•22•нож в спину от самых дорогих людей

Мы с Владимиром Владимировичем возвращались в школу из отделения. Первым делом на крыльце я встретила бледного Артёма.- Владимир Владимирович, вы идите, а я догоню.- Хорошо, Ань, похоже, твой дружок о тебе сильно переживал, - мне показалось, или он сказал это как - то едко?Артём подлетел ко мне и с дрожью в голосе стал кричать:- Ты что такое творишь?! Где ты была?! Да ты хоть знаешь, что я чуть не поседел?! И родители там твои в кабинете директора сидят! Ты где всю ночь была?!- Что? Родители у директора? - у меня плохое предчувствие...- Да, - Артём явно не много успокоился, у него хотя бы руки перестали трястись. Мне было очень стыдно, что я не догадалась ему даже позвонить, идиотка. Но кто ж знал, я вообще не думала, что он обо всем узнает раньше, чем я сама ему расскажу. - Тём, прости. Я просто забыла телефон дома. А ночевала я у Владимира Владимировича.- ЧТО???!!! - вот что такое «волосы дыбом встали»; самый, что ни есть, наглядный пример.- Артём, успокойся, там такое дело... - ну а дальше я рассказала ему обо всех событиях вчерашнего дня.- Дааа, Анисимова, приключения тебя сами находят, - протянул Артём, загрузившись - А чего ты мне сразу - то не позвонила? Зачем ты в тот двор поперлась?- Говорю же, телефон я дома оставила.- Не задача. Слушай, Ань, - вдруг он стал совсем серьезным - Скажи честно, у вас что - то было? - Дурак что ли?- Не обижайся, я просто так спросил.- Ну ладно, надо бы к директору заглянуть, а то там родители, - я тяжко вздохнула, ну конечно, мне предстоял тяжелейший за всю историю разговор.Когда я зашла в кабинет директора, там уже было пятеро человек - родители, классная, Варвара Петровна ( ее только здесь не хватало ), ну и собственно, сам директор.- Проходи, Анисимова, присаживайся, - он указал мне на стул напротив моих родителей, укоризненно - зловеще смотревших на меня.Я присела и уловила легкую еле заметную ухмылку Варвары Петровны. Теперь я поняла, что она здесь забыла - хочет шоу посмотреть, что ж, мне не жалко, сейчас эта старая грымза волнует меня меньше всего. Я думала лишь о том, как бы случайно не оговориться и не спалить свое ночное местоприбывание. Иначе Владимиру Владимировичу точно мало не покажется ( ведь даже Артём неправильно все понял, хотя он доверяет мне явно больше, чем мои родители ). А этого я допустить не могу; он не должен поплатиться за свою же доброту. Решено, я вообще не буду ничего и никому говорить, и точка.- Итак, Аня, может расскажешь нам, где ты была сегодня ночью? - вопрос директора не заставил себя долго ждать.Все присутствующие не без интереса уставились на меня ( еще бы ,интрига такая ), но я молчала. И что бы ни случилось, я буду продолжать молчать.- Аня, ты вынуждаешь нас на крайние меры, - интересно, что он собирается делать?Я опустила голову, нет, так просто вы ничего из меня не вытяните!- Говори! - рявкнул отец так, что все присутствующие буквально подскочили, но я даже ухом не повела, не потому, что я такая смелая, я просто привыкла. Он всегда так со мной разговаривал. Не можешь что - то втолковать словами - ори, вот и все.Вдруг дверь открылась, и на пороге появился Владимир Владимирович ( похоже, снаружи были слышны отрывки нашей «милой» беседы ) Я была так рада его видеть, что широко улыбнулась, но, вовремя поняв, что могу загубить всю конспирацию, вернула на место свой беспроигрышный «покер фейс». А вот Владимира Владимировича, очевидно, данная ситуация не шибко смущала; он ободряюще улыбнулся мне в ответ и подошел сзади, опустив руки мне на плечи. От этого простого жеста мне вдруг сделалось так хорошо - я почувствовала поддержку и защиту, в которых так нуждалась всю свою жизнь; я ощущала такой прилив энергии, что запросто могла бы свернуть горы. А вот папе, судя по сдвинутым к переносице бровям и сжатым кулакам, это телодвижение не очень понравилось, но он промолчал.Промолчали бы все ( что было бы просто замечательно ), если бы не:- Владимир Владимирович, - начал жалобу директор - Вы представляете, Аня сегодня не ночевала дома и не хочет теперь сознаваться, где она все - таки была.- Аня, - он, опустив голову, посмотрел мне в глаза - Почему же ты не сказала, что была у меня? ( вот как его после этого назвать?!)Надо было видеть, что произошло после данной фразы. Десять секунд молчания, и у всех присутствующих глаза достигли размеров особо - удивленного - анимеперсонажа ( это когда глаза занимают 90 % от всего лица ) - каждый пытался поверить, что ничего сейчас сказано не было. Затем, когда все более - менее осознали происходящее, психонув, вся в слезах выбежала вон Варвара Петровна, ипоследовало мамино «В смысле?», а отец стал медленно подниматься со стула, айсбергом надвигаясь на Владимира Владимировича.« Сейчас что - то будет» - пробежала в голове шальная мысль, и я поспешила загородить собой Владимира Владимировича.- Отошла! - приказал отец.- Нет уж! - отрезала я - Он ни в чем не виноват! Это ТЫ выгнал меня из дома на ночь глядя!- И поэтому ты тут же побежала в постель к этому учителю?!- Во - первых, не в постель, а домой, а во - вторых, если бы не Владимирович, неизвестно, что бы со мной сейчас было - он спас меня от хулиганов и разрешил переночевать у себя. А если не веришь, сходи в ментовку и проверь; там лежит заявление на тех отморозков с подробным описанием событий!- Кого я вырастил?! - отец замахнулся, а я, прекрасно зная, чем это кончается, закрыла лицо руками и зажмурилась... Но удара не последовало.Тогда я осторожно приоткрыла один глаз, затем второй - Владимирович сдерживал руку отца от удара. Затем, он резко опустил руку и спрятал меня за спину от греха подальше.- Неужели вы так и не поняли почему ваша дочь сбежала из дому? Это ведь не потому что ОНА такая плохая.- И почему же тогда? - прошипел отец, потирая сдавленное запястье. - Вы слишком много от нее требуете, а сами ничего не даете в замен, лишь сутками пропадая на работе; потому у нее и сложилось впечатление, что вам нужны лишь ее оценки.- Да кто ты такой, чтобы меня отчитывать?! - взорвался отец.- Я педагог, - Владимир Владимирович- сама невозмутимость.- Извращенец, вот ты кто! Ты еще пожалеешь, что на свет родился! А ты - он указал пальцем на меня - Дома чтобы даже не появлялась!И родители ушли. Слова отца гулким эхом отдавали у меня в голове, в сердце словно что - то защемило - самые близкие мне люди так просто выгнали меня вон, отказались от меня. Я осталась совсем одна. По щекам ручьем потекли обжигающе - горячие слезы, а я все так же тупо смотрела на дверь, все еще вибрирующую от сильного хлопка, хлопка навсегда изменившего мою жизнь.- Не плачь, - не обращая внимания на все еще прибывающих в трансе директора и классную, Владимир Владимирович смахнул слезы с моих глаз и крепко прижал к себе - Все еще образуется.Мне было так уютно в его объятиях, что я невольно подумала, а как же все - таки было бы хорошо, если бы мой отец был таким же, как Владимир Владимирович.