4

Глава 4Откровенные разговорыВопреки ожиданиям, встреча с учителем прошла тихо и мирно. Еще бы, ведь длилась она всего пару минут. По распоряжению директора школы меня привлекли к расследованию утреннего происшествия. Ха! Надо было видеть выражение лица наставника: раздражение и удовольствие одновременно. Он явно досадовал, что не может распоряжаться, однако учеником гордился. И отпустил меня на весь день, хоть и не по доброте душевной. Георга вызвали в орден, и он рассчитывал вернуться только к вечеру.Преподаватель пространственных перемещений, мой старый добрый учитель Слай, встретил меня тепло. Я с огорчением отметил, что он сильно сдал: белые волосы, рябое морщинистое лицо, высохшие руки, почти прозрачная кожа. У драконов я научился многому, но мое умение строить порталы и чувствовать пространство – заслуга Слая.– Ты стал совсем взрослым, Бен.Эта единственная фраза, не относящаяся к делу, заставила меня покраснеть, как мальчишку. Хотел же сам зайти к учителю, да отложил на потом. Боялся неласковой встречи, чего уж там. А Слай ждал, когда его лучший ученик снизойдет. И помощь, скорее всего, ему не нужна. Просто повод увидеть меня. Стыдно.– Кто-то пытался открыть портал из зоны отчуждения. Сигнализация сработала. Посмотри свежим взглядом. Может, узнаешь почерк.Даже если узнаю, не скажу. Или это очередная проверка?– Хорошо, учитель.Мы отправились на место происшествия вместе. Зона отчуждения – территория за защитным барьером школы. Если внутри школы построить портал невозможно, то здесь магическое поле искажает координаты, причем алгоритм смещения периодически меняется. Надо быть безумцем, чтобы пытаться переместиться отсюда. Однако ж кто-то пытался.Поляна в лесу была истоптана и выпотрошена вдоль и поперек. Навряд ли от меня ожидают открытий, скорее, все же проверка. И пусть, не буду разочаровывать учителя.Увидел следы магических плетений. Почерк? Проклятие! Это же Инвар. Как будто знал, что меня привлекут к расследованию, и оставил послание.Каркас портала строится по определенным правилам, но узор силовых линий может быть любой, он зависит от многих факторов. И все же есть участки орнамента, не имеющие отношения к работе портала, – опытному мастеру легко отличить «украшение» от рабочей ветки. Украшательством, опять же, грешат опытные мастера, но на стационарных порталах. Это что-то вроде метки, клейма.Конечно, тут целостность структуры была нарушена. От портала остались обрывки, да еще поле исказило узор линий. Но украшение еще оставалось стабильным: вензель Инвара, заключенный в круг. На тайнописи, которой нас обучали в горном, это означало: «Я рядом».– Что-нибудь скажешь? – поинтересовался Слай.– Н-нет, – выдавил я, маскируя замешательство под сосредоточенность. – Странно, тут клеймо. Кто-то слишком наглый или самоуверенный.«Или хотели отвлечь внимание от чего-то более важного». Притворяться, будто ничего не увидел, не стал. Глупо отрицать очевидное.– Да, – согласился Слай. – Осмотрись вокруг, может, заметишь что-то еще. Два маяка я снял, их может быть больше. Держи.Он кинул мне кристалл силы. Я нервно сглотнул. Граница поля близко, если рвануть туда, меня никто не догонит – кроме старого учителя тут никого нет. С кристаллом я могу переместиться куда угодно. Зачем Слай так рискует?Я не сбегу без Дженни.А осмотреться стоит. Инвар мог оставить и другие метки. Используя силу, прощупал окрестности. Тоже хороший способ узнать, чему я научился в горном. Однако Слай не обращал на меня внимания, возился с расшифровкой координат, систематизируя остатки силовых линий портала.Я обнаружил еще пять маяков. Пять! Из них три вполне мог засечь Слай, а вот два – драконья школа. Навряд ли инквизиторы научились ставить маяки в подпространстве. Даже я не умею! Но обнаружить – вполне реально, если знать секрет. Знает ли о нем учитель? А вот и проверим.Отчитался о находках, умолчал лишь об одном маяке. Слай задумчиво на меня посмотрел и спросил:– Бен, почему ты еще тут?Поперхнулся и растерялся. Слай улыбнулся мне глазами, мол, ты не ошибся. Рейо побери! Даже в мыслях не было, что такое возможно. И никакая это не проверка, он всерьез предлагает мне бежать.– Я тут, потому что вы позвали, лийон учитель.– Ты же все прекрасно понял, Бен. Ты всегда хорошо соображал.– Нет.Воспользовался бы я неожиданной помощью, если бы не Дженни? Соблазнительно. Особенно когда уверен, что готов покинуть орден любой ценой.Получается, не любой. Слишком очевидно участие учителя в предполагаемом побеге. Ему не простят. Он не заслужил такой смерти.– Я решил, если сдашь все маяки, не стоит и пытаться. Но один ты все же оставил про запас. Значит, тебе нужна свобода. Уходи, Бен, больше у тебя не будет такого шанса.– Не могу.– Из-за девочки?– И из-за вас тоже.– Обо мне не стоит беспокоиться.– А вот это уже мне решать, – перебил я учителя.– Что ж… ты прав, твой выбор. – Слай неодобрительно покачал головой. – Маяк оставь, да вот еще. – Он протянул мне клочок бумаги. – Алгоритм смещений на сутки. Спрячь рядом, поставь свою метку.– Нет, – снова возразил я, – а если…– Скажу, ты украл, – фыркнул учитель. – Ну же, бери!– Спасибо.Надо бы спросить его про сестру! Слай из Высших, он не может не знать. И выдать Влада? Первое, о чем спросит учитель: откуда вообще такие мысли? Ладно, мне он помогает, а на остальных навряд ли хватит его великодушия. Поэтому – молчок.Мариза караулила меня около общежития. И ведь специально спряталась и вышла, когда я уже не мог уклониться от встречи.– Бен, пожалуйста, – после того, как мы поздоровались, она сразу перешла к делу, – давай поговорим.В синих, как осеннее небо, глазах – желание. Рыжие кудри по плечам, запах клубники и терпкого вина. Простое платье плотно облегает девичий стан. Она помнит, я не люблю вычурность.Когда-то я собирался жениться на Маризе. Выгодная партия: и красива, и умна, и происхождение подходящее.– Мы уже разговариваем.– Прогуляемся? – Она взяла меня под руку.– Хорошо.Не слишком ли много охотников до откровенных разговоров? Впору пожалеть о собственной популярности.Мы медленно пошли по тропинке, ведущей к оранжереям. Я молчал. Совершенно не представляю, о чем говорить. Просить прощения, что сбежал не попрощавшись? Глупо. Объясняться и вспоминать прошлое – еще глупее. Мариза тоже молчала. Ожидает от меня каких-то признаний? Ее ждет разочарование – все давно уже перегорело и забылось. И ее синие глаза больше не имеют надо мной власти.– Ты изменился, – обронила Мариза, пиная носком туфельки веточку.– Неудивительно, столько времени прошло, – ответил я. – Ты тоже изменилась, стала еще красивее.И это правда.– Ты совсем обо мне не вспоминал, верно?Так и знал. И голос уже дрожит, и пальцы нервно теребят платочек. Только любовной драмы мне сейчас и не хватает!– Мариза, послушай. – Я остановился и развернул девушку лицом к себе. – Мы расстались. Нехорошо, неправильно, непорядочно – это моя вина. Но мы больше не вместе. Я не хранил тебе верность, мы ничего не обещали друг другу. Ты же не думала, что я вернусь?Она всхлипнула, но врать не стала:– Нет. Я тоже… не хранила верность. Но когда ты появился, снова почувствовала себя той девчонкой… Помнишь, когда мы…– Помню, – перебил я Маризу. – Все помню. Только это уже прошлое. Давай будем жить настоящим, хорошо?Вот так. Сухо и жестоко. Пусть лучше ненавидит, чем грезит о невозможном.Мариза помрачнела – синие глаза потемнели, на лбу появились морщинки. Неужели сейчас начнется истерика с заламыванием рук? Мол, я тебя любила, а ты воспользовался моей наивностью. Но нет, она нашла в себе силы улыбнуться:– Останемся друзьями?Вот и умница!– Конечно.И если у тебя все, можно я пойду? Вслух этого не сказал, хотя очень хотелось. И пора бы уже проверить, как там Дженни.– Как Мила? Не знаешь, где она сейчас?– Понятия не имею! – выпалила Мариза и поджала губы. – Ты теперь с ней, да?– Нет. Я за нее отвечаю.И ведь не соврал. Мы с Дженни и поцеловаться-то всего один раз успели, а теперь, после того, что я с ней сделал, она и близко к себе не подпустит.– Правда не знаю, – смягчилась Мариза. – Утром она отличилась, использовала силу в комнате. Ой, не смотри на меня так. Наказали ее дежурством по дому. И все!Выдохнул, жалея, что не подошел к Дженни утром. Надо ее найти.– Глаз да глаз за этой Милой!– Пойдем, провожу, – вздохнула Мариза. – Знаю, где сейчас Алана, у нее спросим, где твоя… подопечная.– Нам надо поговорить! – выпалила Дженни, когда я нашел ее на спортивной площадке, где она следила за тренировкой бегунов.Отлично, еще один разговор. Надо полагать, откровенный. А глаза горят, щеки раскраснелись, и туфелькой притопывает от нетерпения.– Слушаю, сестренка.– Не здесь. – Она встала на цыпочки и прошептала на ухо: – Чтобы нас никто не видел и не слышал.Все интереснее и интереснее. Повел ее на полянку, где вечером беседовал с Владом.– Бес, мне приснился сон, – сообщила мне Дженни.И я закатил глаза. Есть ли пределы Милиной глупости? Однако чем дальше она рассказывала, тем внимательнее я слушал.Не сомневался, драконы не оставят Дженни в беде. А вот их возможности меня поразили. Наведенный сон – даже не слышал о таком. Или не сон… Галлюцинация? И как они не побоялись рисковать малышом! Заставили хозяйку призвать фамилиара. Поэтому Инвар и отвлекал внимание инквизиторов в зоне отчуждения. А сигнализация все равно сработала. Мариза прибежала первая и помогла скрыть следы? Вот это сюрприз! Мне она ничего не сказала. Что за игру она ведет?– Мила, ты молодец, все правильно сделала, – похвалил я Дженни. – Только где лекарство, что передали драконы?– Да вот же! – Она вытащила из кармана мешочек и отдала его мне.Вытрусил на ладонь содержимое: две капсулы медового цвета. Если присмотреться, то можно разглядеть едва заметную маркировку – букву «л». Да я и без нее знаю, что за лекарство нам передали.– Ты объяснишь мне?– Да. Их надо выпить. Одна для тебя, другая – для меня.– Зачем? – надула губки Дженни.И я вспоминаю, сестра не любила принимать лекарства. Даже хуже – боялась. Откуда бы драконам знать об этом! Придется хитрить, чтобы заставить ее проглотить капсулу.– Тебе же сказали, испытание. В конце надо выпить лекарство.– Нет, мне сказали отдать тебе, – упрямится Дженни.– Ты отдала, теперь я объясняю тебе заключительную часть. Положить в рот и проглотить.– А давай мы скажем, будто я проглотила?Вижу, как лицо Дженни искажается от страха. Как неудачно! Снять блок? Опасно. Если будет истерика, я не справлюсь. Надо уговаривать.– Нельзя, – добавляю строгости в голос. – Давай лучше вместе. Кладем на язык. Подальше, да. Я сейчас тоже положу. И…– Стоять! Не сметь!Вздрогнул от неожиданности, лекарство проскользнуло в глотку. На поляне появились инквизиторы. Все же следили. Еще можно успеть!– Глотай, быстрее!Глупая Мила выплюнула капсулу. Проклятие! Это вещество не должно попасть в руки инквизиции. Зачерпнул силы из источника Дженни и выжег место, куда упала капсула.Рейо побери! Провал.Крики. Визг испуганной девочки. Удар, сбивающий с ног.Мне уже все равно.В глазах плывет, звуки исчезают, тело наливается тяжестью.Не смог защитить. Не смог спасти.Все кончено.* * *– Бес! – завопила я, когда брат упал.Извернулась и лягнула инквизитора, держащего меня за руки. И откуда силы взялись! Вырвалась и бросилась к брату.– Бес! Да что с тобой?!Упала рядом на колени, припала к груди, обнимая за шею.Кто-то отшвырнул меня в сторону.– Бес!Рыдая, кое-как встала на четвереньки и поползла обратно. Происходило что-то страшное, неправильное. Над братом склонились, зачем-то пощупали шею, грязно выругались.Что происходит?!– Бес, пожалуйста, открой глаза! Бес!– Не надо, Мила. Он мертв.Недоуменно посмотрела наверх, услышав знакомый голос. Алана? И тут до меня дошел смысл ее слов.– Нет, – прошептала я, леденея. – Нет.И набросилась на брата, вцепившись в куртку.– Вставай! – кричала я, пытаясь поднять его с земли. – Вставай!Задыхалась от плача, размазывая по лицу слезы. Отбивалась от рук, пытающихся оттащить меня в сторону.А потом ко мне вернулась память.Яркие вспышки воспоминаний разрывали голову. Бес в образе посланца черного бога. Бес, кормящий меня кашей с ложечки. Бес с хворостиной. Бес, целующий меня в губы. Бес на уроке фехтования. Бес на коленях перед инквизиторами. Бес – предатель.Предатель. Инквизитор. Подлец.Он сделал из меня куклу.Он лежит мертвый.Из-за лекарства, переданного мне отцом.И я никогда, никогда не смогу сказать ему, как я его люблю!Взвыв, еще крепче вцепилась в Беса и зарыдала в голос, уронив голову ему на грудь.Логика? Рейо побери логику!Он не мог быть предателем. Отец не мог передать отраву для нас обоих.Все кончено.– Джейн?Кто-то тряс меня за плечо.– Да оставьте меня в покое! – зло выкрикнула я.И тут же поняла, что выдала себя.– Вспомнила, значит, – кивнула Алана. – Вставай, пошли. Слезами ты его не воскресишь.– Ку-куда? – меня стало бить в ознобе, аж зубы застучали.– А не пойдешь, так помогут. Ведите ее! Достал уже этот спектакль! – разозлилась Алана.Меня оторвали от Беса, поставили на ноги и куда-то поволокли.