6

Кристина.

Прикрыв глаза, я думала, открыть эту чёртову дверь или нет.

Но Оскар решил это за нас. По ту сторону послышался тяжелый вздох, а затем удаляющиеся шаги.

Теперь настала моя очередь выдохнуть.

Не сегодня.

Я пока не готова. Не готова и всё тут!Выключив ночник, я забралась под одеяло и свернулась калачиком, словно пыталась спрятаться от самой себя. Как же всё сложно. Может, мне просто нужно больше времени?

Может, стоит подождать, пока внутри всё уляжется?

Но даже во сне я не нашла покоя.

Мне снова снился Гриша.

Сон был пугающе ярким, как будто я вновь вернулась в то время, когда мы были счастливы. Он обнимал меня, его губы касались моих, горячие, жадные. Голос, такой родной, шептал, что любит. Я утопала в его тепле, в прикосновениях, в его страсти.

Но, как всегда, утро принесло горькое прозрение.Нас больше нет, и никогда не будет.

Так всё, хватит, Кристина!

Я выбралась из постели, злясь на собственное подсознание, которое периодически ночами подсовывало мне образ бывшего. Сколько еще это будет продолжаться?

Я взяла в руки телефон и обалдела, время уже половина одиннадцатого! Вот это я поспала! Хорошо, что сегодня выходной!

Я тут же позвонила маме, узнать, как дела. Она была на прогулке с Марком и бодро рассказывала, как малыш весело играет. От ее голоса стало немного легче, словно все эти ночные переживания были лишь глупым наваждением. Я пообещала, что скоро приеду, и, бросив взгляд на платье на спинке стула, решила переодеться.

Не хотелось снова попадаться на глаза Оскару в его футболке.

Я оделась и вышла из спальни.Запах жареного тут же ударил в нос. Оскар нашелся кухне. В домашнем, расслабленном виде, он выглядел совсем не так, как обычно. Рубашки и строгие брюки, которые я привыкла видеть, сменились на простую футболку и штаны, но это делало его еще более... настоящим.Вчера я как-то не успела это отметить, больше переживала за собственный вид.

- Доброе утро, - сказала я, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри всё напряглось.

Он обернулся, улыбнулся и окинул меня взглядом.

- Доброе утро, соня, - с усмешкой произнес он. - У нас на завтрак омлет с сосисками и выбор: кофе с молоком или апельсиновый сок. Что будешь?

- Сок, - ответила я, чувствуя, как его легкий тон сни-мает напряжение.

- Отлично, присаживайся, всё почти готово.

Я послушно села за стол, наблюдая, как он ловко справляется с готовкой. Его движения были точными, уверенными, а обстановка кухни вдруг показалась мне почти домашней, уютной.Идеальный мужчина.

Он подал тарелки с омлетом, налил сок, а сам сел напротив, чуть склонив голову.

- М-м-м, как пахнет. Спасибо, - сказала я, взяв вилку.

- Ешь, пока не всё не остыло, - подмигнул он, и мы принялись за еду.

Первый кусочек был настолько вкусным, что я даже прикрыла глаза, наслаждаясь.

- Вкусно? - хрипло спросил Оскар, и я распахнула глаза.

Спокойное тепло исчезло - передо мной сидел настоящий хищник. Его глаза блестели голодом, от которого я почувствовала, как внутри всё сжалось.

- Очень. Тебе нужно было идти на повара, - хмыкнула я, - тебя бы с руками оторвали.

Он хмыкнул, прикрыл глаза, а когда открыл, взгляд снова изменился, стал спокойнее.

- Ну уж нет, меня вполне устраивает мой род деятельности, - с усмешкой ответил он. - Как спалось?

- Удобно. Настолько комфортно, что проспала почти до одиннадцати.

- Рад слышать, что ты хорошо отдохнула. Ты и выглядишь бодрее.

Я опустила взгляд, он слишком пристально смотрел на меня.

- Сегодня и завтра у нас выходные, а в понедельник в офисе будет мозговой штурм по проекту, ты приедешь?

- Конечно приеду! Ты еще спрашиваешь?

- Отлично. Так, а на сегодня какие планы?

- Сейчас вызову такси, доеду до квартиры, переоденусь, а потом на вокзал, - пожимая плечами ответила я.

- Плохой план, я сам тебя отвезу, - решительно заявил Оскар.

- Куда отвезешь? - не поняла я.

- Сначала на квартиру, а потом домой.

- Слушай, я и так тебя сильно напрягла, у тебя сегодня выходной...

- Крис, это не обсуждается. К тому же, мне удалось пробить номера машины, которая нас преследовала, - сказал он, глядя прямо в глаза.

- И? - выдохнула я, чувствуя, как внутри нарастает тре-вога.

- Это была машина Григория. За рулем был его водитель. Я должен убедиться, что ты без приключений доберешься до дома.

Внутри что-то дрогнуло. Тревога тут же сменилась гневом и растерянностью.

- Хорошо, - нервно сглотнув, согласилась я.

Мы доели завтрак в тишине, потом Оскар отправил тарелки в посудомойку, быстро собрался, и мы вышли из квартиры.Внутри поднялась необъяснимая тревога, которую я никак не могла унять.

***

Мы выехали из города, углубляясь в поток машин. На обочинах дороги еще виднелись грязные сугробы, снег в полях начинал таять, превращая всё вокруг в бурые раз-воды.

Временами кидало в лобовое стекло грязные брызги от колес впереди идущих автомобилей, но Оскар уверенно держал руль, ведя машину по извилистой трассе.

- Марк вчера долго возился с мамой? - неожиданно спросил он, чуть повернув голову в мою сторону.

- Не особо. Она сказала, что он съел кашу, побегал на площадке, а потом улегся спать без капризов, - с усмешкой ответила я. - Сказала, даже сказку не дослушал.

- Не удивительно, он сейчас очень активный. Еще нем-ного, и вы с ним на велосипед пересядете, - подметил он, возвращая взгляд на дорогу.

- Летом куплю ему трехколесный с родительской руч-кой, - хмыкнула я. - Начнем тренировку с базы. Наверное, на день рождения подарю, ему как раз два исполнится, уже можно.

- Велик, значит, подаришь? А мне что ему подарить?

- Не торопись. Еще весна даже не началась толком, - я улыбнулась, глядя, как солнце отражается в его темных волосах.

Оскар выглядел, как всегда, идеально. Джинсы, серый джемпер, пальто и ботинки подчеркивали его вкус. Я скосила взгляд на свои темные джинсы и светлый джемпер под черной курткой.

Кажется, мы случайно оделись в одном стиле.

- Что насчёт работы? - продолжил он разговор, пока мы обгоняли грузовик. - Какие идеи для штурма в понедельник?

- Есть пара мыслей. Позавчера перед сном просматривала аналитику по нашим конкурентам. Думаю, можно адаптировать пару их стратегий под наш продукт.

- Покажешь, когда доработаешь?

- Конечно. Но, надеюсь, коллеги тоже принесут что-то полезное.

Он хмыкнул, переключая передачу.

- Уверен, ты удивишь больше всех.

Я улыбнулась, но ничего не ответила, уставившись в окно. За ним мелькали деревья и поля, местами все еще укрытые неровным снежным покровом.

Вдруг телефон Оскара, лежащий в подстаканнике, завибрировал. Он быстро включил громкую связь.

- Да, Антон.

- Привет, - раздался низкий мужской голос. - Ты сейчас где?

- В дороге. Везу Кристину домой, - спокойно ответил Ос-кар.

- Ага, ясно. Ты когда будешь? У нас тут разговор есть.

- Часа через три, наверное. Что-то срочное?

- Не совсем. Но лучше лично обсудим.

- Ладно, скоро буду, - заверил Оскар и нажал кнопку завершения звонка.

В машине снова повисла тишина.

- Это брат? - осторожно спросила я.

- Да. Антон, младше меня на два года, но ведет себя так, будто в семье младший я.

- Ты, значит Оскар, а он Антон? - удивилась я. - Интересно, чем руководствовались родители, когда выбирали вам имена?

- Всё просто, - усмехнулся он, - на мне они оторвались, назвав необычным именем, Тохе повезло больше.

Я кивнула, не зная, что сказать, и снова уставилась в окно.Когда мы доехали до деревни, грязь на дорогах сменилась снежной слякотью, по краям тропинок всё еще лежали высокие потемневшие сугробы. Оскар припарковался возле многоэтажного дома.

- Спасибо, что подвез, - я отвлеклась от пристегнутого ремня и посмотрела на него. - Может, зайдешь на чай?

Он посмотрел на меня, потом бросил взгляд на часы.

- Спасибо, но не сегодня. Хотелось бы побыстрее выяснить, что от меня понадобилось брату.

- Тогда до понедельника, - с легким разочарованием пробормотала я.

- До понедельника, Крис, - он улыбнулся и тепло взглянул на меня, прежде чем я вышла из машины.

Пока я шла к дому, машина плавно тронулась и скры-лась за поворотом. Мама появилась в окне второго этажа с Марком на руках и махнула мне рукой, а сыночек радостно протянул ко мне маленькие ручки. Я с улыбкой махнула в ответ и зашла в подъезд, а внутри вдруг с новой силой заворочалась тревога, будто что-то не так, но что именно, я понять не могла.

Квартира встретила меня запахом домашней еды и тихим детским лепетом. Мама стояла в коридоре, на руках у нее был Марк. Он тянул ко мне пухленькие ручки, серые глаза - точь-в-точь как у Гриши, будто вырезанные по его шаблону, смотрели с неподдельной радостью.

Светлые волосы торчали пушистыми вихрами, розовые щечки манили к себе, словно сахарная вата.

- Мама! - звонко позвал он, и я тут же подхватила его, прижимая к себе.

- Мой сладкий, - я поцеловала его в теплую щёку. - Как ты тут?

- С утра погуляли всего сорок минут, - улыбаясь, вмешалась мама. - А потом ему вдруг приспичило на горшок. Пришлось вернуться.

- Он уже пообедал?

- Покушал, конечно.

- А спать еще не планирует? - уточнила я, глядя на Марка, который уже тянул ручку к моим волосам.

- Да никак не уложим, - сокрушалась мама. - Ему бы еще побегать надо.

- Давай, одевай его, я схожу с ним погуляю.

Не дожидаясь ответа, я передала сына маме. Она с улыбкой забрала малыша и ушла в комнату его одевать.

Из кухни выглянула Настя. Она держала вилку в одной руке, а другой откидывала с лица светлые волосы.

- Приветик, дорогая, - сказала она с интересом. - Как дела? Как вчера сходила на мероприятие?

Я покосилась в сторону кухни, где за столом остался отец, и, наклонившись к Насте, шёпотом ответила:

- Потом расскажу. Это ужас.

Настя моментально изменилась в лице, но молча кивнула.

Мама вернулась с уже одетым Марком, закутанным в куртку и с ярким шарфом на шее.

- Вот, забирай, - сказала она, отдавая мне малыша.

- Пойдём, мой сладкий, - я обула его в сапожки и взяла его за руку. Мы захватили с собой ведёрко, совок и мячик, после чего вышли во двор.

Во дворе местами всё ещё лежал снег. Чистых мест осталось немного, но мы с Марком решили сделать куличики. Потом он забрался на качели, и я катала его, пока его заливистый смех не стал привлекать внимание других детей. Потом он захотел поиграть в мяч, и мы немного побросали его друг другу.Во дворе гуляло ещё несколько детей с родителями.

Марк, завидев мальчика примерно своего возраста, захлопал в ладоши и побежал к нему. Они быстро нашли общий язык, начав катать друг другу мяч. Марк звонко смеялся, его смех разносился по двору, словно самый счастливый звон колокольчика.

Я не могла отвести глаз от его светлого личика, от того, как он сосредоточенно пытался догнать мяч, как смешно топал по грязному снегу, оставляя крошечные следы. Моё сердце переполнялось теплом.И вдруг, Марк споткнулся, покачнулся, словно маленький кораблик в буре, и упал на колени в мокрую кашу из снега и земли.

- Мама, бо! - тоненько выкрикнул он, поднимая ко мне свои глаза, полные слёз, от которых защемило грудь.

Я тут же бросилась к нему, ноги скользили по рыхлой дороге, но я не могла думать ни о чём, кроме своего малыша. Подняв сына, я быстро его осмотрела и прижала к себе, чувствуя, как он дрожит.Ничего страшного не случилось, просто ударился и испугался.

- Больно тебе, маленький? Понимаю, - прошептала я, целуя его теплую, влажную от слез щечку. - Мама сейчас пожалеет, и всё пройдет. Не плачь, мой хороший.

Марк всхлипывал, прижимаясь ко мне, а я, гладила его по спине, стараясь успокоить,

Но внезапно все вокруг изменилось.

На меня упала длинная тень, перекрыв приглушённый весенний свет. Сначала я подумала, что это просто кто-то из прохожих, но моё сердце пропустило удар.

Позади раздался низкий и до боли знакомый голос:

- Мама?!

Я замерла. От этого одного слова по спине прокатилась ледяная волна. Мой разум мгновенно осознал, чей это голос, ещё до того, как я успела обернуться.

- Вот это новость! - продолжил он, с какой-то язвительной усмешкой. - И какое же отчество у ребёнка?