Эпилог

Когда приехали папа с мамой, я изобразила искреннее удивление и подмигнула Маргарите Семеновне, подающей кофе черноволосой хозяйке.  Мы сидели за столом и завтракали свежими яблочными пирожками. Запах и вкус были точь-в-точь как у тех, что ели с Тимофеем в башне. У камина опять мирно дремали коты, храня исправно тайну ночного похождения. - Мама! Папа!  Бабка встала, отхлебнув кофе, и улыбнулась.- Может, позавтракаете, коли к завтраку подоспели?Мама опасливо посмотрела на ворону. Затем на котел, в котором что-то булькало. А потом на меня – на лбу шишка, рука содрана до крови.- Пожалуй, мы поедем. Командировка отменилась, завтра мы летим на море…- Хорошо, что турфирма согласилась обменять билеты, - добавил папа, обнимая меня.- Подай платок! – захрипела Эммануила. Маргарита Семеновна кинула быстрый взгляд на меня и полетела за платком. Настроение испортилось.- Провожу вас, - поднялась бабка, накидывая платок на голову.Маргарита Семеновна покорно уселась ей на плечо. И тут меня вновь переключило. Щелк-щелк.- Постойте!Мама чуть не упала с каблуков, а коты навострили уши – что-то намечается. Я собралась с мыслями, так как не хватало слов, но есть такая поговорка – не знаешь, как сказать, скажи прямо:- Маргарита… ой, точнее, я хотела сказать, что ворона поедет с нами!Повисла пауза. Коты раскрыли рты, и, казалось, даже свинья  перестала валяться в грязи, а неугомонные гуси замолчали. Первым пришел в чувства папа:- И как ты себе это представляешь, Мирослава? Это же… птица…- И что? Попугай тоже птица.- Это другое! – пискнула мама, обмахиваясь пальцами, как веером.- Она ручная, вот, смотрите, - я кивнула Маргарите Семеновне, и она прилетела на плечо.Бабка кашлянула, но ничего не сказала. У ее ног столпились коты-стражники. Теперь в их зеленых очах читалась враждебность. Но меня не остановишь.- И она воспитана, я знаю, что говорю, уж поверьте.- Воспитана? Мирослава! Это же… птица! Может, скажешь, она приучена к лотку?..- Скажите что-нибудь! – востребовала я, обращаясь к вороне. – Ну же! Покажите им, что вы умеете!Но Маргарита Семеновна молчала. Я сжала челюсти. Эммануила присела обратно, закинула нога за ногу и продолжила пить кофе. Папа взял с тарелки пирожок и нервно начал жевать – он всегда, когда стрессует, ест. Со стороны же мамы летали гром и молния. Подойдя ко мне, она прогнала рукой птицу, и приказала идти собираться.- Я без нее не поеду, - решительно заявила я, когда чемодан укладывали в багажник. - Куда ты денешься? – мама наступила во что-то нехорошее и тщетно пыталась очистить каблуки о траву.- Мы же завтра на море, забыла? – подмигнул папа.- Не поеду и все! Она мой друг! Она… она мне жизнь, между прочим, спасла! А теперь вот, она должна расплачиваться! Вы хоть, знаете, сколько мы пережили вместе?! Ее ранили в крыло, а мы ей… ленту надели!..Мама встревоженно посмотрела на папу. Тот скривил лицо и пожал плечами. К нам вышла Манька и протянула конверт.- Прочтешь, когда дома будешь. И там еще деньги на новый телефон.- С-спасибо, - выдавила я. А потом вспомнила, что телефон-то действительно нужен новый, мой остался в прошлом. Поджав губы, благодарно посмотрела на бабку, хотя она и не могла ничего видеть. Или могла?- Благодарим вас за все, - скупо произнесла мама.Но неожиданно, откуда ни возьмись, к машине подбежала свинья и, вырвав из маминых рук сумочку, помчалась прочь. Мама и охнуть не успела, а папа заводил мотор и ничего не заметил. Ну, погоди! Я бросилась вдогонку, но поскользнулась и шлепнулась на живот. Казалось, свинья на этот раз победит. Но нет! Широко распахнув крылья, вслед наглой воришке устремилась Маргарита Семеновна! В считанные секунды, не смотря на возраст, она догнала и вырвала трофей из мелких зубов, а напоследок клюнула в темечко клювом.- Б-благодарю, - смущенно пролепетала мама, забирая сумочку у Маргариты Семеновны.    Папа кашлянул, облокачиваясь на капот машины. Ворона уселась на плечо к бабке, но бабка ее прогнала.- Кыш-кыш.В растерянности  ворона парила в воздухе, пока мама обреченно не сказала:- Ладно, раз уж так…Она залезла в салон, поправляя идеально уложенные волосы. Папа свистнул мне и указал на ворону.- Залезайте!- Значит, можно? – просияла я.- Можно, - улыбнулся папа.От счастья закружилась голова. Я бросилась обнимать бабку Маню, та даже прослезилась, а вместе с ней завыли и коты. Двор наполнился пронзительной какофонией. Взмахом руки, ведьма велела замолчать и пожелала хорошо учиться и не ругаться с родителями. Самое ценное, сказала она, – это семейные узы и знания. Остальное приложится и примножится.- Маргарита Семеновна, прошу.Птица забралась на колени и, примостившись, уснула. Дорога предстоит дальняя. В правом кармане шорт лежал конверт, я не удержалась и вскрыла его – кроме денег, там было письмо от Тимофея. Уж не знаю, как оно попало в 2021 год, но содержимое его пока оставлю в тайне. Чтобы не нарушать законы Вселенной.