8 Глава

Дженни быстро оделась, не глядя в окно, за которыми, словно под кистью художника, рождалось величественное полотно. Все еë мысли были обращены на работу. Сегодня она решила начать пораньше, чтобы несколько часов побыть в лаборатории одной. Через стеклянную дверь она показала пропуск заспанному охраннику. - Спасибо,- пробормотала она, когда он наконец ей отпер. Вставив в прорезь карточку-ключ, она поднялась на лифте, затем, набрав код, открыла дверь лаборатории. Войдя, нажала на кнопку, и на потолке, помигав, зажглись лампы дневного света. Первым делом Дженни включила кофеварку, а через пару минут уже сидела за компьютером. Она успела повторить анализы образцов и снова вернуться к компьютеру, когда Чимин принëс ей чашку свежего кофе и сладкую булочку. - Скажи мне, что ты тут видишь,- попросила она, вглядываясь в разноцветные пятна на экране. - Я вижу женщину, которая не умеет отдыхать.- Лëгкими движениями он начал массировать ей плечи. -За неделю, что ты здесь, ты ни одного часа не потратила на себя. - Смотри на монитор, Чимин. - А-а. - Продолжая массаж, он склонился к экрану. - Поверхность сильно корридирована, что естественно для бронзовой фигуры, отлитой четыреста лет назад. - Надо точнее определить степень коррозии. - Это не просто, - ответил он. - К тому же "Смуглянка" лежала в сыром подвале, там коррозия развивается быстрее. - Я это учитываю.- Кстати, бархату от силы сто лет. - Сто? Ты уверен? - Да. От восьмидесяти до ста лет. Ешь. - М-м. - Она рассеянно откусила от булочки. - Восемьдесят лет назад шла Корейская война. Во время войны многие прячут ценные вещи в тайниках. - Верно. - Но почему мы ничего о ней не слышали? Тот, кто еë создал, был не любителем, Чимин. Надо побольше разузнать об этой вилле. И об этой женщине. Кому она оставила своë имущество? Кто там жил после еë смерти? - Я химик, а не историк, - улыбнулся Чимин. - Здесь тебе нужен Тэхëн. - Он уже пришёл?- Тэхëн никогда не опаздывает. Подожди.- О взял еë за руку.- Поужинаем сегодня вместе? - Чимин, мне не до ресторанов, слишком много работы. - Нельзя только работать и работать, ты совершенно не думаешь о себе. - Обещаю, сегодня вечером, когда я буду работать в гостинице, я закажу в номер кучу еды. Дженни чмокнула Чимина в щëку, и в то же мгновение на пороге появилась Лиса. Она вскинула брови и неодобрительно поджала губы. - Простите, что помешала. Дженни, директор просит тебя зайти к ней в половине пятого. - Конечно. Кстати, ты не знаешь, Тэхëн сегодня свободен? - Мы всё в твоëм полном распоряжении. - Именно об этом я ей и говорил, - ухмыльнулся Чимин и тут же выскользнул из комнаты. - Дженни, - Лиса захлопнула дверь, - не обижайся, пожалуйста, но я должна тебя предупредить: Чимин... Видя еë явное замешательство, Дженни улыбнулась:- Что Чимин? - Он прекрасный специалист, но в личном плане он просто бабник. Я сама чуть не попалась в его сети, когда меня сюда перевели. Я тогда чувствовала себя такой несчастной. - Правда? - Мне трудно было решиться на развод с твоим братом. Я любила Джина, но он... - Она запнулась и помотала головой. Дженни стало стыдно. - Извини. Я видела, как мучается Джин, и мне было легче во всëм винить тебя. Наверное, когда распадается брак, нельзя валить всю вину только на одну сторону. - Думаю, мы оба оказались не готовы жить вместе. И для нас обоих было лучше расстаться. - Как мои родители? - Прости, Дженни, я не хотела... - Всë в порядке. Мои родители уже двадцать пять лет не живут под одной крышей, но ни отцу, ни матери недосуг оформить развод. Наверное, Джину было тяжело, но в целом я считаю, ты поступила правильно. И готова извиниться за все те гадости, что я себе насочиняла про тебя. - Не стоит. Мне бы хотелось надеяться, что мы сможем по крайней мере относиться друг к другу по-дружески. - У меня не так много друзей. С моей стороны было бы глупо отказывается от такого предложения. Лиса открыла дверь. - У меня тоже друзей немного, - тихо произнесла она с порога.- Я рада, что теперь ты в их числе. На столе у Тэхëна громоздились стопки книг. - Нашли что- нибудь полезное? - спросила его Дженни. - Строительство виллы закончилось в тысяча четыреста восемьдесят девятом году. Велось оно на деньги Лоренцо Медичи, но принадлежала вилла Джульетте Буэнодарни. Судя по всему, она была в родстве с Медичи, возможно, приходилась двоюродной сестрой Клариче Орсини. - То есть Лоренцо взял в любовницы кузину жены. - Он поселил еë на вилле сразу по окончании строительства. По всём свидетельствам, она была горячей поклонницей искусства и, пользуясь своим влиянием, собирала у себя дома тогдашних знаменитостей. - Любопытно. - В осаждённом городе жители тоже, наверное, прятали ценности, подумала Дженни. - А дети у неë были? - Про детей я ничего не нашëл.- Давайте я возьму часть книжек. Помогу вам искать.

Наметанным глазом Элизабет пробежала лежавший перед ней отчëт. Дженни очень осторожно оценивала результаты каждого анализа. И тем не менее нетрудно было догадаться, к какому выводу она склоняется. - Ты считаешь, что это не подделка. - Всë говорит за то, что статуэтка отлита в последнем десятилетии пятнадцатого века, - ответила Дженни. - Вот компьютерные изображения, вот данные химических анализов. - Кто их делал? - Я. - А термолюминесценцию? - Я. - Датировка по стилевым признакам тоже твоя, - сказала Элизабет. - Львиную долю исследований ты провела самостоятельно. - Разве ты не за этим меня сюда вызвала? - За этим. Но я предоставила тебе помощь специалистов и полагала, что ты будешь активнее их использовать. - Когда я сама провожу анализы, мне легче держать под контролем ход работы, - объяснила Дженни. - Я уже раньше определила подлинность пяти произведений этого же периода. Элизабет устало откинулась на спинку стула. - Никто не ставит под сомнение твою компетентность. Я лишь отметила твоë неумение работать в команде. И кроме того, мне не нравится, что ты составила своë мнение, едва увидев статуэтку. - Я сразу узнала и стиль, и эпоху, и манеру автора. - И ты тоже их узнала, гневно добавила про себя Дженни. - Тем не менее я провела все положенные в таких случаях тесты, повторила их и задокументировала результаты. Исходя из этих результатов, я могу утверждать, что мы имеем дело со скульптурой, изображающей Джульетту Буэнодарни, отлитой приблизительно в тысяча четыреста девяносто третьем году юным Микеланджело Буонарроти. - Насколько мне известно, нет никаких свидетельств о других работах этого художника в бронзе. - Это означает лишь то, что либо их надо найти, либо их никогда не существовало. Но "Смуглянка" существует. Возраст совпадает. И стиль тоже. Когда она была отлита, Микеланджело было около восьмидесяти. Он уже изваял "Мадонну у лестницы" и "Битву кентавров".- Спору нет, это превосходная работа, и она выполнена в его манере. Однако это ещë не доказывает его авторство. - Он жил во дворце Медичи, -сказала Дженни. - Имеются документальные подтверждения его знакомства с Джульеттой Буэнодарни. Она часто позировала художникам. Было бы даже странно, если бы он обошëл еë вниманием. - Я не стану оспаривать результаты твоих исследований. Однако безоговорочно согласиться с твоими выводами не могу. В любом случае ты не должна делиться своими соображениями ни с кем из сотрудников, а за пределами лаборатории вообще никаких разговоров на эту тему. Если пресса хоть что-то пронюхает, это будет катастрофа. - Думаешь, я начну обзванивать газеты и хвастать неизвестной работой Микеланджело? И всë-таки это Микеланджело. Я это знаю наверняка. - Уверяю тебя, я буду просто счастлива, если ты окажешься права. Но пока мы должны об этом молчать. - Я не хочу славы. - Все мы хотим славы, - возразила Элизабет. - Если твои выводы подтвердятся, у тебя еë будет достаточно. А если нет, это подорвëт и твою, и мою репутацию.Этого я не допущу. Продолжай поиски документальных свидетельств. - Этим я и собираюсь заняться. - Дженни развернулась и вышла из кабинета.