгук из галереи Чон. Гость сделал шаг вперëд, взял еë руку и изящным движением поднëс к губам. - Очень приятно наконец с вами познакомиться. Он был красив какой-то первобытной, грубой красотой- прекрасно сшитый серый костюм и идеально повязанный шëлковый галстук лишь отчасти смягчали это впечатление. Чëрные как смоль волосы густо вились. Смуглая с золотистым отливом кожа обтягивала крепкие скулы, небольшой серповидный шрам на левой щеке, ближе к виску, не портил его, а только  придавал загадочности. Тëмно-карие глаза неотрывно смотрели на неë, не давая ей отвести взгляд. Она услышала, как в голове словно прозвенел колокольчик, а сердце отозвалось двумя глухими ударами. - Добро пожаловать к нам в институт, мистер Чон. - Я счастлив, что смог здесь побывать. - Давайте лучше зайдëм ко мне в кабинет, - сказал Джин, сопроводив приглашение жестом. - Дженни, у тебя найдëться минутка? - На самом деле я собираюсь... - Я был бы очень признателен, если бы вы уделили мне немного времени, доктор Ким. - Чонгук взял еë за локоть. - У меня есть предложение, которое, я думаю, вас заинтересует. Вы знакомы с творчеством Джорджо Вазари? Видя, что сбежать не удастся, Дженни позволила гостю проводить еë в кабинет Джина. - Безусловно. Маньерист, Позднее Возрождение. - У Чонгука есть три его картины. - Джин указал на стулья, предлагая всём присесть. - Правда? - спросила Дженни, усаживаясь. - Да. - Чонгук тоже сел. - Вам не кажется, что его работы  немного претенциозны? Излишне виртуозны? - Это типично для маньеризма, - возразила Дженни. - Согласен, - улыбнулся Чонгук. - Лично я предпочитаю Раннее и Высокое Возрождение, но бизнес есть бизнес. - Он взмахнул рукой, и Дженни отметила, какие у него сильные, красивые руки. Она невольно представила себе, как они ласкают еë кожу. Это длилось совсем недолго, но ей стало стыдно. Она заставила себя не смотреть на его руки и тут же встретилась с ним взглядом. Он снова улыбнулся, в глазах промелькнул красноречивый огонëк. Она заговорила подчëркнуто холодно:- А какие дела привели вас к нам в институт? Интересно, как она выглядит в этих очках в тонкой оправе, заткнутых сейчас за ворот еë свитера, подумал он. Наверное, очень серьëзной и оттого ещë более сексуальной. Джин откинулся на спинку стула. - Чонгука интересует наша "Мадонна" Челлини. Дженни удивлëнно выгнула бровь:- Это одна из жемчужин нашей коллекции. - Я еë видел. Она великолепна. Мы с вашим братом обсуждали возможный обмен. - Челлини? - Дженни гневно взглянула на брата. - Не насовсем, - поспешил успокоить еë Чонгук. - Только на три месяца. Я планирую выставку Челлини в своей сеульской галерее. В обмен я готов предоставить вам на тот же срок всех трёх наших Вазари. - Ты смогла бы сделать выставку " Три стиля Ренессанса", о которой уже столько лет говоришь, - отметил Джин. Дженни давно об этом мечтала, о большой выставке, где были бы представлены и произведения искусства, и предметы быта, и исторические документы- всё в одной экспозиции. Ей потребовалось усилие, чтобы сдержаться и не вскинуть кулак в победном жесте. - Да, пожалуй, такой обмен может состояться. У вас есть подтверждение подлинности картин? Чонгук кивнул:- Конечно. Прежде чем мы составим проект договора, вы получите копии документов. А от вас я жду документы на вашего Челлини. - Моя помощница сегодня же отправит бумаги к вам в гостиницу. А теперь тя должна идти. Когда она поднялась, он тоже встал и снова взял еë руку. - Не уделите мне немного времени? Джин сказал, лаборатории и реставрационные мастерские института- ваша сфера. Я бы с удовольствием на них взглянул. - Я... Прежде чем она успела что-то возразить, Джин ткнул еë локтëм в бок. - Лучшего гида, Чонгук, вам не найти. - В моих галереях я показываю людям произведения искусства, - сказал Чонгук, не отпуская еë руку. - Но я почти не знаком с научной стороной дела. Вам не бывает трудно совмещать и то и другое? - Нет. Одно без другого не существует. - Этот человек заставлял еë нервничать. Она перевела дыхание, надеясь, что он не заметить еë волнения. - Наш институт тут был создан, чтобы служить и искусству, и искусствоведению. Как искусствовед, я ценю это обстоятельство. Он был наблюдателен, и по пути из одного крыла здания в другое обращал внимание на расположение лестниц, кабинетов, кладовых, окон. И, естественно, камер слежения. Дойдя до конца коридора, Дженни повернула направо, затем остановилась у серой металлической двери и вставила в прорезь карточку. Зазвенел звонок, щëлкнули замки. Чонгук бросил быстрый взгляд на телекамеру. Она провела его в помещение, очень похожее на флорентийскую лабораторию. - В основном мы занимаемся произведениями искусства, но, поскольку мой отец археолог, нам приходится исследовать  и датировать также и археологические находки. Но это не моя область. А теперь... - Она подошла к микроскопу.- Посмотрите и скажите, что вы видите.   Повернувшись, она чуть не столкнулась с ним. Дженни тут же отпрянула, но успела заметить, что он по крайней мере на два дюйма выше еë. А этот блеск в усмыхающихся и всё понимающих глазах делал его лицо уже не просто чувственным, а неотразимо привлекательным. Он наклонился к окуляру, настроил фокус. - Похоже на абстрактную картину Поллака. - Он выпрямился. - А что это на самом деле? - Соскоб с полотна Бронзино, которое мы реставрируем. Краска, без сомнения, изготовлена в шестнадцатом веке. - Откуда вы знаете, что именно в шестнадцатом? - Хотите, чтобы я прочла вам лекцию, мистер Чон? - Лучше просто Чонгук. Тогда и я смогу обращаться к вам по имени. У вас такое красивое имя - Дженни. Что касается лекции, то я с удовольствием бы еë послушал. Поужинайте со мной. Мы сможем поговорить об искусстве и науке, я расскажу вам о своих Вазари. Назовëм это деловым ужином, если так вам будет спокойнее. - Я и так спокойна. - Я заеду за вами в семь.