Part 24 «ИЗМЕНА»

Я застегнула несколько пуговиц на юбке и поправила лямку топа, прежде чем выйти.

Набравшись смелости, я пошла к нашему столику. Всё спокойно — народ веселится и танцует, будто здесь и не было лужи крови.

— Все живы? — спросила я. Кажется, людей за столом стало меньше.— Да. Этого придурка увели друзья, — сказал Джим.

— Что, блин, произошло? Я ничего не поняла, — нахмурилась Элис.— Этот парень начал меня лапать, а Джейсон заступился, — сказала я.

— Если бы я это увидел, поступил бы так же. Ноль процентов осуждения, сто — понимания, — усмехнулся Джим и сделал глоток коктейля.

— А где Адриана? — спросила я, оглядевшись.— Видела, как она выходила из клуба, — ответила Элис.

— Ушла и не предупредила? — удивился Джим.— Может, ей стало плохо. Она много выпила.— Возможно. Надеюсь, встретимся дома, — сказал он.

К нам подошёл Джейсон.

— Твоя жена сбежала, — сказал Джим.— Куда?— Не знаю. Элис видела, как она выходила.— Понял. Джим, ты не обидишься, если я тоже пойду?— Нет. Мы сами всё равно скоро уходим. Вечер, конечно, незабываемый, но пора спатеньки, — усмехнулся Джим.— Хэл, ты как? — спросил Джейсон, бросив на меня быстрый взгляд.— Нормально. Наверное, мне тоже пора, — я подыграла.— Подвезти тебя? — спросил он безразлично, глядя куда-то в сторону.— Давай.— Ладно, ребята, — сказал Джим. Мы попрощались и ушли.

На улице Джейсон вдруг рассмеялся. Его оказался заразительным — я тоже не удержалась.

— Прекрати! Что ты ржёшь?! — сквозь смех спросила я.— Всё это, — он едва выговаривал слова, — так смешно.— Что именно?— Мы с тобой актёры, чёрт побери, без «Оскара».— Это точно, — улыбнулась я, когда мы подошли к его «Мустангу».— А ещё... я люблю тебя! — во всё горло крикнул Джейсон. Люди обернулись.— Тише! Ты с ума сошёл?

Он резко притянул меня за талию и грубо поцеловал. Через несколько секунд мы уже сидели в машине и мчались по пустой дороге к моему дому.

***

Вчера Джейсон уговаривал остаться у него на ночь, но, во-первых, у меня школа, а во-вторых, нужно было что-то сказать родителям. Он отвёз меня домой, а я ещё два часа ворочалась, не в силах уснуть — эмоции просто переполняли.

Обычно за мной заходит Джим, но сегодня его всё нет и нет, поэтому я иду сама. Нам нужно готовиться к экзаменам, которые будут уже в июне. Мы сдаём ACT — английский, математику, чтение и науку. Математику я ненавижу — всегда давалась тяжело. Зато Джим не переваривает науку: термины, формулы — не его. Надеюсь, сегодня мы сможем хоть немного отвлечься и нормально позаниматься. Хотя после вчерашнего у кого-то точно появятся вопросы.

Я не успела постучать второй раз, как дверь открылась. Джим стоит в солнцезащитных очках.— Доброе утро? — сказала я.— Ага, доброе, — он снял очки. Под его глазами сверкают мешки.— Во сколько ты приехал?— В три часа, — зевнул он, выходя ко мне.— Ты же говорил, что пойдёшь сразу после нас.— Да, но что-то пошло не так. Мы засиделись с парнями из команды. Стив должен был отвезти Элис на такси.— Да, она приехала примерно через час. Слушай, твой мозг уже готов воспринимать сложную информацию?— Ещё нет. Он сможет сделать это за обедом.

Мы пришли в школу. Сейчас идёт подготовительная программа, и я не хочу её пропускать: преподаватели говорят, что начинается самый важный этап.

За обедом мы сели на газон. Джим пьет уже второй энергетик, а я ковыряюсь в салате с курицей.

— Что ты хотела сказать? — спросил он.— Нам нужно позаниматься сегодня и сделать домашку.— Без проблем, приходи.— Может, лучше ты ко мне?— У тебя есть безлимитный запас энергетиков?— Нет, но...— Не парься. Разве тебе уже не всё равно на её присутствие? Вчера, когда вы с Джейсоном ушли в туалет на полчаса, у меня сложилось именно такое впечатление.— Я бы не сделала этого, зная, что она рядом, если бы не одно "но".

Джим допил энергетик и метко закинул банку в мусорку метрах в пяти. Не зря баскетболист.

— О чём ты? — спросил он.— Об Адриане. У Джейсона есть доказательства, что она ему изменяла.— Серьёзно? Какие?— Переписка. Тот француз всё рассказал и даже видео прислал, как они...— Всё, понял. Фу... Ну что ж. Я, конечно, подозревал, но надеялся на лучшее. Видимо, моя сестра — та ещё любительница Франции. И что теперь? Развод?— Пока нет. Это связано с какими-то документами Джейсона. Он особо не рассказывал.— Ясно. А ты? Рада?— Не знаю. С одной стороны — да: совесть больше не мучает. С другой — нет: теперь ты будешь плохо думать о своей сестре.— Это их дело. Она изменила — пусть отвечает. Морочила ему голову столько месяцев... Я бы поступил так же. В тот же вечер переспал бы с кем-нибудь ей назло. Зачем изменять, если ты счастлива?

Похоже, теперь Джим точно на нашей стороне.

                                            ***

После школы мы пришли к Джиму домой. Сначала мне было как-то не по себе, но потом мы начали заниматься и я немного успокоилась.

— Я устала. Я вообще не понимаю, как решить это чёртово уравнение, — сказала я и откинула листок с предполагаемыми заданиями для экзамена.— Смотри, — сказал Джим. — Здесь икс — это два, а игрек в квадрате, дальше...

Он не успел договорить, как дверь распахнулась.

— Адриана? Что с тобой? — удивлённо спросил Джим, подняв брови.

В комнату вошла Адриана с бутылкой виски, растрёпанными волосами и красным, опухшим от слёз лицом.

— Вы занимаетесь? Не хотела мешать, — хрипло сказала она и остановилась у окна. — Просто... я хотела с кем-нибудь поговорить.— Что случилось? — осторожно спросил Джим. Мы с ним переглянулись, и я пожала плечами: понятия не имею, что происходит.— Вчера был такой хороший вечер... и так убого закончился. Я так хотела весело отпраздновать твой день рождения, — сказала она и сделала глоток прямо из горлышка.— О чём ты?— Вчера, в клубе... Я пошла в туалет. Потом услышала шум и поняла, что кто-то зашёл. Это был Джейсон. Он с кем-то говорил.

Она бросила на меня странный, тянущийся взгляд.

Твою мать. Меня словно пронзили током. Маленькие иголочки будто впились в голову. Джим удивлённо перевёл взгляд с неё на меня.

— Он был не один, — продолжила она. — Её голос я не разобрала, но я точно знала, что это он. Я слышала, как он ей говорил... Он признавался ей в любви, — сказала Адриана и заплакала.

Глаза Джима расширились. Он смотрит прямо на меня. Я прикрыла лицо рукой, делая вид, будто просто опёрлась. Хорошо хоть Адриана не замечает, какие у нас перекошенные лица.

— Он говорил ей такие слова... Я никогда ничего подобного не слышала — ни от него, ни вообще. Это было как в кино. Я стояла, не могла пошевелиться. Он говорил, как сильно её любит, как хочет быть только с ней, что готов ради неё умереть. Джейсон никогда не говорил мне ничего подобного... Он мне изменил. Он любит другую. И, видимо, давно, — выдохнула она, глядя в окно.

Святая невинность...

— Она ему тоже сказала, что любит. Но голос... я не узнала. Музыка, шум, люди... это... всё вперемешку. Я так и не поняла, кто это. Может, я её даже не знаю, — сказала Адриана, вытирая слёзы ладонями.

Она смотрит куда-то вдаль, а Джим не перестает сверлить меня взглядом.

— А потом... — её голос сорвался, — потом он трахнул её. Прямо там. Они стонали, будто никого вокруг нет. Я не смогла это слушать и выбежала. Бродила по улицам, а потом пришла домой. Какой же он... урод!

Мне захотелось вскочить и высказать всё. Сказать ей правду, но... я была скована. Джейсон должен поговорить с ней сам. Я не знаю, что будет дальше, но чувствую, что она решит подать на развод. А что сделает Джейсон... одному богу известно.

— Этот козёл даже на сообщения не отвечает, — сказала Адриана, делая новый глоток.

В этот момент в доме раздался звонок в дверь.

Джим спустился вниз, я пошла за ним. Адриана осталась на лестнице, снова припав к бутылке.

Дверь открылась.

На пороге стоит Джейсон, небрежно прислонившись плечом к стене. На нём светло-бежевая рубашка с двумя расстёгнутыми пуговицами и подкатанными рукавами до локтей, белые шорты и кроссовки того же цвета. На глазах — тёмные очки, на запястьях — привычные аксессуары.

Тёплый ветер влетел в дом вместе с запахом его парфюма. Он выглядит как всегда — до неприличия привлекательно. Мне захотелось броситься к нему, но я вовремя вспомнила об Адриане.

Джейсон снял очки, выпрямился и спросил:

— Что с вами? — глядя на наши лица.