Мини-продолжение. | Страх все снова потерять

Мини-продолжение, о котором немногие просили. Приятного прочтения!

«Я знаю, что люблю тебя больше, чем кого-либо другого в своей жизни, потому что мысль о том, что я могу потерять тебя, пугает меня больше всего на свете».(с) Неизвестный. 

Последняя строка из финальной сцены:Я касаюсь его плеча, всхлипываю и слышу свое приглушенно, настоящее имя.

Его до чертиков родной голос высвобождает оставшиеся эмоции. Пелена застилает мои и без того влажные глаза. Но это была не пелена печали или радости. Это была пелена умирающего отчаяния, которая все это время истязала меня изнутри. 

Я всхлипываю и сильно сжимаю его плечо – он глубоко, с надрывом вздыхает. О чем Кислов мог размышлять, я могла только догадываться, но одно я знала наверняка – ему очень сложно поверить в происходящее. 

Его ладонь блуждает по моим плечам, спускается к пояснице и снова возвращается наверх. Ваня накручивает мои длинные локоны, которые когда-то были ободраны, и тихо, почти шепотом произносит:  

— Такие длинные... 

Я улыбаюсь сквозь слезы, но ничего не отвечаю. 

Внезапно аудитория, которая располагается неподалеку – открывается, и из нее выходит светловолосая девушка. Меня пронизывает страх, как только блондинка устремляется в нашу сторону – Это же не его новая девушка? 

— Кислов, — Незнакомка останавливается в паре шагов от нас. 

Ваня никак не реагирует на высокий голос – девушка хмурится и повторяет: 

— ... Кислов? 

Кислов раздраженно фыркает носом, прижимает меня ближе к себе и вынужденно обращает свое внимание на подошедшую – он не проронил ни единого слова. 

Незнакомка подбоченилась:

— Тебя препод потерял.

— И что?

Блондинка разводит руками: 

— Нужно вернуться на пару. 

— Вернусь, когда посчитаю нужным. — Огрызается он. 

— Но... 

— Все, Стервятников! Не еби мне мозги и свали уже нахуй.

Девушка обременяющее вздыхает и закатывает глаза, прежде, чем оставить нас снова наедине. 

Я шмыгаю носом и тихо подмечаю: 

— Ты совсем не изменился – такой же грубый, как и два года назад. 

Внезапно я чувствую как у брюнета екает бешено стучащее сердце. Он с особой осторожностью оттесняет меня за плечи, сглатывает и охватывает меня беглым, слегка хрустальным взглядом. 

— Только не говори, что это снова сон. — Его голос дрогнул. 

Я хмурюсь: 

— Что? 

— Сон... — С натугой повторяет он. 

Он берет меня за румяные щеки, и с дрожью в голосе добавляет: 

— Каждый раз мне снится одно и тоже. И каждый раз ты говоришь мне одно, сука, и тоже! Ты говоришь: что я такой же грубый, как и два года назад. 

Я не успеваю и слова вставить, как Киса вновь добавляет: 

— Сейчас же это не так? Ты же сейчас здесь – верно? ...Прямо, блять, передо мной...

Я касаюсь его венозных рук и шепотом повторяю:

— Прямо перед тобой.

Он с трудом переводит дыхание и опускает взгляд наземь. 

— Я клянусь – все что я говорю, правда. Что тогда, что сейчас.

— Но как? — Мы встречаемся взглядом. — Как такое возможно? Ты же... Умерла,

— Мою смерть инициировали. — На полуслове обрываю я.

Я отворачиваюсь – стыдно смотреть в глаза.

— Прости, я должна была связаться с тобой. Прости пожалуйста.

— Тебе не за чем извиняться. 

Я проигнорировала его умозаключение. 

— Я не раз хотела тебе написать, честное слово!

— Алиса,

— Но мой телефон проверяли – каждый, сука, день! Капали на мозги, говорили: хватит сопли жевать, он не тот – кто тебе нужен!

— Алиса,

— И, — Я шмыгаю носом. — в какой-то момент, я так сильно загналась. Мысли меня начали просто, сука, уничтожать! Я неосознанно навязала себе мысль о том, что если ты узнаешь всю правду – я сделаю все только хуже...

— Алиса! — Он слегка повысил голос.

— Сделаю больно, поэтому я и решила...

Я никогда не любила, когда меня затыкают, но этот случай стал исключением – Кислов делает шаг и жадно впивается в мои столь желанные губы. Его движения излишне напористые, словно об этом мгновении он крайне часто мечтал.

Я касаюсь его правого предплечья, и кудрявый воспринимает это как желание отстраниться. Он смотрит мне в глаза и отвечает:

— Единственное, что сделает мне больно, если я тебя снова потеряю.

Я промолчала

— Алис, это прозвучит очень странно, потому что это не в моем, сука, стиле, но...

Он вздохнул:

— ... Я пиздец как боюсь. Я себя боюсь, понимаешь? Я боюсь, что я, из-за своей, блять, очередной ошибки, тебя снова потеряю. Поэтому...

От неприятной догадки наворачиваются слезы – я мотаю головой.

— Нет,

Ваня с горестью хмурит брови.

— Не говори этого, пожалуйста. Мы ведь только встретились.

— Алис,

— Спустя целых два мучительных года – мы встретились! — Перебиваю я. —  Пожалуйста, не говори, что мне стоит держаться от тебя подальше.

Кислов вздыхает, вытирает с моих щек горькие слезы и тихо заключает:

— Поэтому... Я постараюсь сделать все, чтобы этого не произошло.