7

Глава 7ПредательПрошлое ударило так, что чуть дух не вышибло. Надо было хватать Дженни и бежать. Сразу же, как только понял, что попался. Надо было соображать – орден на уши встанет, как только проверят отпечаток! И сам учитель собственной персоной примчится за ослушником. Рейо их всех раздери!Не был готов к встрече с прошлым. Думал, успеем. Вырвемся. Дать больным лекарство, Дженни в охапку – и порталом в Крагошу. И пусть поищут ветра в поле!Даже ничего толком обдумать не успел. Только увидел мою девочку, бледную и испуганную, и понял: на размышления нет времени. Я втянул ее в эту историю, мне и выручать. Вот только поймет ли она меня? Не забудет ли данное обещание?Предполагал, что рано или поздно мне придется встретиться с инквизицией. Инвар недвусмысленно намекал: в будущем, после окончания университета, я интересен ему, как агент в Мурильмии. Оно и понятно, с таким статусом! Вот только я был категорически против. И все же долго и упорно работал над прорисовкой второй личности.Инквизиторы – менталисты. Они легко считывают чужие мысли. И защита не всегда помогает. А уж меня-то они точно будут ломать, лишь бы добраться до знаний, полученных в горном. Поэтому я приготовил им обманку – вторую личность, с ложными чувствами, воспоминаниями и знаниями. Ложную для меня, но правдоподобную для них. Она, как дополнительная защита, надежно спрятала меня настоящего. Спасибо драконам, поделились секретом.Рисковал одним – доверием Дженни. Она увидит совсем другого человека. Поверит ли в предательство? Она должна понять. Иного выхода просто не было.Если бы учитель не заметил особенности ауры, я бы ткнул его носом. Потому что женщина – это вещь. Дженни проще убить, чем пытаться куда-то пристроить. Тем более она присутствовала при разговоре. Заинтересовать, заставить взять с собой – возможность быть рядом с ней. Пусть пока я бессилен, но не собираюсь упускать ее из виду. Слишком хорошо знаю методы инквизиторов.Сейчас главное – держать себя в руках. Не позволять чувствам взять верх над разумом. И придумать, как нам сбежать.Мы ехали по степи, верхом на лошадях. В центр ордена порталом не попасть, из соображений безопасности. И рядом нельзя – размажет в подпространстве. В чем инквизиторы сильны, так это в защите от чистой силы. Учитывая, что пленницу везут, перекинув через седло, будем добираться не меньше получаса. Есть время подумать.Сердце сжималось, когда видел, как обращаются с Дженни. Унизительная и неудобная поза, ей больно и наверняка хочется пить. И пыль режет глаза. Но лучше так, чем смерть. Она сильная, моя девочка. Она справится.Ехал чуть впереди, рядом с учителем. Когда сзади заржала лошадь, резко обернулся и выругался – встав на дыбы, лошадь сбросила седоков: инквизитора и Дженни. Не иначе как девчонка постаралась! Кокон Шейора она разрушила даже до того, как чему-то научилась. Разбилась же, дурочка!Спешился и помчался к Дженни. Она пыталась встать, барахталась в пыли. К счастью, испуганная лошадь ускакала вперед.– Бес, давай, – прошептала она одними губами, когда я упал рядом с ней на колени.Так вот чего она добивалась! Решила, если я окажусь рядом и прикоснусь, то смогу перенести нас отсюда. Моя девочка, я тебя разочарую. Это невозможно. Инквизиторы никогда не пришли бы за мной без амулетов, блокирующих перемещение в пространстве. И нас с тобой они ни за что не выпустят.– Сеть! – крикнул кто-то из конвоиров.И в подтверждение моих мыслей нас накрыло магической сетью. Кто бы сомневался!– Цела? – прошипел я сквозь зубы.Дженни кивнула, все еще надеясь на чудо. Никаких чудес, девочка моя. Перед тобой циничный инквизитор, который беспокоится о твоем здоровье только потому, что ты очень ценна для ордена.– И зачем? – недовольно спросил я, поднимаясь на ноги. И рывком потянул за собой девчонку. – Я же был рядом, не дал бы ей сбежать.– Кто ж тебя знает, мальчик мой, – улыбнулся подъехавший учитель. – Сбежал бы вместе с ней, с тебя станется.– Я же сказал, что вернулся!А теперь можно позволить себе и гнев, и ярость. Как это так? Мне не верят? Мне, Бенджамину Коулу?!Дженни испуганно сжалась, пытаясь вырвать руку.– Стой спокойно! – крикнул я ей в лицо.Меня обожгли взглядом, от которого перехватило дыхание.– Будем считать, я тебе поверил, – произнес учитель и велел убрать сеть.Передал Дженни инквизитору, сел верхом и умчался вперед.Белые стены, белый потолок, белый пол. Комната без единого окна залита светом. Здесь нет ничего, и я сижу на полу, с обнаженным торсом и босиком, в ожидании учителя. На белом кровь смотрится особенно эффектно. Бить будут, в этом нет сомнений. Даже если не докажут, что я лгу, все равно получу свое за тот побег. Плевать. Мне бы перестать думать о том, кто и как допрашивает сейчас Дженни. Получается неважно, и это плохо.– Сиди.Учитель входит в комнату, следом вносят стул, на котором он устраивается напротив меня. Высший инквизитор, назначенный мне в наставники. Это от него я сбежал три… нет, уже четыре года назад. Сначала в Крагошу, потом случай свел меня с Инваром. Случай ли? Теперь, зная его методы, в этом можно и усомниться.Учителя зовут Георг, но я никогда не называл его по имени. У него мягкие вьющиеся волосы, собранные на затылке в хвост. Добродушное круглое лицо, на котором всегда улыбка – снисходительная, отеческая. Вот только глаза безжалостные и холодные, как и он сам. И в руках – кнут.– Мальчик мой, ты почти не изменился. Расскажешь старому учителю, как прошли годы в разлуке?– Вы же прекрасно знаете, я учился в горном у драконов. Или нужно описать каждый день? Боюсь, и не вспомню.Вздрагиваю от первого удара, шиплю сквозь зубы. Я и забыл, как это больно.– Не дерзи сверх меры, мальчик мой. Ты предал нас, и мы вправе казнить тебя за предательство.– Я бы не сбежал, если бы вы не убили Милу.Снова удар. Чувствую, как по спине потекла теплая влага. Кнут сразу рассекает кожу.– Не будь столь категоричен, ее никто не убивал.В глазах темнеет. Столько времени прошло, а я все еще нервничаю, как мальчишка, при одном упоминании имени сестры. Надо менять тему. И тактику.– Я привел вам носителя источника. Это искупит мою вину?– О да. Если только это не очередной розыгрыш.– Какой розыгрыш? – позволяю себе возмущение. – Вы же видели ее ауру! Вы же знаете, мне не сбежать отсюда. Я вернулся. Сам.Зарабатываю еще один обжигающий удар кнутом.– Тебя поймали на месте преступления.Молчу. Возражать нет смысла. Лишние оправдания выглядят неубедительно.– Кто она?Ага, сейчас расскажу. Всю правду.– Не знаю. Студентка горного. Мы… встречались.– Как она получила источник?– Не знаю. Она, кстати, тоже. Может, родилась такой.– Как она попала в горный?– Не знаю. Не интересовался. Это важно?– А ты как думаешь?Голос учителя понижается до опасного шепота, а на мои плечи снова опускается кнут. Удары редкие, и пока я в силах терпеть боль. Но это ненадолго.– Что вы собираетесь с ней делать?– Ты нагле-е-ец, – хохочет учитель. – В твоем положении – и задавать такие вопросы!– Вы не заставите ее силой. А я знаю как.– И как же, мой мальчик?– Вы пообещаете мне, что я буду рядом с ней.Три удара, один за другим. Хлесткие, вспарывающие кожу. Дикая боль, которую невозможно терпеть. С хриплым стоном падаю набок.– Сядь прямо!Подчиняюсь приказу. Успеваю заметить капли крови на белом полу. Кривлюсь и сплевываю. Прикушенная губа тоже кровит.– Ты все еще хочешь выставлять мне условия, мой мальчик?– Да. Я хочу быть рядом с ней. Всегда.– И почему же?– Она похожа на Милу.Кажется, мне удалось его удивить. Учитель не бьет. Задумчиво смотрит на меня, вертит в руках кнут.– Допустим. И что из того?– Неужели вы еще не поняли, как я любил сестру? – Выплевываю эти слова вместе с горечью и кровью. – Или я прошу о многом? Вы можете сломать ее и потерять навсегда. У девочек такая хрупкая психика!Последние слова попадают точно в цель. Учитель выслушает меня, но сначала будет проверка, а потом – порка.– Будешь сопротивляться?– Буду. Терпеть не могу, когда кто-то копается в моей голове.– Тебе же нечего скрывать?– Вот и проверяйте.– Ты сам напросился на этот урок, мой мальчик.Ледяная рука сжимает горло. Учитель не двинулся с места, использует психокинетику. Мне от этого не легче. Сопротивляюсь, как могу, но основные силы уходят на защиту от ментального проникновения. Это такой метод – отвлечь внимание и захватить разум. Давление извне можно выдержать, спустя пару минут я понимаю, что сильнее учителя и ему не взломать защиту. Но нельзя показывать это, и я поддаюсь. Имитирую взлом, боль и ужас. Пускаю его туда, где хранятся воспоминания и мысли второй личности. Убедись, твой ученик не солгал тебе. Всхлипываю, судорожно переводя дыхание, когда ледяная рука отпускает шею. Эту проверку мне засчитают.– Ты расстроил меня своим побегом.Прелюдия к другому действу.– Да, учитель. Я виноват. Накажите меня.Зубы сводит от того, как приходится унижаться. Но если это мнимое послушание скостит мне пару ударов – я только выиграю.– Можешь лечь на живот.А вот это уже милость, за нее можно поблагодарить. Лежа принимать такую порку легче, чем стоя.Учитель милостив и в другом. Наказание длится недолго. Мне не хватает терпения вынести его достойно – слезы заливают лицо, стоны почти срываются в крик. Но все же я в сознании после последнего удара кнута. И в отведенную мне комнату ухожу сам, без посторонней помощи.* * *Не знала, как это больно – предательство любимого человека. Думала, что знаю, когда в школе обижалась на родителей. По-настоящему это куда больнее.Не верила до последнего. Даже после того, как в больнице открылась вся правда. Даже после того, как провалилась моя попытка помочь нам сбежать. Было обидно, но все же находились оправдания. Может, портал просто невозможно открыть? И каждый раз, когда мне казалось, что Бес стал чужим, незнакомым, я вспоминала его улыбку – насмешливую, но добрую. Вспоминала, как он заботился обо мне. И наш единственный поцелуй. И тот последний вечер в Мурильмии, когда мы сидели рядом, и он держал мою руку в своей, и гладил мои пальцы, немного бездумно, но очень ласково. Такой человек не мог предать.Бес ведет какую-то игру, у него есть план. Он ничего не сказал инквизиторам о фамилиаре. Это тоже поддерживало и заставляло верить в лучшее. Живой источник магии – да мне цены нет! А уж вместе с драконом…Лишь бы не догадались, кто я такая. Отвечая на вопросы, я изменила имя и придумала себе биографию. Назвалась сиротой, воспитанной в приюте одного из городов Крагоши. Как попала в горный? Дар проявился, какой-то маг за ручку отвел в школу, а потом уже сдала экзамены в университет драконов. Как познакомилась с Коулом? В горном, конечно. Мы встречались… недолго. Любовь? Нет, что вы. Так, симпатии.Со мной обращались неплохо. Комната, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Еда и вода. Чистая одежда. И бесконечные разговоры.Мне задавали одни и те же вопросы. Надеялись, не запомню, что соврала? И все время пытались залезть в голову. Сначала незаметно, потом открыто. У меня было преимущество: я научилась сочетать ментальную и силовую защиту. Это просто, имея источник. Никто из инквизиторов не смог меня сломать, даже Высшие.Они хотели, чтобы я стала их собственностью. Предлагали продолжить обучение в инквизиторской школе. Сулили богатство и власть. Я отказывалась вежливо и твердо. И содрогалась при мысли о том, что будет, если меня начнут бить. Ментальное давление я выдержу, а физическую боль – нет. К счастью, до этого не дошло. Хотя, пожалуй, я бы предпочла орать от боли, чем рыдать от предательства Беса.Он пришел ко мне на следующий день после того, как меня привезли в орден. Равнодушный взгляд, брезгливо поджатые губы, неестественно прямая спина.– Джейн, ты зря отказываешься от сотрудничества.– Почему?Я спросила его, почему он так изменился, но он то ли не понял вопроса, то ли притворился непонятливым.– Это глупо. Тебе предлагают сотрудничество, но если ты будешь сопротивляться, то попадешь в зависимость. Рабство тебя больше устроит? Рано или поздно защиту сломают, тебя подчинят.– Почему, Бес?– Не строй из себя дурочку! – разозлился он. И я поежилась, потому что разозлился он по-настоящему. – Ты прекрасно все поняла.Я ждала хоть чего-нибудь – жеста, взгляда. Любой знак, подтверждающий, что нужно подождать, подыграть, смириться. Нет, ничего.– Бес, ты давно планировал?..– С того самого момента, как увидел твою ауру, детка.Самодовольная усмешка.– То есть это все… – я развела в стороны руки, – это все правда?– Это все правда, – засмеялся он. – Смирись. И прекрати ждать чуда.После разговора я долго плакала. Однако никакого сотрудничества с инквизицией не могла себе даже представить. Так и не подчинилась силе, не поддалась уговорам. И Бес пришел снова, на этот раз не с разговорами. Он владел секретами горного, знал мои слабости и смял защиту, как бумажный листок.Лучше бы я умерла.