Глава 20. Ссора

Ночь спал опять бессонно. Всякие  мысли крутились в голове и я не мог их остановить. Эти несколько месяцев меня колосально изменили. За что это все мне? Может, потому что я почти всю жизнь был одиноким, и я искал приключения, что бы не было скучно? Или только потому, что я сам по себе такой? Уснул я под утро. И за эти два часа, что я спал, видел сон. А моем сне был мой отец. Но я не смог вспомнить его лица, но оно через чур было знакомо. И его голос. Отец говорил во сне, присаживаясь за стол в том доме, где я сейчас в будущем, что я знаю его. Затем берет мой стакан с чаем ,  подносит к губам и на этом сон обрывается. Проснулся я от крика. Я , потом в лице, соскочил с дивана и быстро направился на кухню, где доносился звук мытья посуды. Там стояла Валлет. — Это ты сейчас кричала?Спросил я. Она, выключив воду в кране, обернулась ко мне. — Нет, я не кричала. И дома вообще было тихо, я ничего не слышала. — Но как, подожди, голос был именно твой. Только, — я начал вспоминать— только, он был детским, но не совсем детским. — Это у тебя наверное что-то в подсознании. Ты сильно нервничаешь в последнее время. — Нет, я спокоен. У меня к тебе возник вопрос, ты же раньше была с отцом в будущем?— Да, а что?— А как вы тогда попадали в свое время? Луна была разрушена?— Да была, но отец коробку ставил на обратку. То есть мы могли возвращаться. — Но как, как мы возвратимся назад!!!? Я опять перебрал свои нервы и повысил голос. — Никита, успокойся, ты сейчас всех разбудишь.Спокойно сказала Валлет, положив свою руку мне на плечо. — Хм, что за шум в столь ранее время? — услышал я за спиной Михин голос. — Ой, прости, Мих, не хотел тебя будить. — Ничего страшного, меньше спишь - больше знаешь, что у вас тут произошло?— Все хорошо— сказала Валлет — ничего особого.

—-—-—-—-—-—-—-—-—

Мы в будущем уже больше недели. Каждый день мои нервы сдавали. Виктор не предпринимал никаких действий. Поэтому  я считаю, что мы навсегда остались не в своем времени. Каждый день срывался на всех, и на Миху тоже. Ему просто надоело каждый раз меня успокаивать , что теперь начал отварачиваться и уходить прочь от меня. Со мной никто теперь не разговаривает. Я опять остался в одиночестве. Я подумал, что мне нужно успокоится , прити в себя и извиниться перед другом. Встав с кровати, выдохнув, я отправился на кухню, где сидели девочки и Миха. Они оживленно что-то обсуждали, но увидев меня, резко все замолчали. Миха , без своей искренней улыбкой, посмотрел на меня. — Мих,— начал я говорить — я тут хотел кое–что сказать...Не договорил я, как Миха прервал меня. — Никит, уйди пожалуйста, я не хочу тебя слушать. — он отвернул свой взгляд от меня. — Да, конечно, уйду— с трудом и спокойно я выдавил эти слова и ,  отвернувшись  от них,  ушел к себе в комнату. Я не мог представить, что мой самый лучший друг отвернется от меня. Я теперь даже не считал его самым лучшим. Мне было до боли обидно. В горле застрял комок. Мне хотелось закрыться в черном помещении, сесть в уголок и плакать, плакать, плакать. Пока вся жидкость не уйдет с меня, пока не высохну, пока не погибну. Я лежал на кровати и пытался прити в себя, пытался уничтожить злосчастную боль, но она все больше и больше съедала меня. Я опять прокручивал в голове его слова ,, Никит, уйди, я не хочу тебя слушать''. И это сказал он, Миха! Со всей холодной спокойностью! Но не мог, не мог он это сказать! Он был всегда со мной! Его как-будто подменили, ну не он это сказал!И все же я видел именно Миху, когда он сказал это мне в глаза. Не мог я утаить всю боль в моей душе, что лицо было все мокрым.

Их кухни доносился смех девчонок, но и Миху тоже было слышно. Спустя полчаса я успокоился. Но все также лежал  и размышлял о моей ничтожной жизни. Я не понимал суть присходящего и уже точно был уверен, что с Михой я больше не помирюсь. Он первым никогда не начнет, а я тем более. И вообще — он мне больше не друг. И я тоже не желаю его видеть.