Глава 6

- Кого ты высматриваешь? – спрашивает Эрик, отвлекая меня от пристального разглядывания всех девушек в комнате.- Никого, - тяжело вздохнув, сдаюсь я. Если она собирается объявиться, то так и произойдет. Я ничего не могу с этим поделать. Мне нужно убедиться в этом окончательно.- Давай по рюмке, - Эрик повел нас в одну из спален через холл. В ее центре стоит старомодное парикмахерское кресло.Девушка забирается в кресло. Хотя она и поправляет свою короткую юбку, я все равно вижу ее красное нижнее белье, когда она наклоняется назад. Большинство парней в комнате наклоняют свои головы, чтобы получше разглядеть открывающийся им обзор. Полагаю, что я не единственный, кто это заметил.Парень в надетой задом наперед бейсболке подносит бутылку к ее открытому рту, а другой парень в надетой ковбойской шляпе помогает ему раскрутить кресло, пока все ее подбадривают.- Я не пойду туда - говорю я Эрику. Он хихикает и поднимает два пальца в воздухе, показывая их одному из его братства, которые едва выдвинули свои стопки. Парень взбирается на деревянный стул и говорит, - Открывай!Я наклоняю назад голову и позволяю ему вылить содержимое бутылки в свой рот, выпив, по всей видимости, слишком много.- Черт, - содрогаюсь я и отхожу, таким образом, наступает черед Эрика.Я отрицательно качаю головой, когда Эрик предлагает мне пиво из холодильника. – Мне хватит. - Он все равно дает его мне, но я его не открываю. Я уверен, что совсем скоро почувствую действие выпитой стопки «шиворот-навыворот». Кроме того, похмелье не мой друг. - Мне еще за руль садиться. Ты останешься здесь сегодня вечером или вернешься в квартиру вместе со мной?Он забирает у меня пиво и дважды сжимает его. – Смотря, как пройдет ночь, - говорит он, наблюдая за мимо проходящей блондинкой.Я не знаю, когда теряю его из вида. Но где-то на втором этаже, когда я ловлю себя на мысли, что ищу Найэль, я понимаю, что Эрик уже ушел. Это, скорее всего, означает, что он собирается заночевать здесь.Я остаюсь наверху некоторое время, смотря, как люди уничтожают себя, переходя из одной комнаты в другую, выпивая по стопке. Каждая комната предлагает разный вкус и какой-нибудь глупый способ выпить ее — через пивную трубку, вися вверх тормашками на баре, прикрепленный к потолку, или макая голову в бассейн, наполненный желе с добавлением водки. Это казалось мне весьма занимательным, по крайней мере, пока я не протрезвел.- Привет.Я медленно поворачиваюсь.- Хочешь выпить?Я улыбаюсь милой девушке с черными длинными волосами и большими карими глазами, улыбающейся мне.- Хм, конечно, - я могу выдержать еще один напиток...ради нее. Я был бы тупицей, если бы сказал ей нет.Я следую вперед в подвальное помещение, где официально открыт бар. Она хватает мою руку, и таким образом, мы не теряемся, я иду ближе к ней, чтобы удостовериться, что этого не произойдет.- Что предпочитаешь? – наклоняюсь я, спрашивая ее на ушко. Она пахнет невероятно сладко, словно клубника.- У них есть голубой напиток, я буду его.Я делаю для нее заказ, а для себя беру пиво.- Я – Кэл, - кричу я через оглушающую музыку.- Джейд, - улыбается она, демонстрируя глубокие ямочки на своих щеках, которые делают ее в десять раз милее. – Ты в братстве?- Мой сосед.Смех прорезается через толпу, и я инстинктивно поворачиваю голову. Я осматриваю темную комнату, но не вижу ее.- Ты в порядке? – спрашивает Джейд, проявляя заинтересованность.- Хм, да. Извини. Мне показалось, что услышал кого-то знакомого. – Мне пора прекращать вести себя как идиот, везде ища Найэль. Она не хочет быть здесь со мной или показываться с кем-то еще. Но прямо сейчас передо мной девушка, которой я интересен.- Бывшая? – она морщит нос.Я трясу головой. – Нет, не бывшая. - Хотя есть вероятность столкнуться с одной из них, о чем я не подумал.Я пытаюсь разговаривать с Джейд. Но не выходит. Это совсем не то место, чтобы узнать кого-то получше. И чем больше все остальные напиваются, тем более трезвым я начинаю себя ощущать. Прекрасно себя зная, я понимаю, что пора с этим кончать.- Я должен подвезти моего соседа по комнате домой, - вру я, поскольку она начинает покачивать бедрами рядом со мной, демонстрируя тем самым, что хочет танцевать. А я не танцую.- Можно твой телефон, - просит она, протягивая свою маленькую, наманикюренную руку. - Я дам тебе свой номер, и мы можем сходить куда-нибудь. - Я даю ей свой телефон. Она набирает свой номер, затем звонит на свой телефон. - Теперь у меня есть и твой тоже.Я наклоняюсь, чтобы обнять ее, и она касается губами моей щеки. – Спокойной ночи, Кэл, - мурлычет она мне на ухо. Я моментально пересматриваю свой отъезд, но она уже уходит, что-то крича каким-то девушкам на танцполе.По крайней мере, сегодняшний вечер не был пустой тратой времени.*     *     *В моей голове словно стучит кувалда. Я прижимаюсь лицом к подушке, моля о том, чтобы это прекратилось. Но вскоре начинаю осознавать, что этот стук вовсе не в моей голове. Кто-то стучит в дверь. Я прищурил свои глаза, пытаясь сфокусировать взгляд в темной комнате. У меня нет совершенно никакого желания вставать и открывать дверь. Я со стоном поворачиваюсь, надеясь, что кто бы это ни был, он просто возьмет и уйдет. Но дверное кольцо не прекращает стучать.Я ждал, надеясь, что Эрик сам посмотрит кто там.Но стук просто эхом раздавался по всей квартире.Вот черт. Эрика нет дома.Ворча, я отбрасываю назад одеяло и заставляю себя сползти с кровати. Наполовину спящий, я волочу ноги к двери, которая словно находится на расстоянии в одну милю.- Иду! – кричу я, поскольку еще один быстро раздающийся удар встряхивает дверь. Когда я, наконец, открываю ее, меня мгновенно ослепляет резкий свет. Я пытаюсь сконцентрироваться и тут же вижу глаза цвета электрик, всматривающиеся в меня. Я провожу рукой по волосам и снова моргаю, не уверенный в том, что она настоящая. – Найэль?- Привет, Кэл! – говорит она, бурля от энергии.- Хм.... Что ты здесь делаешь? – я открываю дверь шире, чтобы она могла войти, но она остается стоять в коридоре.- Я зашла за тобой.Я качаю головой, пытаясь понять, что происходит. – Как ты узнала, где я живу? И почему ты держишь спальный мешок?- Я поспрашивала у ребят в общежитии и выяснила, что одна из девушек когда-то встречалась с тобой. Девушка, чья подруга встречалась с одним из членов братства, в котором состоит твой сосед по комнате, сказала мне, где ты живешь.Я сбит с толку.- У тебя есть спальный мешок? – спрашивает она, когда я слишком долго на неё смотрю.- Хм, ага, - отвечаю я неуверенно, пытаясь припомнить, так ли это на самом деле. – А зачем он тебе?- Бери его, и встречаемся с тобой в грузовике, - инструктирует она и потом проходит мимо меня, хватает мои ключи с гвоздя на стене и исчезает в глубине коридора.- Прямо сейчас? – моя непроизвольная реакция. Я понятия не имею, который сейчас час, но я знаю, что все еще должен спать.- Да, - бросает она через плечо прежде, чем выйти из здания.Я протираю глаза, пытаясь вынудить себя проснуться.Потом слышу, как на парковке заводится мой грузовик.- Она вполне серьезно, - говорю я, тяжело вздохнув. И куда, черт возьми, она собирается потащить меня посреди ночи...со спальным мешком? И как бы заманчиво это не звучало - забраться в спальный мешок с Найэль, я почти уверен, что это совсем не то, что она имеет в виду. Но, очевидно, у меня нет выбора, и, таким образом, я плетусь назад в спальню, чтобы взять свои вещи.Я гляжу на часы и тяжело моргаю, когда вижу 4:12. Неудивительно, что я едва могу сосредоточиться.В конечном счете, я выхожу наружу и несу в руках спальный мешок, который я спрятал на верхней полке своего шкафа. Я чуть слышно ворчу в темное небо. Я не должен бодрствовать.- Ты поведешь? - Я забираюсь на пассажирское сиденье. Это именно то, чего я не делал с тех пор, как мой старший брат, Девин, обзавелся грузовиком. Но я так устал, чтобы беспокоиться — и вероятно двигаться безопасно — таким образом, я закрыл дверь и откинулся на спинку сиденья, бросив спальный мешок на пол.Найэль ставит грузовик на заднюю передачу и с маленьким толчком сдает назад, слишком быстро отпуская сцепление. После борьбы за первую передачу и её грубого переключения, мы выезжаем на дорогу. Я сжимаю зубы, поскольку она мучает коробку передач, пока в конечном счете не начинает чувствовать сцепление.- Держи, - Найэль вручает мне теплый стакан, который находится в держателе. - Я не знаю, поможет ли оно. Раньше я никогда не варила кофе.Я приоткрываю крышку, и ядреный крепкий запах кофе заставляет волосы в моем носу зашевелиться. - Вау. Я еще даже не пробовал его, но уже могу сказать, что он крепкий.- Он поможет проснуться, - говорит она с игривой усмешкой.Я собираюсь с силами и делаю глоток – моя челюсть автоматически напрягается. - Черт. Я думаю, что буду бодрствовать еще в течение трех дней. - Найэль смеется. – Итак...куда мы едем?- Смотреть на Леониды, - отвечает она.- На что?- Метеоритный дождь. Пока небо будет оставаться чистым, мы сможем увидеть их где-то около пяти часов. И затем я думаю, что мы могли бы понаблюдать за восходом солнца.- О! – Это все, что мне удается сказать. Это сумасшествие. Я тщательно изучаю Найэль, и она улыбается в ответ, в ее глазах отражается волнение. Да, это определенно сумасшествие. Но с другой стороны, она тоже. В хорошем смысле. И мне нравится в ней это в любой другой разумный час дня.Мы проезжаем по пустынным улицам в тишине. Я наклоняю голову назад на спинку сиденья и закрываю глаза.

*     *     *Я резко просыпаюсь, когда грузовик стремительно подпрыгивает. Мы повернули на заброшенную дорогу, заросшую и изувеченную бороздами с глубокими следами шин. - Где мы?Я хватаюсь за перекладину над дверью, когда мы продолжаем качаться вдоль грубого ландшафта.- Я нашла это место на днях, когда ходила прогуляться, - объясняет Найэль, сосредоточившись на темной дороге, покрытой плотными лесами. - Я в какой-то степени заблудилась и как бы ... в общем ты все увидишь. Оно очень классное.- Ты была здесь одна?- Тебе страшно, Кэл? – я вижу ее дразнящую улыбку в отражении приборной панели.- Разве ты не осознаешь, что практически напрашивалась на встречу с убийцей с топором в руке?Найэль смеется.Дорога начала проясняться. Она припарковалась перед домиком с надписью лагерь «Саншайн», вырезанной над дверью. При освещении его светом фар, мне становится очевидным, что он старый и нуждается в ремонте. Доски на подъезде сломаны, и задняя дверь свисает с петель.- Скажи-ка мне ещё раз, почему мы должны были приехать сюда, чтобы посмотреть на метеоритный дождь?- Не переживай, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, - с ухмылкой говорит Найэль. Она берет свой спальный мешок из-за сиденья, затем закрывает дверь. Между первоклассным кофе, фоном пятницы 13-того и холодной температурой я прямо-таки бодрствую. Я достаю свои перчатки из карманов и надеваю их, затем беру свой спальный мешок, чтобы последовать за Найэль к причалу, который врезается в озеро словно восклицательный знак. Смотря, как хижины едва ли держатся, чтобы не стать унесенными сильным порывистым ветром, я начинаю понимать, что идти на причал, это не самая лучшая идея.- Ты же не собираешься выходить туда, так ведь? – окликаю я ее, и при этом бегу трусцой, чтобы не отставать.- Это именно то место, откуда мы будем наблюдать за метеоритами, - информирует она меня, ее дыхание вздымается облаками в морозном воздухе.Стоя на окаменелой земле на краю причала, я смотрю вниз на длинный ряд обветренных досок. Там слишком темно, чтобы рассмотреть, насколько подмостки избитые, но они кажутся неповрежденными.Найэль выходит на причал без толики сомнения. Дерево скрипит, и причал слегка покачивается на воде, но ничто не ломается.- Вроде бы все в порядке, - мямлю я, следуя за ней.Я чувствую, как доски прогибаются под моим весом, но они держат меня.Найэль изучает небо, когда я добираюсь до нее. – С какой стороны север?Я вынимаю свой телефон и открываю приложение «фонарик с компасом». А затем указываю на право. – С этой стороны.Она ориентирует себя и разворачивает свой спальный мешок.Я просматриваю отражающую поверхность озера, вдыхая холодный воздух. Что я здесь делаю? Я вижу, что Найэль спрятала свои ноги в спальный мешок. Затем она вынула термос из одного кармана, словно Мэри Поппинс, а упаковку зефира из другого. Я улыбаюсь. Да, я знаю точно, почему я здесь.- У тебя и обогреватель там тоже есть?Она закатывает глаза. - Не будь смешным. Давай уже садись.Я расстегиваю свой спальный мешок и расстилаю его рядом с ней. Она открывает термос, выпуская наружу струйку пара.- Дай-ка угадаю. Горячий шоколад?- Это не просто какой-то там горячий шоколад. Это мой любимый горячий шоколад. – Она наливает немного в крышку. – На, попробуй.Я сижу сверху своего темно-синего спального мешка и беру крышечку из её рук. Напиток пахнет как шоколад, но кажется ... более сладким.- Не доверяешь мне?- Доверяю, - отвечаю я оборонительно. Я делаю маленький глоток. И это оказывается чертовски вкусно. - Что это?- Это горячий шоколад «Милки Уэй». Я добавила в него карамель и мокко.- Это мое любимое мороженое.- Футишь? – ее слова приглушались зефиром, которым был набит ее рот.Она втягивает зефир и неудержимо хихикает. Мой смех теряется в ее звуке. Я слышал смех Найэль прежде, но этот лучезарный, девчачий звук совсем другой. Это - то, что я помню так отчетливо. Этот смех - одно из моих любимых воспоминаний детства.- Что? – спрашивает она. – Ты в порядке?- Мм, да, - говорю я, возвращаясь в реальность. - Все еще просыпаюсь.- Нам не придется ждать слишком долго, - объясняет она, откидываясь назад на причал и натягивая свой спальный мешок до подбородка.- Что конкретно мы ищем?- Падающие звезды, но только больше и ярче.После нескольких минут ожидания я чертовски замерз, поэтому я забираюсь в свой спальный мешок и ложусь рядом с Найэль, положив свою голову на руки, одетые в перчатки.Мы лежим в абсолютной тишине. По небу рассыпалось бесчисленное количество звезд, несмотря на большую луну, сидящую на небе очень низко.- Я надеялся увидеть тебя сегодня ночью, - сказал я, не глядя на нее.- Ты и увидел меня, - она говорит, посмеиваясь.- Я имел в виду на вечеринке.Она притихла. Я внимательно смотрел на неё, поймав её неподвижные глаза, словно они застыли на одной единственной звезде.- Я думала об этом. Но большинство людей раздражают меня, и после того, как я выпью, я непременно сообщаю им об этом.Я смеюсь. – То есть вечеринки не для тебя?- Я хожу на них, но одна вечеринка в месяц – это моя предельная норма.- Ты уже дошла до предельной нормы в этом месяце? – спрашиваю я, все еще смотря на нее. Ее профиль – это мягкие линии, подчеркнутые полнотой ее губ. Прежде я никогда не замечал ее губы — всегда слишком пораженный ее глазами.- Нет. Еще нет. – Она бросает на меня свой взгляд, а затем снова смотрит на небо.- Тогда....на следующей неделе, пойдешь на вечеринку со мной и моими друзьями? – предлагаю я. Я надеялся, что если это не будет звучать как свидание, то она точно объявится. Я пытаюсь придумать, как сделать так, чтобы Рей с ней встретилась.- Куда?- Пока еще не знаю. Эта неделя ещё не кончилась, поэтому я обо всем скажу тебе, когда мы увидимся в «Бин Баз» в четверг. – Это было моей своеобразной гарантией того, что я смогу снова встретиться с ней.- Хм...хорошо.С улыбкой на лице я снова смотрю на небо.Нас окутывает молчание. Я слышу, как вода плещется о причал. В конечном счете, после долгого ожидая, мои веки опускаются- Вон одна!Я открываю глаза. Рука Найэль указывает пальцем в темноту. Но я ничего не вижу.- Из-за того, что луна полная, мы увидим только самые яркие звезды.В течение пяти минут больше не показывается ни одна звезда. Я жду того момента, когда одна из них разрежет небо своим светом, словно одна единственная работающая фара от машины, едущая вниз по шоссе. Я хочу крикнуть «Одноглазка!». Но боюсь, что это покажется очень глупым. И лишь докажет, как сильно я устал.- Я люблю смотреть на звезды. - Ее голос тихий и отдаленный, похожий скорее на воспоминание. - Они могут забрать твою боль, если ты позволишь. А с восходом солнца вся печаль исчезает.Когда я погружаюсь в пространство всех звезд на небе, то не могу не думать о том, как много в них страданий. - А что насчет падающих звезд?Найэль повернула голову на звук моего голоса, будто забыла, что я был рядом с ней. - Загадываешь на них желание, чтобы получить еще один шанс поступить правильно.- Ты веришь, что это возможно? Просто начать сначала?- Каждый день, – сказала она шепотом, пристально смотря на звезды.Две ярких полосы мчатся через ночное небо, пересекаясь друг с другом прямо над нами.- Теперь у каждого из нас есть второй шанс, - говорю я.- Ты знаешь, чтобы бы ты сделал по-другому, получив прямо сейчас такую возможность?- Мне нужно подумать об этом, - вру я, не готовый быть настолько честным. – А ты?- Да, я знаю, - отвечает она.Когда я на нее смотрю, ее глаза закрыты, и ее грудная клетка вздымается с глубоким вдохом, словно она желает этого в эту самую секунду. Медленная улыбка появляется на ее губах прямо перед тем, как она открывает глаза. Она поворачивает голову ко мне, все еще улыбаясь.Я не могу отвести взгляд от огонька, закравшегося в ее глазах. Я рассматриваю их, по какой причине она не говорит. Я хочу спросить ее, что она загадала, но когда она перенаправляет свое внимание назад к звездам, мне не хватает мужества.Я отворачиваюсь и смотрю в космическое пространство. Это происходит со мной, поскольку я наблюдаю другой метеорит, скользящий вдоль ряда деревьев, ведь этой ночью небо полно вторых возможностей. Найэль продолжает кричать при каждом падении. Но через некоторое время я поддаюсь тяжести своих век, и все становится черным.- Хочешь заняться сексом?- Что? - Мои глаза открылись. Я быстро моргаю, пытаясь казаться внимательным. - Что ты сказала?- Я знала, что это тебя встряхнет. – Она начинает заливаться своим забавным смехом, который я люблю. Я так скучал по нему. Он настоящий и полный жизни. Я улыбаюсь ей в ответ.Я подпираю себя локтями и озираюсь. Позади деревьев светится горизонт. - Извини. Я не знал, что будет такое долгое ожидание.- Да, они не похожи на небесный салют.- Тогда я не понимаю, почему это называют метеоритным дождем. – Зевая, я выпрямляюсь, чтобы вытянуть руки над своей головой.Я слышу щебетание птиц и шелест раннего утра.- Хочешь поплавать на каноэ?Я начал было спрашивать, серьезно ли она. Но она встала и проследовала к домику, сбоку которого стояло зеленое каноэ, спрятанное под сосновыми иглами и листьями и прислоненное днищем к торцу хижины. Конечно, она вполне серьезно.- Давай сделаем это, - выдыхаю я, медленно поднимаясь. Мое тело немного одеревенело от лежания на причале в таком холоде. Я проверил свой телефон — прошел час.Когда я приблизился к Найэль, она уже тянула лодку к ледяному берегу.- Я понял, - говорю я ей. – Почему ты не хочешь поискать весло?Я переворачиваю лодку в вертикальное положение и тяну ее к береговой линии. Выгребаю несколько листьев из днища каноэ, и пытаюсь оценить, в каком состоянии оно находится. Оно старое и выцветшее от солнца. Но я не могу найти в нем ничего плохого. С другой стороны, очень трудно проверить его, ведь на протяжении многих лет листья заполняли его днище.- Я нашла это. - Найэль показала мне половину деревянного весла. - И это. - В другой руке у неё был сдутый оранжевый спасательный жилет детского размера. Он выглядел так, словно готов был задушить, нежели спасти жизнь.- Ты на самом деле хочешь сделать это?Найэль натянула спасательный жилет на свою голову и бросила мне весло. Я поймал его со смехом. Она выглядела смешной, но в то же время бесспорно милой.Я толкаю лодку поверх льда, который уже начинал формироваться вокруг озера. Как только она входит, лодка ломает его поверхность и плывет по воде. Я выдвигаю ее немного дальше прежде, чем взобраться. Затем склоняюсь над боковой её стороной и толкаю нас от берега.- В какую сторону? – спрашиваю я, пытаясь грести и практически падая из лодки.Найэль указывает на восход солнца. Мы пробираемся по льду и скользим рядом с причалом, медленно поворачивая навстречу золотым оттенкам.Мы уже находимся приблизительно в пятидесяти футах от конца причала, когда ледяная вода вдруг начинает впитываться в мои ботинки. Я поднимаю ногу, и мой взгляд падает на влажные листья. Вода продолжает наполнять лодку.- Мы протекаем, - с легкостью говорит Найэль, поднимая свои ноги из воды и взгромождая их на перекладину.- Нет, - поправляю ее я. – Мы тонем.Я пытаюсь развернуть нас в сторону причала. Но я мог бы также использовать руки. Если бы только я мог бы грести с такой же скоростью, как колотилось мое сердце.Меньше чем через минуту мои ноги были полностью покрыты ледяной водой. Чем больше воды просачивается в лодку, тем медленнее мы плывем и тем быстрее тонем.- Нам придется плыть до причала самостоятельно. Потому что прежде чем мы сможем добраться до него на этой лодке, уже окажемся под водой.- Держу пари, сейчас ты хотел бы, чтобы у тебя был один из этих потрясных спасательных жилетов, что скажешь? – смеется Найэль.Как она может думать, что это забавно? Но она так и делает. Когда я смотрю на нее, она кажется совершенно изумленной.Я игнорирую ее и гребу еще быстрее. Целая ванна ледяной воды доводит икроножные мышцы моих ног до судорог. Я сжимаю губы, чтобы они перестали дрожать.Улыбка Найэль угасает, когда она замечает. - Кэл, ты замерз, верно? А я сижу думаю, что это самая забавная вещь на свете. Извини меня.- Все нормально, - уверяю я ее. - Будет забавно, но только после того, как это закончится. Прямо сейчас это просто отстой. - Я пытаюсь изобразить обнадеживающую улыбку, но вместо этого мои зубы стучат.Найэль начинает расшнуровывать свои ботинки.- Что ты делаешь?- Снимаю свои ботинки. Они будут бетонными, если я попытаюсь в них поплыть.Она попала в точку. Я оставляю весло, снимаю свои перчатки и изо всех сил пытаюсь развязать свои холодные, промокшие шнурки.Найэль связывает свои ботинки вместе, снимает детский спасательный жилет с шеи и заменяет его ботинками. Она погружает ноги в воду и с трудом дышит. - Черт побери. Почему прямо сейчас мы не катаемся на этом озере на коньках?- Еще неделя и будем, - сказал я, стуча зубами от холода.Мы одновременно проследили двадцатифутовый путь, который должны были проплыть до причала.- Это будет просто отстойно, - говорю я с придыханием.- Несомненно.Найэль оборачивает жилет вокруг своих рук, склоняется над боковой частью каноэ и скользит в воду. Но в этом месте большая часть каноэ находится под водой. Пытаясь не окунуться своей головой в ледяную воду, я делаю то же самое — за минусом спасательного жилета.При соприкосновении с водой, весь воздух тут же вышел из моих легких, и мои мышцы скрутило в узлы. Я брыкаюсь и размахиваю руками над своей головой, медленно двигаясь. Я не чувствую, что делаю успехи, вероятно потому, что я вообще ничего не могу чувствовать. Я сосредотачиваюсь на Найэль, чтобы удостовериться, что она не тонет.Ее рука тянется вперед, вытягиваясь до лестницы в конце причала. Я помогаю ей сделать последний толчок для того, чтобы она схватилась за неё, и поднялась. Я держусь за край лестницы, пока она забирается на причал. Все ее тело безудержно дрожит.Я забираюсь вслед за ней и прищуриваюсь, когда она начинает стягивать свои джинсы, выставляя на показ белое кружевное нижнее белье. Я понимаю, что она делает, но я все еще не готов к этому.Я бегу к грузовику или в значительной степени ковыляю. Найэль, к счастью, оставила ключи в замке зажигания. Я прыгаю внутрь и завожу его, настраивая печку на высокую температуру на всю мощность, дав время нагреться.Когда я возвращаюсь к Найэль, ее одежда свалена в кучу на деревянных досках, и она свернулась в калачик в своем спальном мешке, дрожа настолько сильно, что я могу услышать, как стучат ее зубы.Я даже не потрудился спросить её, просто наклонился и схватил в охапку ее, спальный мешок и все остальное. Я нес ее к грузовику так быстро, как только мог, а затем усадил на пассажирское сиденье. Она не произнесла ни звука, кроме одного низкого гула, выходящего через ее стучащие зубы.Все мое тело полностью онемело и одеревенело, когда я помчался к причалу и ступил на него, чтобы забрать ее одежду и свой спальный мешок. Я чувствую, что я сам не свой, и единственная вещь, которая все еще позволяет мне двигаться – это необходимость сосредоточиться на том, чтобы выбраться отсюда.Я бросаю ее одежду на сиденье грузовика и раздеваюсь до боксеров. Я фактически чувствую себя теплее, будучи практически голым на зимнем воздухе, чем одетый во влажную одежду. Укутавшись в свой спальный мешок, я забираюсь в грузовик.Найэль глубоко зарылась в свой спальный мешок. Я не вижу ее лицо, но я могу все еще слышать ее дрожь.Мне требуется минута, поскольку я не уверен, что могу вести машину, так как все ещё сильно дрожу, и даже сидя в машине, быстрее я не согреваюсь. Когда я наконец-то могу действовать, я разворачиваю грузовик и везу нас в том направлении, откуда мы приехали.Я пытаюсь предположить, какой дорогой поехать, когда достигаю главной дороги, поскольку я спал, когда мы свернули к лагерю. Спустя минуту я вижу знак, который кажется мне таким знакомым, и поворачиваю по дороге вниз, которая ведет в сторону моей квартиры.Печка наконец-то начинает выпускать горячий воздух, и я медленно начинаю оттаивать. По крайней мере, мои руки больше не сводит судорогой вокруг руля. Но холод просочился в мои кости, и я не могу перестать дрожать.Я посмотрел на Найэль, у который вокруг головы был обернут спальный мешок с выглядывающими из него голубыми глазами.- Я сожалею, что мы выбрали именно Титаник для того, чтобы проплыть по арктической воде, - говорит она спокойно.Я не могу сдержать улыбку. – А я даже не получал и шанса быть объявленным королем мира. Я чувствую себя обманутым.- Да, мы пропустили все веселье — позирование нагишом, потный секс на заднем сиденье твоего грузовика. Хотя мы практически полностью голые. - Она глядит на меня уголком своего глаза. Я знаю, что она улыбается под спальным мешком. И да, я осведомлен, что она одета только в лифчик и трусики. Все – таки я не полностью замерз.- Ну, давай. Продолжай морочить мне голову. В конечном счете, это все к тебе вернется, - предупреждаю я с усмешкой. - Как ты? Немного согрелась?- Я - фруктовое мороженое, - говорит она, заставляя меня смеяться.К этому времени солнце уже встало, но до подъема любого нормального студента колледжа в выходные было ещё совсем рано, если конечно они просто откуда-то не возвращаются домой. Когда мы добрались, автостоянка была пуста.- Можешь идти?Она кивает.- Хорошо. Готова? - Я вручаю Найэль ключи от своей квартиры, и она мчится к двери. Ее босые ноги высовываются из-под черной ткани ее спального мешка, хорошо, что расстояние до входа небольшое. Я захватываю нашу одежду одной рукой, придерживая свой спальный мешок вокруг груди, и следую за ней.Когда я захожу в квартиру, я слышу звук работающего душа.Я бросаю нашу одежду в стиральную машину и добавляю немного моющего средства. Понимая, что Найэль не во что переодеться, я нахожу толстовку и тренировочные штаны.Я стучу и медленно открываю дверь в ванную. - Я положу сухую одежду на столешницу. Хорошо?- Спасибо, - говорит она из-за занавески. Я не задерживаюсь. Но трудно не думать о ней позади той занавески без нижнего белья, которое теперь лежит на моем полу в ванной комнате. Я избавляюсь от мысли о ней голой прежде, чем она сможет подвергнуть меня ещё большим пыткамЯ остаюсь обернутым в спальный мешок, пока она не выходит с влажными волосами, собранными в пучок на макушке. И ... она одета в мою одежду. Я усмехаюсь. Одежда ей велика, но она заставит все, что угодно смотреться на себе хорошо. Я могу привыкнуть смотреть на нее, одетую в свои вещи.- Твоя очередь, - говорит она, забираясь на мою кровать и натягивая одеяло до носа.- Чувствуешь себя лучше? – спрашиваю я. Но ее глаза уже закрыты. Я улыбаюсь и направляюсь в ванную.Когда я выхожу из душа, она слегка посапывает и мне удается увидеть лишь макушку ее головы.Я бросаю нашу одежду в сушилку, полагая, что довезу ее до общежития, когда все высохнет.Мое тело все еще болит. Я не помню, чтобы когда-либо чувствовал себя настолько уставшим. Я проскальзываю под одеяло с другой стороны кровати.Медленная улыбка расползается на моем лицо при виде глубоко дышащей Найэль, укрытой стеганым одеялом. Переворачиваясь и закутывая себя в одеяло, я понимаю, что ощущаю теплоту её тела вдоль своей спины, даже притом, что мы не соприкасаемся. Когда мои глаза закрываются, я думаю о вторых шансах, зная, что та, кого я загадал сегодня вечером, лежит рядом со мной.

РИШЕЛЬИюль – перед четвертым классом- Я думаю, что мне нужно стать певицей. Ришель, ты поешь как умирающая кошка, - говорит Рей из-за старой барабанной установки, скрепленной клейкой лентой.Я знаю, что она просто пытается меня разозлить, так что я откажусь от попытки стать солисткой. Никогда этому не бывать.- Барабанщики не поют, - спорю я, держа мою расческу, которая также является моим микрофоном.Кэл прислонился к стене с пластиковой гитарой в руках, ожидая, пока мы прекратим спорить, или же пока он не скажет что-нибудь, что заставит нас это прекратить.- Я сегодня тоже принесла новую музыку, - говорю я, подключая свой iPod к радио.- Если это Бритни Спирс, то я – пас, - объясняет Рей, изображая рвотные движения. – И если я не смогу петь, то тогда буду выбирать музыку.- Твоя музыка лишена какого-то смысла, - говорю я ей. – Это просто крик.- Ты даже не знаешь, что такое настоящая музыка.Я собираюсь сказать ей, что её музыка определенно не вошла бы даже в топ-40, но замечаю, сколько времени, и просто не обращаю внимания.- Сейчас самое время позвать Николь. Я сейчас вернусь.- Почему бы ей просто не прийти сюда? Я не понимаю ее странные правила.- Ты же знаешь, ее мама говорит, что нужно, чтобы для начала ее пригласили, - говорю я со вздохом. Рей может быть такой ненаблюдательной.- Она что – вампир? – смеется Рей.- Рей, - ругается Кэл. - Перестань.Это заставляет Рей замолчать. Когда говорит Кэл, это всегда срабатывает. Я убегаю вниз по улице и, запыхавшись, нажимаю дверной звонок Бентли. Я звоню в звонок в одно и то же время каждый день, и каждый день миссис Бентли отвечает на него, словно она не знает, почему я здесь.- Привет, Ришель. Чем могу помочь?Я хочу закатить глаза, но не делаю этого. Я улыбаюсь и говорю то же самое, что и говорила вчера, и позавчера – с того самого первого дня, как Николь переехала на нашу улицу. – Здравствуйте, миссис Бентли, может Николь поиграть с нами? - но сегодня я добавляю. – И может ли она сегодня остаться ночевать у меня?- Да, Николь может выйти. Но я должна позвонить твоей маме и поговорить с мистером Бентли по поводу ночевки.Николь стоит позади своей мамы, как она делает всегда, когда я прихожу за ней. Как только она слышит, что может пойти играть, она позволяет меня взять ее за руку.- Будь дома к половине шестого, Николь, - говорит миссис Бентли, когда мы идем вприпрыжку. – К тому времени я поговорю с твоим отцом.Я не знаю, почему она должна спрашивать у него, может ли Николь остаться у меня с ночевкой. Она делает эта каждую пятницу на протяжении всего лета.- Хорошо, мамуля, - говорит в ответ Николь.Мы идем вприпрыжку всю дорогу до Рей. Николь все еще не бежит, но я подвигла ее идти вприпрыжку. Это лучше, чем просто ходьба, хотя все равно слишком медленно для меня.Когда мы приближаемся, Кэл идет к своему дому через двор.- Ты куда? – спрашиваю я.- Рей должна поехать с мамой, чтобы забрать Лиама. И я должен подготовиться к бейсболу. Увидимся с вами позже, ребята.Брат Рей живет со своим папой. И он приезжает за ними каждые выходные, хотя никогда в действительности мы не видим его или Рей, когда он это делает, потому что ее мама хочет, чтобы у них было семейное время. И Кэл играет в бейсбольной команде по вторникам и вечерам пятницы с Крейгом и Брэди.- О, - отвечаю я разочарованно. - Ну, я полагаю, что мы можем пойти ко мне домой.Мы играем в фотомоделей на моем заднем дворе со старой камерой, которая больше не нужна моему папе. Николь позволили остаться у меня с ночевкой, как я и думала. Мы ели пиццу и смотрели кино перед тем, как должны были пойти ко мне в комнату, чтобы лечь спать. Но мы не спим. Мы слишком полны энергии, что заставляет нас много смеяться.- Могу я тебе рассказать секрет, который ты не расскажешь никому? – шепчу я в темноте.Николь лежит на нижней кровати. Моя сестра Кара и я раньше делили эту комнату. Но когда она начала ходить в среднюю школу в прошлом году, мои родители позволили ей переселиться в старый офис моей мамы. У нее даже есть свой собственный телевизор. Но мне все равно, потому что мне досталась двухъярусная кровать.Я склоняю голову над стороной, держась за край, поэтому я не падаю.- Обещаю никому не говорить, - шепчет Николь.Прежде чем сказать, я широко улыбаюсь: - Кэл будет моим бой-френдом в этом году.- Правда? – спрашивает Николь, хихикая. – Ты собираешься выйти за него замуж?Я знаю, что она говорит это, чтобы казаться забавной. Но я имею в виду, что это на самом деле так, когда говорю, - Да. Когда мы вырастем, мы собираемся пожениться и жить в большом белом доме. Я собираюсь водить «Мерседес», а он будет ездить на «БМВ». Я буду продавать дома, а он будет рок-звездой.Николь хихикает. – Ну, я собираюсь поступить в Гарвард и быть респектабельной, какой меня хочет видеть мой отец.- Почему ты хочешь поступить в Гарвард?- Потому что так хотят мои родители. Они кладут деньги в банк с тех пор, как я родилась, так что я могу туда поступить. Туда идут очень влиятельные люди, и мой отец хочет, чтобы я тоже была влиятельной. Он говорит, что я должна быть лучшей в школе перед тем, как туда поступить. И должна быть хорошим человеком, который будет всем нравиться, и которого будут все слушать.- Но ты даже ничего никогда не говоришь в школе, - говорю я в замешательстве.- Я думаю, что просто ещё не нашла что-то настолько важное, чтобы это произнести.- Мои мама и папа говорят мне, что хотят, чтобы я была счастливой. Кроме того, до колледжа еще далеко и я пока что не могу об этом думать.- Но разве вы поженитесь не после колледжа? - уточняет Николь.- Да, но это просто предположение, - защищаюсь я, чувствуя головокружение от того, что висела вверх тормашками так долго. – За исключением того, что Кэл будет моим бой-френдом в этом году.