Глава 38

Он хочет, чтобы я поехала с ним? В голове тут же выскакивает куча вопросов – как головы кротов в игровом автомате на пирсе. А как же школа? А родители? А моя жизнь?Мысленно бью по ним молотком, как по игрушечным кротам. Для Ноя в этой поездке – целая жизнь.К счастью, отвечать не приходится – раздается веселая, заводная песня, и все вскакивают танцевать. Нас с Ноем увлекает общий водоворот. А судя по тому, как он оттягивается под музыку, немедленного ответа от меня никто не ждет. Беру себя в руки, вновь становлюсь шикарной парижанкой Пенни и тоже веселюсь.Чем ближе утро, тем больше мне кажется, что мои лодыжки раздулись до слоновьих размеров. Шпильки оказались самой большой данью моде сегодня вечером. К счастью, от клуба до гостиницы не так уж далеко, а из такси до вестибюля Ной доносит меня, посадив себе на закорки.Из-за его спины я замечаю верхушку Эйфелевой башни. Она украшена сверкающими танцующими огоньками и напоминает мне о тех гирляндах, что Ной развесил для меня в подвале дома Сейди Ли в Нью-Йорке. Ты только посмотри, – шепчу я ему на ухо.Он запрокидывает голову и чуть не роняет меня, когда замечает башню.– О мои ноги! О мои больные ноги! – жалуюсь я.– Слушай, – Ной берет меня за руку. – У меня есть идея. Мы так и не устроили День волшебных случайностей. А почему не сделать Ночь волшебных случайностей? Пойдем смотреть на Эйфелеву башню прямо сейчас. А потом заглянем в круглосуточный ресторан, о котором мне говорил Ларри, и увидим, как солнце встает над Лувром…Несколько секунд назад я чувствовала себя такой уставшей, что могла бы, наверное, проспать несколько ночей подряд, но теперь меня обуревает жажда деятельности. Возбуждение растекается по мне от макушки до пяток.– Отлично, – откликаюсь я.– Тогда пошли, пока никто не заметил.– Э-э… – Гляжу на свои ноги. – Боюсь, в этой обуви я никуда не смогу пойти.Ной смеется.– Вот уж проблема так проблема. Дай мне ключ от твоего номера и подожди минутку.– А можешь захватить мою сумку? Там у меня камера лежит.– Все что пожелаешь.Все остальные уже разбрелись по гостинице – кто в бар, кто в лифт. Ной подводит меня к одному из кресел в вестибюле. Достаю ключ, снимаю туфли, и он убегает.– Я мигом!Проходит, наверное, пара минут. Ной возвращается с моими любимыми «конверсами» в руках. Натягиваю их на ноги со смесью облегчения и удовольствия.– Пенни Портер, так ты выглядишь еще краше, – объявляет он, восхищаясь моим новым стилем, и поднимает меня с кресла. Протягивает мне сумку. Я накидываю на плечо ремень и убираю ключ от номера в карман платья.Ноги больше не болят, и мы перебегаем улицу рука об руку. Эйфелева башня притягивает нас, как магнит.– Ной? Эй, Ной, подожди!Прекрасный момент разлетается на осколки, едва из дверей гостиницы до нас доносится голос Дина.Я не хочу, чтобы мы останавливались. Я хочу и дальше бежать по улице, но Ной держит меня за руку, и я чувствую его колебания.Он останавливается и разворачивается.– Да? – слово звучит не очень-то дружелюбно.Дин торопливо подходит к нам.– Я же говорил, мне нужно, чтобы ты посмотрел и одобрил фотки и элементы дизайна для дальнейших гастролей. Это надо сделать сегодня, иначе оно в прессу не попадет.– Серьезно? Неужели до утра подождать нельзя?Дин не сводит с него глаз. Ной опускает взгляд.Я подхожу ближе.– Дин, а разве ты сам не можешь все посмотреть и одобрить? Ной обязательно должен это делать?Менеджер фыркает.– Ной утверждает все, что увидят его поклонники. Верно, Ной?– Дин прав, – удрученно подтверждает Ной. – Надо вернуться и просмотреть фотки. Они потом будут везде, на всех афишах и плакатах. Нужно, чтобы все было как полагается. Я не могу всех подвести.С трудом удерживаюсь, чтобы не расхохотаться.– То есть… я подвожу тебя, Пенни. Но…– Да я понимаю, – перебиваю я. А сама думаю: я пытаюсь понять, Ной. Изо всех сил. Снова с трудом удерживаюсь от смеха – мы даже ночью не можем найти время, чтобы побыть вместе. Неужели этоМы возвращаемся в гостиницу – намного медленнее, чем выходили из нее. Адреналин ушел, и усталость сбивает меня с ног, как грузовой поезд.– Давайте здесь поговорим, – предлагает Дин. Он пересекает вестибюль и направляется к бару.– Я, наверное, пойду к себе в номер, – отказываюсь я.– Давай попробуем завтра еще раз? – голос у Ноя мягкий и виноватый.Его рука соскальзывает с моей, и я остаюсь одна. Жду лифт и смотрю, как Ной от меня уходит. то, на что я подписывалась?