3

Глава 3ДопросДевчонка стоит посередине зала заседаний Малого Совета Старейшин и переминается с ноги на ногу. Бледная, с припухшими и покрасневшими от слез глазами. Темно-каштановые волосы расчесаны и аккуратно заплетены в косу. Одета скромно: длинная юбка в пол, блузка с длинным рукавом, белая пушистая шаль. Пожалуй, та ночная сорочка смотрелась на ней лучше. Губы дрожат, а пальцы нервно теребят край платка. Волнуется.И что в ней особенного? Обычная девчонка. Красивая, но драконы никогда не польстятся на человеческую внешность. Умной ее не назовешь. Была бы умна, не вляпалась бы в такую историю. Однако с ночи меня не покидает дурацкое ощущение. Как будто у нее есть какая-то тайна. И не факт, что она сама о ней знает.Напротив девчонки сидят драконы. Пять кресел расставлены полукругом. У драконов свои порядки, следователей и адвокатов у них нет. Есть кураторы и Старейшины. Первые занимаются организаторскими делами: выясняют подробности дела, опекают обвиняемого, следят за тем, чтобы соблюдались правила и законы. Скрыть что-либо от драконов невозможно, обмануть их нельзя. Магией они пользуются крайне редко, обвиняемый, истец или ответчик обычно сам все рассказывает. Старейшины проводят первый допрос, опрашивают свидетелей и выносят приговор.Девчонка глупа. Ее поступку нет оправданий. Драконы, конечно, попытаются спасти ее сына, но сама она обречена. Такого преступления ей не простят. Вон как смотрят!Драконица, единственная присутствующая женщина-Старейшина, прикусила губу и перебирает камни на браслете. Ее сосед справа склонил голову набок и изучает девчонку с интересом. А сосед слева лапами сжимает подлокотники кресла, и чешуйки на лбу стоят дыбом – драконы так хмурятся, – взгляд суровый и сердитый. Еще один сложил лапы на груди и то раздувает ноздри, то закатывает глаза. Последний, пятый, спокойнее остальных. Внимательно смотрит на девчонку, качает головой и даже тихонько вздыхает. Чего они выжидают?Я сижу на скамье в дальнем углу зала. Невидим для девчонки, но драконы знают о моем присутствии. Все согласно договору. Понятия не имею, зачем я здесь. Но приказы не обсуждаются. И так влетело за ночную самодеятельность. Сам виноват. Пожалел бедную девочку! А все потому, что… Стоп! Ни к чему снова ворошить прошлое.Какого Рейо я тут нужен? Никаких инструкций! «Сопровождай и слушай». Подозреваю, что это не задание, а наказание за предыдущий провал. Ненавижу эти игры! И свидание с Линдой снова пришлось отложить. Может, оно и к лучшему? Симпатичная блондиночка, но слишком много себе позволяет.– Назови себя.Наконец-то! Еще немного – и уснул бы тут.А девчонка молчит.– Ты слышишь?– Простите, не могли бы вы повторить…Очнулась. Задумалась, что ли? А голос звучит тихо, тонко. Ночью она вела себя смелее. И зачем я повелся?– Назови себя.– Джейн Ри.Ри? Смешно. Окончание «ри» в женских именах обычно используют драконы, а в мужских – «он». Неужели не могли дать ей нормальное имя?– Возраст?– Предположительно восемнадцать.– Предположительно?– Никто не знает, когда и где я родилась. Меня нашли в горах, почти сразу после рождения.Еще и найденыш. Интересно, почему драконы не отнесли ее к людям? Никогда не слышал, чтобы они брали на воспитание человеческих детей.– Род занятий?– Кондитер.Так вот почему от нее так вкусно пахло! Сладким, сдобным и немножко пряным. А я-то вообразил!– Расскажи, что произошло.– Я пыталась украсть новорожденного дракона, но не смогла.И молчит. Это все? Кто же так рассказывает! Нет, молчит. Глупо! И где слезы? Просьбы? Что, и про сына уже забыла? Хороша мать!Зато драконы заговорили все разом.– Тебе помешали?– Не смогла или передумала?– Почему пыталась?– Зачем тебе дракон?Накинулись. И тут же неловко замолчали, переглядываясь.– Расскажи о своем детстве.Неожиданно. Это спросил тот самый, что вздыхал и качал головой. Девчонка даже растерялась. Вскинула голову, тряхнула волосами.– Детство… ну… оно было хорошим.И снова молчит. Наматывает на палец кончик косы. Я бы тоже не знал, о чем говорить. Навряд ли драконов интересует, как она играла в куклы или отрывала майским жукам крылышки. Хотя эта не отрывала. Скорее, собирала в баночку и насильно кормила молодой листвой.Поморщился и вздохнул, вспомнив ее отказ сотрудничать с черным богом. Зачем вообще был нужен этот спектакль? Как же бесит, когда меня используют втемную!– Тебя обижали?– Нет! Конечно, нет.Вот и голос прорезался. И сколько в нем возмущения!– Ты голодала?– Нет.– Чувствовала себя несчастной?– Никогда! Меня никто не обижал, я ни в чем не нуждалась. Я была членом семьи.Была? Значит, что-то изменилось. И? Хоть что-то интересное.Помявшись, девчонка признается:– Я почувствовала себя плохо только однажды, когда поняла, что я – не дракон и никогда им не буду.– И тогда ты задумала отомстить семье, воспитавшей тебя, как собственного ребенка, – тяжело роняет один из драконов.Девчонка вздрагивает всем телом. Отвечает не сразу, и по голосу слышно: она с трудом сдерживает слезы.– Нет, я никогда… не мстила… не хотела… Нет. Я тогда маленькая была. А потом… Никто же не виноват, что я родилась человеком.Глубокомысленное изречение. Чуть не расхохотался в голос. Хорошо, вовремя спохватился. Рейо всемогущий, она действительно такая наивная или удачно притворяется?– И все же ты обижена на своих приемных родителей, – мягко замечает драконица.– Д-да…– Почему?– Мне исполнилось двенадцать, и мне сказали, что я больше не могу жить дома. Я должна учиться профессии и привыкать к людям, мое место среди них. Меня отправили в школу-интернат в Крагоше.И что тут обидного? Покидать родной дом трудно, но ее же не на край света отправили. Учиться. А королевство Крагоша граничит с долиной Армансу, где живут драконы. И близко, и связи между странами давние, тесные.– Я думала, что смогу бывать дома по выходным или на каникулах, но драконы запретили. Родители… они отобрали все мои вещи. Ничего не позволили взять с собой. И ни разу не навестили. Я была любимой дочкой, а стала сиротой.Так вот в чем дело. Что ж, ее чувства можно понять. Но, возможно, у драконов были на то причины? Она хоть задумывалась об этом? Судя по дрожащему голосу и обиженному тону – нет.– Тебе плохо жилось в интернате?Глупый вопрос! Конечно же, везде хуже, чем в родном доме.– Там… все не так… – шепчет девчонка. – Но я… привыкла. Нет, там я тоже не голодала, – уже чуть громче и увереннее, – и условия были хорошие. Приемные родители оплачивали мое обучение и содержание. А я старалась стать лучшей. И стала. Мне даже предлагали место в королевском дворце!Чуть не присвистнул, но вовремя опомнился. Девчонка скромно умолчала, что обучалась в королевской школе подмастерьев, самой престижной школе Ривеннеля, столицы Крагоши. Прислугу во дворец набирают только из выпускников этой школы.– Вот именно! Тебе предлагали работу в королевском дворце, а ты оказалась… Где?– В поместье баронетов Фринке. Из-за Яна, моего сына. Он тогда только родился, во дворец с ним было нельзя. А в поместье… Я наняла няню в ближайшей деревне и могла навещать сына по выходным.– Когда ты успела выйти замуж?– Я не была замужем.Ожидал, что девчонка смутится, но она ответила ясным и чистым голосом, без тени стыда. Родить ребенка без мужа – смелый поступок. Может, это и есть ее тайна? Кто отец ее ребенка?– Кто отец Яна? Почему он не женился на тебе?– Конечно, у Яна есть отец. Но я с ним не знакома.Ее изнасиловали?!«Успокойся, пожалуйста, – прозвучал в голове знакомый голос. – Потеря невидимости».«Прошу прощения…» – буркнул в ответ, восстанавливая иллюзию. Хорошо, что нахожусь позади девчонки, хоть и вижу ее немного сбоку. Главное, она не успела меня заметить. И чего я так распсиховался?«Потому что она…» – услужливо начал нашептывать тот, о ком я мечтаю забыть.«Молчать!»– Ян… он не родной мой сын, хотя я люблю его, как родного, – продолжает тем временем девчонка. – Он сын моей подруги. Ее… обманули, а потом ее семья отказалась и от нее, и от этого ребенка. Подруга умерла сразу после родов.Рейо побери! И почему я улыбаюсь, как идиот?– Как ты смогла получить опеку над ребенком?Хороший вопрос. Без мужа-то и в семнадцать лет.– Подкупила судью.Всего-то! Ай да девчонка!– А где деньги взяла на взятку?Тяжелый вздох. Пришло время очередного признания?– Приемные родители открыли мне счет в банке, в Ривеннеле. Чтобы после окончания школы я могла распорядиться деньгами по своему усмотрению. Отец написал в письме, что денег хватит либо на оплату обучения в университете, либо на приличное жилье, возможно, даже домик в пригороде. Я должна была сама решить. И я… решила.– Все деньги пошли на взятку?Кивок.Сильна! Одним махом отказаться от обеспеченного будущего ради сына подруги. А по ней и не скажешь. Смотрю на девчонку с интересом, заново оценивая ее поведение. Не глупость, а порядочность? Но ведь преступница! Даже хуже – предательница.– А как ты оказалась у Шейора?– Поместье Фринке – охотничьи угодья его величества короля Грея.Точно! А его сиятельство баронет Фринке – королевский егерь. Поместье-то на болотах, потому и охотятся там летом на птиц, в этих самых болотах обитающих. Говорят, псарня там еще знатная.– Сначала я не понимала, зачем им понадобился кондитер. Семейство Фринке вело уединенный и аскетичный образ жизни, из еды предпочитая каши и кисели. Я служила на побегушках у их повара. Но жалование платили хорошее. У Яна была кормилица и все необходимое. А летом, когда в поместье нагрянула королевская охота, все изменилось. Я с утра до ночи готовила десерты, торты и пирожные. Его сиятельство граф Шейор тоже там гостил. Он выкупил у Фринке мой контракт.Королевский алхимик – сладкоежка? Иначе зачем было ему перекупать девчонку? Уже тогда задумал послать ее за драконом? Но почему? Что в ней такого? Откуда он мог узнать о том, где она воспитывалась? Девчонка сама разболтала?С удивлением замечаю, что это дело меня заинтриговало. Вот бы мне допросить ее! У меня много вопросов. А драконы интересуются не тем, чем надо.– Кому ты рассказывала о том, что выросла в семье драконов?– Никому. Мне запретили об этом говорить. Даже подруга не знала. Никто не знал.– Это неправда.– Да нет же…– Вспоминай.– Разве что Яну. Но ему только год! Я просто рассказывала о драконах, рисовала картинки. Как сказку.Драконы молча кивают, не уличают во лжи. Их нельзя обмануть.– Как давно ты работаешь на Шейора?– Недолго. Неделю.Много ли времени нужно человеку, служащему в королевском Конклаве магов, чтобы раздобыть информацию? Неделя – приемлемый срок. Но почему? Что же такого необычного в этой девчонке?– Итак, ты решила навестить приемную семью…– Меня вынудили, – уточняет девчонка, перебивая Старейшину.– Расскажи, – предлагает он, не замечая неучтивость.– Хозяин вызвал меня к себе в кабинет. Обычно он передавал распоряжения через главного повара, но я ничего не заподозрила. Мало ли, может, у него появились особые пожелания. Но я ошиблась. Он заявил, что знает о моей приемной семье. И я должна вернуться к ним и раздобыть для него новорожденного дракона.Девчонка тщательно выговаривает слова, и заметно, что внешнее спокойствие дается ей с трудом. Слушаю, затаив дыхание. Ну же! Что заставило тебя пойти на предательство?– Я сказала ему, что он сошел с ума, а я никогда этого не сделаю. Тогда он объяснил мне… – она запнулась и немного помолчала, прежде чем продолжить: – Он украл моего сына и дал ему выпить яд. Противоядие в обмен на дракона. Срок – неделя.Знакомые методы! Горло словно сдавило огненным обручем. Рванул ворот рубашки, как будто это могло помочь. Отлетевшая пуговица упала и покатилась по полу. Девчонка испуганно обернулась.У меня перехватило дыхание. Как же они похожи! И думать не хочется, а не получается. Чуть раскосые глаза, такие же темные и бархатные, как южная ночь. Густые ресницы. Идеально прямой нос. Губы, как спелая ягодка. Хочется взять эту заплаканную мордашку в ладони, осушить мокрые щеки… Тряхнул головой, отгоняя наваждение. Соберись, быстро! Эта девушка – не она! И никогда ею не будет.Девчонка скользнула взглядом и снова повернулась к драконам. Не заметила. А могла бы. Разрушить иллюзию совсем не сложно.– И ты решила, что жизнь твоего сына важнее любой другой.Фраза прозвучала как утверждение. И девчонка кивает, соглашаясь:– Да, решила.– Расскажи, что было дальше.– Плохо помню. Какие-то обрывки, как будто все происходило во сне. Шейор назначил срок и дал кристалл с порталом, чтобы я могла вернуться в замок. У меня был ключ с кодом, настроенный на дом приемных родителей. Я получила его после окончания школы, с приглашением…– Так тебя все же ждали обратно?– Наверное, – девчонка мнется и признается с трудом, – да, ждали. Но я не захотела возвращаться.Старейшины молчат, и она продолжает:– Помню, как металась в поисках сына. Мне все казалось, Шейор обманывает и Ян с няней. Потом с трудом дождалась рассвета: ближайший стационарный портал в Ривеннеле. Не помню, как добралась до него. Порог дома… – Девчонка сглатывает, судорожно переводя дыхание. – Меня встретила мама Аля… – Она запинается и поправляется: – Госпожа Алинари. Она и рассказала мне о внуке. Я улучила момент и пробралась в детскую.Девчонка не выдерживает и прячет лицо в ладонях. Вижу, как вздрагивают ее поникшие плечи. Старейшины молчат. Мне жутко от тишины, нарушаемой отрывистыми всхлипываниями. Но девчонка справляется со слезами. Вдруг распрямляется и вытирает щеки.– Я думала только о том, чтобы украсть малыша. Только об этом. Я могла бы рассказать обо всем родителям и попросить о помощи. Но я думала только о том, чтобы украсть.Слова могут причинять боль, но обычно тем, к кому они обращены. Девчонка же хлестала ими себя. Наотмашь. Безжалостно.– Когда взяла малыша на руки, поняла, что я совершаю нечто ужасное. Но было уже поздно. И я готова ответить за преступление, которое совершила.Поморщился, как от кислого яблока. Никогда не любил пафос. Но что-то в ее словах меня насторожило. Как-то искусственно прозвучало – то только о краже думала, то вдруг осознала… А драконы? Драконы молчат. Значит, правду говорит, так и было. Но так не бывает! Разве что имело место ментальное принуждение. И тогда получается, девчонка не виновата? Интересно, как Старейшины разберутся с этим непростым делом. Столько всего намешано! И девчонка-то не простая. Зря, что ли, меня отправляли ее вербовать?– Скажи, ты знаешь, почему людям нельзя приближаться к новорожденным драконам?– Знаю. – Девчонка облизывает потрескавшиеся губы.– И почему?– Если человек – маг, то происходит приручение и дракон оказывается в подчинении у человека.– Получается, Шейор планировал убить тебя. Ты не догадалась?– Зачем ему меня убивать?Какая наивная! Его сиятельству ни к чему свидетели преступления.Старейшины хмурятся. Вопросы тут задают они, таковы правила. Но все же драконица поясняет:– Ты приручила дракона, и Шейору нужно было убить тебя, чтобы фамилиар достался ему.– Но я не знала, что я маг! – вырывается у девчонки. – Он сказал, что нет. Обманул… и…Ее голос дрожит. Кажется, до нее дошло, что Ян был обречен с самого начала.– Откуда ты знаешь, что обманул? Кто сказал тебе, что ты маг?Попалась! О фамилиаре говорил ей я. Интересно, как она будет выкручиваться?– Думаю, это был сон. Да, сон. Может, я все же не маг?Полночи распинался перед девчонкой, а она считает меня сном! Обидно. Рейо ее побери! Впрочем, ничего удивительного. Как только она уснула, пришлось заметать следы. Утром она не обнаружила ни осколков от кружки, ни тарелки с остатками еды.– Маг, – подтверждает драконица.– Но Шейор не должен остаться безнаказанным! – Девчонка сжимает кулаки и делает шаг вперед. – А если он найдет другого исполнителя и у него получится?Ого! Разошлась. А Старейшины не останавливают, внимательно слушают.– Замок под охраной, но магией защищены только его личные покои и лаборатории. Там же нет источника, все на кристаллах.Мне становится скучно. Понятно, Шейору тоже не уйти от правосудия. Его величество король Грей не будет рисковать многолетней дружбой с драконами ради амбиций какого-то алхимика. Пусть он хоть трижды граф.И все же почему? Что заставило Шейора так рисковать не только собственной карьерой, но и жизнью? В королевском ковене нет случайных людей.Кстати, надо хоть глянуть на переплетение аур. Никто из ныне живущих людей этого не видел. Время фамилиаров давно прошло.Перехожу на магическое зрение, рассматриваю ауру девчонки. И не верю своим глазам. Вот отгадка поведения Шейора!Провалиться бы мне на этом самом месте! Но как? Как такое возможно?! Пялюсь на ауру, как влюбленный поросенок, до ряби в глазах. Щиплю себя за руку, убеждаясь, что не сплю.Пожалуй, пора и мне задать кое-кому пару вопросов.