Глава 16. Трещина

«Когда сердце зовёт, разум отказывается идти.»

— Lai Dané

КУРАЛАЙ

— И что теперь? — спросила я, оглядываясь на ревущие машины и дымящие фары. — Просто гонка?

— Это не просто гонка, Неон, — сказал Алан, не сводя взгляда с трассы. Его голос был ровным, но в нём чувствовалась концентрация. Словно он уже ехал — мысленно.

— Здесь нет официальных флажков и судей. Только мы, машины и асфальт.

Я молчала, глядя, как вдали флаги вздымаются в воздухе. Вокруг нас — пульсирующая толпа, техно из колонок, запах бензина. Он вдохнул этот воздух глубже, как будто вдыхал ритуал.

— Пятнадцать машин. Три круга. Маршрут почти прямой, но на поворотах — смерть. — Он посмотрел на меня. — Это не Формула-1, Неон. Тут побеждает не тот, кто быстрее. А тот, кто безумнее.

— Какие-то правила?

— Только одно, — усмехнулся. — Никаких тормозов. Ни в прямом, ни в переносном смысле. Здесь тормозит только тот, кто не выживает.

Я чувствовала, как моё сердце сжимается.

— А если кто-то... специально толкнёт другого?

— Это и есть часть гонки. Никто не мешает. Никто не спасает. Если выжил — молодец. Если нет... — он пожал плечами. — Ну, мы же предупреждали.

— Это законно?

— Ты серьёзно? — Алан усмехнулся. — Это Испания, Неон. Ночь. Здесь закон — рёв мотора и ставка на страх. И один король на финише. Или королева. Но сегодня — это не про неё.

Он повернулся к своей машине, и в этот момент я поняла — он не просто собирается ехать. Он собирается победить. Или разбиться.

А рядом, почти не скрывая усмешки, стоял Лео.

АЛАН

Толпа гудела, как улей. Рёв моторов, вспышки телефонов, музыка, сотрясающая грудную клетку. Этот старый аэродром под Ибицей превратился в арену — как будто сейчас здесь начнётся не гонка, а бой насмерть.

Пятнадцать машин стояли в линии. Моя — чёрный Porsche 911 — словно зверь, затаившийся перед прыжком. Рядом — Дэн в своём GT-R. И чуть поодаль — Лео, с его серым McLaren, отражающим ночной свет, будто клинок.

Я вышел из машины, обошёл её по кругу, проверяя, чувствуя... дыша этим воздухом. Спокойствие перед бурей.Взгляд скользнул в сторону — и остановился на ней.Неон.

Она стояла рядом с остальными. Вся в чёрном, в лёгком свете фонарей. Губы чуть приоткрыты. Глаза смотрят прямо на меня.В этот момент всё исчезло. Осталась только она.

Но этот момент был недолгим.

Лео стоял облокотившись на свою машину. Его взгляд уже не скрывал ничего — он пялился на Куралай, словно считал, что уже может её касаться.

Я сделал шаг к нему.

— Ты чего-то хочешь? — спросил я спокойно, но внутри всё уже кипело.

Он только усмехнулся:

— Как думаешь, Вега... каково это — знать, что твой друг смотрит на неё с такой жаждой? — Он кивнул в сторону Дэна, и я невольно посмотрел туда.

Дэн сидел в машине, но его взгляд был на ней.

Я сжал кулак, но не поддался.

— Я бы не терпел. Но ты... — Лео медленно надел перчатки, — ты ведь привык терять, не так ли?

Я не ответил. Развернулся, открыл дверь и сел за руль.Руки на руле. Сердце в висках. Глаза — на дороге.Не на Лео. Не на Дэна. И даже не на неё.

Только дорога. Только скорость. Только я.

А потом — в воздухе взревел микрофон ведущего.

— ¡Esta noche no hay freno! — кричал он. — Quince coches. Tres vueltas.— ¡Solo un rey!

Моторы взвыли. Я посмотрел вперёд — в чёрную пустоту трассы. И на грани этого шума услышал, как заиграла Gasolina. Толпа взорвалась.

— ¡A sus marcas!

Глубокий вдох. Нога на газе.

— ¡Preparados!

Пульс грохочет.

— ¡YA!

Мы рванули вперёд.

Гудок отозвался в груди, как выстрел.Машина дернулась вперёд, будто зверь, которого сдерживали слишком долго.Я сжал руль — не просто как рулевое колесо, а как последнюю границу между мной и безумием.

Первая прямая.Трасса — старая, грубая, не прощает ошибок.Шины свистят. Пыль и дым от чужих покрышек летит в лобовое. Лео и Дэн с обеих сторон — один, как ледяной клинок, второй — как молчаливый огонь.

Мой Porsche держал левую линию. Уверенно. Точно. Я чувствовал сцепление, слышал дыхание мотора. Каждый обгон — будто кто-то шепчет в ухо: «ещё немного, Вега».

Лео вырывается вперёд. На секунду.Я жму на газ. Передачу вниз. Машина рвётся. Обгоняю справа.Вижу, как Лео скользит по зеркалу, как его глаза следят не за трассой, а за мной.

Второй круг.

Ночь становится гуще. Фары — как вспышки молний.Мы трое остались в бою: я, Дэн, Лео. Остальные — уже позади, как шум за сценой.

Перед поворотом — срез.Лео идёт ва-банк. Он чуть подрезает Дэна.GT-R теряет темп, уходит на внешнюю дугу.

— Чёрт... — шепчу я, и сердце стучит в груди как молот.

Теперь мы вдвоём.

Я и Лео.

Его McLaren рычит. Моя машина держится рядом, я чувствую, как резина дрожит под напором, как рёв толпы гаснет под тяжестью моих мыслей.

Поворот — один из самых острых. Удар влево.Я ухожу внутрь, как учили в боевых: если не знаешь, кто нападает — атакуй первым.

Но Лео не уступает.

Он оборачивается.Прямо в глаз.И усмехается.

Финишная прямая.

Мой Porsche вырывается вперёд — на метр, потом ещё.Но McLaren Лео дышит в затылок.Мы мчимся бок о бок — как будто привязаны одной цепью.Машины ревут в унисон, будто от их голоса зависит исход этой ночи.

Толпа орёт. Музыка взрывается над головами. Пыль и свет сливаются в один сплошной вихрь.

И вот — финиш.Мы проносимся сквозь линию одновременно.

Ничья.

Мои руки дрожат на руле. Пот стекает по вискам.Я выключаю двигатель.Выдох. Только сейчас понимаю, как сильно сжал зубы.Лео выходит первым. Его лицо — спокойное, но глаза улыбаются.

— Повезло тебе, Вега, — бросает он мимоходом. — Но ничья — это не победа.

Он уже идёт к организаторам. Я выхожу следом, зная — будет вторая гонка. Только он и я. Один на один. Как и должно быть.

— Ещё один заезд. Только два — Лео и Вега! — кричит ведущий, и толпа ревёт.

Я возвращаюсь к своим. Куралай стоит чуть в стороне. Она волнуется. Я это чувствую, даже не глядя на неё.Но сейчас — я должен.

— Ты как? — спрашивает Дэн, подходя ближе.

— В норме. Почти. — Я вытираю лоб.

— Тогда держи. — Он протягивает бутылку воды. — Просто... не ведись на его провокации, ладно?

Я кивнул.

— Алан, — тихо сказала Куралай, подходя ближе. — Ты сможешь. Я верю.

Я смотрю в её глаза. В них страх. Тепло. И что-то ещё.Она слегка коснулась моей руки.

Дэн стоит рядом. Его взгляд на нас... долгий. Напряжённый.Но он ничего не говорит. Просто смотрит, а потом отходит в сторону.

Я вернулся к машине.Капот чуть нагрелся. Руль — как оружие, ждущее команды.

На старте — только я и Лео. Остальные уже неважны.

Ведущий поднимает руку.

Толпа замерла.

Музыка смолкает.

— En sus marcas... ¡YA!

Газ.

Куралай

Шины взвизгнули. Машины с ревом сорвались с места, оставляя за собой дым и пыль.Толпа заорала.

Секунда.Две.Три.Они летели как пули, врываясь в тьму аэродрома.

— ¡Danza Kuduro...! — взревела музыка над трассой, и в ту же секунду толпа будто сошла с ума.Ритм ударил в грудь, ноги сами пошли в движение, даже асфальт казался вибрирующим от звука.

"La mano arriba, cintura sola,Da media vuelta, danza kuduro..."

Каждый поворот — как на лезвии.Каждая секунда — как последняя.

Алан держал траекторию чётко — входил в повороты на минимальном угле, ловил сцепление миллиметр в миллиметр. Его машина словно слилась с ним. Он чувствовал каждую вибрацию руля, каждый толчок подвески.

Лео, напротив, был агрессивен. Он не тормозил — он нападал. Резал повороты, подрезал, моргал дальним. В одном из участков трассы он даже чуть задел бампер Алана.

— Он не просто хочет выиграть, — прошептала я, сжав руки у груди, — он хочет его сломать.

Рядом Дэн стоял каменным. Только глаза его бегали между машинами.

50 км/ч.80.120.180.На последнем прямом участке они шли борт к борту. Моторы ревели, искры сыпались из-под арок. Лента трассы исчезала под колёсами. Впереди был крутой поворот и...

Я стояла рядом с Дэном. Шнурки на моих кедах развязались. Дэн присел, начал завязывать.

АЛАН

Я был уже близко к финишу.Мотор ревел на пределе, руль дрожал в ладонях, как будто сам чувствовал, что осталось совсем чуть-чуть — последний рывок, последний вдох.

И вдруг — мой взгляд выхватывает их.Куралай.Стоит на обочине.А рядом — Дэн.Он опустился на одно колено, завязывает ей шнурки. Чертовы шнурки.

Он слишком близко.Слишком.

Её глаза опущены. Она что-то говорит, улыбается.Он отвечает. И вот в этот момент она касается его плеча.Неуверенно, мимолётно — но я это вижу. Чёрт, я это чувствую.

Сердце сбивается с ритма, как мотор на кочке.

И в этот самый миг, когда я отвлёкся — удар.

Резкий. Жестокий.Слева. Прямо в бок.

Моя машина дёрнулась, потеряла сцепление. Я не успел среагировать — поздно.Я только успел мельком увидеть улыбку Лео в соседнем окне, как будто он ждал этой секунды.

McLaren ушёл вперёд.

А я — в занос.

Асфальт под колёсами захрустел, как лёд.Машина повело, и я уже не управлял — я просто был внутри умирающего зверя, который сдался.

И потом — врезался.В заграждение, в бетон, в ночь.

Всё грохнуло. Подушка безопасности сработала, заглушив крик.

В ушах — звон.Во рту — вкус крови.А перед глазами — только вспышка фар и... Куралай. Где-то там, далеко, за клубами пыли и дыма.

Машина дымилась.

Капот всмятку, бок поцарапан, колёса сбились с оси — но я жив. Вышел сам. На адреналине. На гневе.

Руки дрожали. Сердце стучало в висках. Я слышал, как толпа гудит — но всё словно из подвала. Приглушённо. Я смотрел только на него.

Лео. Этот ублюдок вышел из своей машины с тем же выражением лица, с каким, наверное, он входит в храм — с чувством превосходства и циничного спокойствия.

Он улыбался.

Словно всё это — шоу, и мы с ним лишь два актёра, бьющиеся за аплодисменты. Но я-то знал: он играл не ради победы.

— Красивая авария, — бросил он, останавливаясь в шаге от меня.

Я молчал. Я считал его дыхание. Хотел ударить. Но ещё больше — понять, зачем он здесь. И ради кого он пришёл.

— Ты думаешь, я гоняю ради победы? — его голос скользнул по мне, как нож по стеклу.

Я напрягся. Он знал.

— Нет, Вега.— Я пришёл за тем... что ты не сможешь удержать.

Он повернул голову. Его взгляд скользнул в сторону и остановился. На Куралай.

Моё сердце вырвалось на секунду. Грудная клетка стала слишком узкой.Я шагнул к нему, но Дэн оказался рядом, стал между нами. Лео только поднял руки, усмехаясь:

— Спокойно. Я ничего не делаю. Пока.— Просто не люблю играть вчистую. Слишком предсказуемо.

Он подмигнул... ей. Моей Неон.

Я застыл. Не из страха. Из чувства, будто внутри меня щёлкнуло.

Он знал. Он всё знал.

Он не выиграл.Он вырвал момент.Самый важный. Ту секунду, где я должен был победить — не на трассе. А в себе.

Я подошёл к машине.Кулак ударил по капоту. Один раз. Потом ещё. Боль отозвалась в пальцах, но внутри стало тише.

— Он специально, — выдохнул я, чувствуя, как всё во мне сжимается. — Он всё знал.

Сзади я услышал её шаги.

— Алан...

— Не сейчас, Неон, пожалуйста. Дай мне пять минут, — произнёс я, стараясь удержать голос в ровной линии.

— Хорошо... я тогда пойду за водой, — мягко сказала она и исчезла в темноте.

Песня всё ещё играла, но весь зал, всё внимание — были на Лео. Человек, который никогда не проигрывал, сегодня впервые оказался позади. И он... улыбался. Словно всё пошло именно по его плану.

— Зачем ты так с ней, Алан? — тихо, но жёстко спросил Дэн, подойдя ко мне сбоку.

— И что это было?.. — голос Дэна прорезал гул толпы. — Ты же никогда не делал такие ошибки.

Я тяжело дышал. Кулаки сжаты. Всё внутри дрожало — не от боли, от ярости.

— Не сейчас, Дэн, — выдохнул я сквозь зубы, не глядя на него.

— Но, Алан... ты видел, как он... — он сделал шаг ближе, — ты не мог не видеть.

— Дэн, — рявкнул я, разворачиваясь, и воздух будто сгустился между нами. — Не сейчас.

— Почему-то у меня такое чувство, что виноват я, — Дэн нарушил молчание, глядя в сторону, туда, где свет фонарей терялся в дымке гонки.

Я тяжело выдохнул, не отвечая сразу.

— Это не так, — наконец сказал я.

— Если ты увидел, как я сидел у ног Куралай... — он провёл рукой по затылку, — это были всего лишь... чёртовы шнурки. Она чуть не упала и я помог завязать.

Я сжал челюсть. Его голос звучал искренне, но в голове всё равно застрял образ: он рядом с ней, близко, слишком близко.

— Дэн... это не из-за тебя. Ты не виноват.

Он повернулся ко мне.— Тогда почему ты зол?

Я замолчал. Потому что не знал, как объяснить. Не хотел говорить вслух то, чего сам до конца не хотел признавать.

— Дэн... Извини. Просто... — я поднял взгляд. — Этот Лео. Его лицо. Его взгляд на неё. Как будто она — не человек, а приз.

Дэн кивнул.— Я это тоже заметил.

— Он знал, что делает, когда ударил. Он не гнал ради победы... он хотел меня сломать.

— Через неё? — тихо спросил Дэн.

Я ничего не ответил.Просто смотрел туда, где стояла она.

И вдруг понял — гонка была не на трассе.А внутри.

От автора:

Они ничего не сказали. Ни Алан, ни Дэн. Ни обвинений, ни оправданий.Но тишина между ними стала громче любых слов.Дружба дала вторую трещину — тонкую, почти незаметную. Но именно такие и самые опасные.Провокация Лео, взгляд, брошенный в сердце чужой женщины. Влюблённый огонь в глазах Дэна, который он больше не мог скрывать.И, может, никто из них этого ещё не осознал...Но трещина уже пошла.И кто знает, в какой момент она расколется окончательно.