Безумец

     По телу пробежался колючий холодок, поднимая вверх светлые волоски на затылке. В сгустке серой мглы девушка отчётливо рассмотрела мужской силуэт, но явно не тот, который та надеялась повстречать у своего дома в такой поздний час. Мигом голова наполнялась гущей нехороших мыслей. Опасения порождали страх, который то и дело отзывался в девичьей груди давящей тяжестью. Стенки лёгких заметно сужались, замедляя процесс дыхания и не разрешая кислороду проникать в необходимом количестве. Всё было против того, чтобы Йеджи продолжала стоять на месте, рассматривая сквозь ночную темень нежеланного парня. Но в то же время, любознательность и тяга найти объяснения на дурацкий поступок, стояли куда выше всех остальных чувств.

     Поэтому Хван быстро решилась тихо приблизиться к ухмыляющемуся Чонину, ожидая, что тот встретит её со словами о неотложном деле, либо же срочной новостью, из-за которой тому пришлось примкнуть к такой уловке. И правда глупо называться чужим именем, чтобы просто назначить встречу. Не проще бы напрямую обратиться?

     Видя, как девушка аккуратной поступью направляется прямо к нему в уже заготовленную ловушку, парень, кажется, не мог нарадоваться собственной гениальности, что вполне ясно отсвечивалось на его чертах, которые исказились в непозволительно широкой улыбке, почти на ровне с маниакальной гримасой. Его лицо явно могло разгорячить чью-то нервозность, но только не Йеджи, которая со всеми вела себя столь холодно и отстранённо, будто люди вокруг слишком примитивны чтобы вызвать у неё хоть каплю интереса. В принципе быть может в селе и правда найдёшь мало хороших собеседников, но брюнета всегда неимоверно злило девичье отношение. Ведь, подобно безумцу, тот ясно глядел через фальшивую маску каждого и под милой улыбкой Хван, всегда одаривающая его и его близких сугубо из вежливости, тот плотно вбил себе в голову, что девушка через чур высокомерна и много на себя берёт, принижая остальных своим ненастоящем поведением.

     А личная неприязнь лишь ещё один плюс на пути к осуществлению его плана, что не лишён сумасшествия, впрочем, не больше чем и он сам.

- Чонин, что тебе понадобилось в такой поздний час? - шёпотом задала вопрос девушка.

     Парень разглядел даже в кромешной темноте изгибы её нахмуренных бровей и даже то, как от нервов её нижнюю губу беспощадно терзают острые зубы, которыми та впивается в здоровый, пунцовый оттенок причудливом укусом. Его рассмешило такая реакция, но в то же время и удовлетворило, ведь осознание, что тебя бояться, приводит к большей внутренней уверенности.

- Кое-кто попросил меня тебя к нему отвести, у него для тебя сюрприз. - совершенно уравновешенный голос излучал абсолютную, подлую ложь, которая мастерски прятала истинные мотивы от не догадывающейся Йеджи.

- Кое-кто, это кто? - недоверчиво переспросила замявшаясь девушка.

     С одной стороны в голову тут же полезли мысли о Хёнджине, и, что может он захотел её удивить, устроив ей неожиданную встречу. Но всё-же он парень далеко не стеснительный и зачем ему общаться с Хван через посредника до сих пор неясно. Кажется можно было объяснить всё, кроме фигуры Чонина, непонятно зачем впутанного во всё это.

- Ты прекрасно знаешь о ком я. - закатил глаза брюнет, томясь в ожидании.

    Парню было явно неприятно, что беседа может набрать неожиданно долгие обороты из-за количества предстоящих вопросов, которые точно будут заданы такой скептической персоной, как Хван.

- Тот, кто подписал записку и попросил меня привести тебя к нему. - доходчиво пояснил парень, словно разжёвывая всё маленькому ребёнку.

    Такая интонация ему явно не к лицу, ведь в ней отчётливо промелькают ростки его раздражительности, что не смогло укрыться от чужой внимательности.

- Что ж.. - настроившись, уверенно начала Йеджи, набрав в лёгкие побольше воздуха. - ..тогда скажи этому "кое-кому", что пусть сам ко мне явится, если хочет чтобы я куда-то с ним пошла.

    Хван слишком насторожили все эти послания, скрытые в его поведении. В его слишком ярой бодрости, через чур добром темпе голоса, а так же в самом его поступке. Во всём этом та чётко отследила команду бежать. У парня точно что-то нехорошее на уме, а ей стоит быстрее возвращаться в дом, ведь рядом с ним она не чувствует себя больше в безопасности.

- Я не хочу подвести друга, Йеджи. - голос задрожал, не в силах скрыть своих внутренних демонах. - Тебе придётся пойти со мной.

    На последних словах всё вокруг приняло окончательно мрачный окрас, что ввело нерешительную Хван в немой ступор, когда она на пару минут лишилась способностей здравого мышления. Она совсем не ожидала, что ясные зрачки, в которые она глядела секунду назад, за мгновение ока приобретут такую пугающую мутность, что угольной пеленой накрыла всю поверхность приоткрытых глаз, угрожая неясной опасностью. Уголки губ приподнялись, доставая чуть ли не до ушей и сердце перекачивало в пятки от ужасной картины предстоящей перед ней. Йеджи точно напоролась только что на неприятность, огромную неприятность. Но пока ещё не известно в чём именно та будет проявляться.

- Мама может проснуться, ведь, кажется, я слишком громко заперла входную дверь.

    На ходу начала придумывать для себя оправдания растерянная девушка, медленно начав двигаться назад. Словно отползая от гремучей змеи, Йеджи прекрасно ощущала тёмную ауру, исходящую от силуэта напротив. Его будто поглотила тьма, не оставив при этом ни капли человечности. В любом случае сама девушка не могла увидеть в его озлобленных чертах что-то человечное. Его душа кажется затерялась в бесконечных туннелях охвативших его чувств и те сгустились, подобно грязному болоту начав затягивать его всё глубже в непроглядную мглу.

- Я пойду, Чонин. - голос прозвучал совсем неуверенно, выдавая с поличным испугавшуюся девушку.

    Йеджи не хватило выдержки и мастерства, чтобы упрятать свои подозрения за вуалью умиротворённости. И брюнет уже обо всём догадался. Понял, что ему не доверяют и прямо сейчас Хван готова бежать сломя голову в любую из сторон, лишь бы не подвергать себя и свою семью опасности.

    Тот не пропустил мимо ушей несдержанную в голосе дрожь и даже заметил скатившуюся капельку пота, что вниз по виску спустилась с намокших от волнения прядей. Брюнет явно был не удовлетворён таким оборотом событий. Он был уверен, что хотя бы пол пути они дойдут до нужной ему глуши, но Хван решительно настроилась разрушить все его планы и это лишь сильнее разжигало в нём имеющиеся оттиски безумия. Злость, как инфекция, начала распространяться по венам, совсем скоро подтолкнув парня на резкий, неожиданный шаг.

    Чонин вмиг сорвался с места, стремительно надвигаясь на испуганный, девичий силуэт. В тот момент он сам не прислушивался к своему разуму, который, пусть и был сумасшедшим, но чётко указывал на все последствия этого непродуманного хода. Но на сожаления времени не было, так как поступок уже совершён, а девушка прикована к мужскому силуэту, что удерживает её на месте, плотно обвив рукой за талию, а второй ладонью прижавшись к приоткрытому рту, вот-вот норовившему издать крик о помощи. Вот только Хван не успела. Она физически не смогла оклематься в нужное время и все предпринятые труды избавить себя от чужого натиска были лихо прерваны резким ударом, который парень нанёс своей головой прямо по чужому лицу. Столкнув друг друга лбами, его трезвость оставалась всё ещё значительной, а вот Йеджи из-за такого мощного прорыва потеряла сознание, бессильно оттаяв в мужском объятии. Её голова подобно тяжёлому грузу пала на широкую грудь, больше не в силах удерживать своё положение.

- Сколько же от тебя проблем, надеюсь со второй такого не будет. - шёпотом произнёс брюнет, прежде чем установить девичий силуэт на своё плечо.

    Несколько раз встряхнувшись, тот надёжнее зафиксировал хрупкую фигуру на своих закорках, мысленно поблагодарив за ничтожный вес, которым та обладала и который существенно упростил ему задачу. Лёгкость девичьего тела не давило на спину, не сковывая движения и свободно позволяя нести бессознательное тело Хван.

    Вокруг царила непроглядная темень в которой потонули очертания сельских домов лишённых малейшего источника света. Тьма скрывала слабые линии невысоких заборов и даже силуэты чёрных ворон, незаметно пристроившись на деревьях лесной чащи. С каждым новом шагом, Чонин приближался к зелёной листве, обрамляющей сухие ветви обнажённых на половину деревьев. Брюнет ближе подходил к своей цели, а девушка на шаг ближе к своему плачевному исходу.

    Пробираясь по памяти сквозь лесные дебри, парень уверенно отодвигал рукой лезущие вперёд ветки, устремившись мёртвой точкой куда-то вдаль. По лику видно, что он на сто процентов уверен куда и как идти, а кромешная темнота, что не позволяет разглядеть даже носочки собственных ботинок, казалось, этому не помеха. Он видел цель, но вот из-за безрассудства, что заслонило всё сознание, он не мог разглядеть вокруг тысячу недостатков. Чонин понадеялся, что судьба хоть в этот раз соизволит ему хоть в одной прихоти, а не прислушается к собственному капризу.

    Вот, наконец, вдалеке отчётливо стали мелькать очертания небольшой избы, которая была точно не к месту построена в самом сердце такой глуши. Не только дойти до цивилизация было долго, но и от одиночества можно было бы свихнуться, ведь из соседей, живущих тут раннее, могли окружить лишь мелкие грызуны, а может и хищник побольше. Но и этому явлению есть оправдание, ведь во время войны люди желали как можно надёжнее изолироваться от мира всего, чтобы ничего не видеть и не слышать. После этой мысли такое решение не кажется такой уж и странной, а напротив - вполне вообразимой.

    Растворив деревянную дверь, парень небрежно бросил девичье тело на пол, словно какой-то бездыханный предмет, а не живого человека. Если бы не беспросветный мрак, что завесил всё вокруг страшными тенями, можно было бы разглядеть мужское лицо, чьи черты исказились к немой брезгливости, словно ещё одного касания до бессознательной фигуры хватило, чтобы его затошнило.

    Припечатав к памяти местоположение мебели этого беглого интерьера, брюнет без проблем дошёл до стола в противоположном углу комнаты и взял с деревянной поверхности заранее заготовленную верёвку. Скрипучий отзвук от хождения кожаных ботинок по обветшалому полу заполнил всё небольшое пространство меж возвышенных, четырёх стен.       Лёжа на пыльной поверхности дряхлых дощечек, что еле ещё держались скреплёнными между собой, Йеджи начала приходить в сознание, улавливая чётко каждое постороннее передвижение. Ухо плотно прилегало к твёрдой поверхности, покрытой немалым количеством белёсой пыли, что позволяло девушке расслышать малейший шорох в мизерном пространстве.

    Глаза нехотя начали открываться, разлепляя ряды смоляных ресниц и предоставляя взору ужасающую картину реальности. В неведении было находиться не так уж и страшно, учитывая, что оклемавшись, ты повстречаешься с совсем незнакомым тебе домом, больше похожий на старый сарай, а рядом ты будешь один на один с безумцем, чьи планы насчёт твой фигуры даже не ясны. Хван уловила не так уж и далеко от себя очерк мужского силуэта, вставшего к ней спиной и что-то хватая со стола.

    Голову пронизывало режущей болью, от чего виски мучительно запульсировали, скапливая всю тяжесть в чуть выступающей линии лба. Было тяжело сконцентрироваться на одну лишь понятную мысль, вместо этого в голове воцарился хаос, мешавший Йеджи думать на ровне с безбожной мигренью звенящей в черепной коробке.

    Одному лишь была девушка рада, что, хоть какими-то остатками сознания, та могла живо ощущать свои конечности. Ноги и руки на месте, а значит шанс выбраться из этой паутины у неё всё ещё есть, если сможет скорее оклематься после столь небрежных действий. За то время пока её сюда несли, кровь успела прилить к мозгу, омертвляя тяжёлым оцепенением половину извилин. Ей по голове словно ударили молотком, раскрошив в пух и прах разбитый череп, вот только он всё ещё был цел, хоть отражающаяся боль сулило совсем об обратном.

    Собрав всю силу раскиданную мелкими крупицами по телу, та сосредоточила остаток энергии в руках, медленно начав подниматься. Ладони впились со всем усердством в мерзкую поверхность и медленно начали отталкивать хрупкий силуэт от грязного пола. Всё это не смогло к сожалению пройти незаметно, так как деревянный каркас быт настолько растрёпанным, что не смог даже такие малейшие действия сопроводить без протяжного скрипа.

- О, наша принцесса очнулась. - зазвучал весёлый голос Чонина, всё это время возившегося с запутанной длиной толстой верёвки.

    Конечно же он не оставил незамеченным услышанное и поторопился оповестить об этом и саму Йеджи. Девушка всего-лишь безнадёжно выдохнула, осознав, что ей не хватит форы для бегства. Ведь от безумца её отделяли лишь от силы три метра, а в физической форме она явно уступала маньяку.

- Зачем ты это делаешь? - устало спросила Хван, потратив последний силы чтобы принять сидячее положение.

    Голос, всё ещё сонный, отражал только что проснувшееся состояние, когда организму ещё не хватает моральных и мышечных сил, чтобы соображать. В глаза засел туман, вот только уже не в мужских, а девичьих, который изрядно расширились отследив верёвку в руках приближающегося брюнета.

- Отвечу на твои вопросы потом, обещаю. - заверил парень бодрым тоном, совсем не внушающий доверия.

    Чонин опустился на одно колено, сокращая расстояние между собой и трясущемся напротив телом. Она его боялась, что приносило ему огромное удовольствие, чувствуя себя чьим-то покровителем. Ему нравились такого рода ощущения, ведь они заставляли его эго петь дифирамбы.

- Но сейчас я удостоверюсь, что ты не сбежишь и пойду доделывать своё дело. - умиротворённость излучала опасностью, смешав понятия спокойствия с агрессией.

    Брюнет приблизился к испуганной фигуре, схватившись пальцами за тонкую шею и болезненно скручивая телесный фарфор в пальцах. Небрежные движения рассеивали следом красные полоски, как подтверждения тому, что ей больно.

- Не надо.. - дрожащим голосом процедила Йеджи, прямо в чужие уста, которые приблизились практически впритык, когда парень придвинулся ближе чтобы обвить шершавой нитью тонкие кисти рук.

    Чонин ничего не ответил на слова девушки. Кажется он и вовсе решил оставить это проскочить мимо ушей.

    Завернув ослабленные конечности за девичью спину, тот принялся туго стягивать верёвку вокруг, вызывая ужасные недовольства со стороны Йеджи. Девушка протестующе закивала головой, начав извиваться во все стороны и стараясь плечами задеть силуэт напротив. В порыве бунтарства ей даже удалось зацепить коленом чужое бедро, вот только это не принесло никаких результатов. Чонин всё продолжал настаивать на своём, не обращая внимание на девичью строптивость. Ему удалось успеть завить вокруг ноющих кистей толстую бечёвку, что приносили жгучую боль, покрывая затянутые в петли места зудящем раздражением. Практически сразу же на нежной коже выступили красные отметины, но которые благополучно скрыла от взора карих глаз кромешная темнота.

    Следом за верёвкой последовала и железная цепь, на вид не совсем новая, но лишь такую брюнету удалось выхватить у своего приятеля кузнеца. Тот присоединил одну из лодыжек холодной сталью к ближайшей ножке высокого шкафа, что единственный из всего интерьера мог показаться не едва устоявшей рухлядью.

- Жди здесь. - насмехаясь, проговорил брюнет, прежде чем засунуть в чужой рот лоскуток атласной ткани.

    Хван не сможет кричать, или даже если и получиться избавиться от неприятного материала во рту, её никто не услышит. Поэтому, со спокойной душой, Чонин направился осуществлять вторую половину своего плана.