Глава двадцать седьмая Могущественный враг

А в круглом зале Катерина и Алекс сражались с Клементиной, но пока безуспешно. Они атаковали ее с двух сторон, но та превосходно владела своим оружием, и ее серебристая коса мелькала в воздухе подобно лопастям вертолета. Ребята с трудом успевали уворачиваться от сверкающего лезвия. Зеркальная машина продолжала вращаться в центре зала. Голубые сполохи метались в клубах дыма под куполообразным потолком. Клементина, вонзив рукоятку косы в пол, взмыла в воздух, словно прыгун с шестом, и ударила Алекса обеими ногами. Парень упал на спину, но не растерялся и выставил перед собой рапиру, однако Клементина оказалась ловчее его. Стеклянное лезвие скользнуло по стальному клинку и глубоко вонзилось в плечо парня. Алекс задохнулся от боли.

Клементина выдернула косу и, раскрутив над головой, торжествующе рассмеялась. – А теперь твоя очередь! – крикнула она Катерине и ринулась на обессиленную девочку, размахивая своим грозным оружием. – Довольно! – раздалось вдруг со стороны пролома в стене. Графиня Шадурская втолкнула в зал Наташу и Игоря и вошла следом за ними, держа обоих на прицеле. Она сильно хромала. – Всем стоять! – жестко приказала графиня. – Ты еще жива? – скривилась Клементина. Шадурская не удостоила ее внимания. Ее взгляд был прикован к магической машине, светившейся в голубом сиянии. Графиня восторженно ахнула.

– Наконец-то! Я нашла ее! Нет, не напрасно я осталась здесь… – Пьер же сказал, что в театре никого нет! – Я спряталась в шкафу директорского кабинета. Твой тупой дружок не удосужился заглянуть туда. Я знала, что машина спрятана где-то в «Иллюзионе»… – Слишком поздно! – воскликнула Клементина. – Ты никогда не сможешь ею воспользоваться! – Еще одно слово, и я пристрелю тебя, как пристрелила вашу собачку! – процедила сквозь зубы графиня. – Что? – Клементина была потрясена. – Ты лжешь!

– Она действительно убила его, – подтвердил Игорь. – Теперь ты осталась одна. А нас много! Взгляд Клементины испуганно заметался из стороны в сторону. – Не может этого быть, – с сомнением проговорила она. Катерина тихо отступила от нее подальше и приблизилась к вращающимся кругам. Перехватив рукоять рапиры, она подняла клинок на уровень плеча. – Или ты сейчас же убираешься в свой мир, – спокойно произнесла девочка, – или я разнесу этот механизм вместе с хрустальным ключом! А бросаю я очень метко. Лучше тебе поверить мне на слово! Ты останешься здесь навечно, в мире, который так ненавидишь!

Злодейка лишь заскрежетала зубами от бессильной ярости. – Ты не сможешь разбить его! В нашем мире стекло прочнее стали! – Это в вашем. Но Калиостро-то создал его в нашем мире! – ответила Катерина. – А значит, этот ключ – обычная стекляшка с магической начинкой! Вспомни, ведь ключ, который открыл портал для Николая Назарова, разбился вдребезги. Значит, и этот разлетится без особого труда! – Ты этого не сделаешь! – вдруг крикнула графиня Шадурская. – Иначе я пристрелю всех твоих дружков! Я столько лет искала этот ключ не для того, чтобы лишиться его сейчас!

– Зачем он вам? – воскликнула Катерина. – От него и этой машины одни только несчастья! – Ты не понимаешь! Он мне нужен! Ты права, от них одни несчастья, но только с помощью ключа еще можно кое-что исправить! – Ладно! – злобно крикнула Клементина. – Ваша взяла! Я уйду! Но тебе от меня не скрыться, наследница Калиостро! Мы еще обязательно встретимся! И она метнула косу в графиню. Шадурская пригнулась, и коса вонзилась прямо в стену над ее головой. А Клементина Уварова, разбежавшись, прыгнула в центр вращающихся кругов. Машина засияла еще сильнее, словно почувствовав присутствие пассажирки. Сияние разлилось настолько ярко, что вскоре виден бы лишь силуэт злодейки из Зерцалии.

А затем Катерина метнула рапиру. Клинок врезался в стеклянную стойку, и та разлетелась на сотню блестящих кусочков. В тот же момент полыхнула ослепительная вспышка, и Клементина исчезла. Круги машины начали медленно сбавлять скорость, зеркальные пластины двигались все медленнее и вскоре окончательно остановились. – Пронесло! – выдохнул Алекс. – Им не достался ни ключ, ни ты! – А ты точно разбила его? – спросил Игорь. – Да, ты же видишь! – Катерина вбежала в центр круга и показала друзьям голубые осколки от ключа, разлетевшегося на три части.

Графиня поднялась на ноги с перекошенным от злости лицом. – Проклятая идиотка! – прошипела она. – Ты не представляешь, что натворила! – Отлично представляю! – торжествуя, сказала Катерина. – Теперь никто не сможет воспользоваться этой машиной. Никто, подобный вам, – алчный, жадный и злой! Графиня гневно сощурила глаза. – Сегодня ты нажила себе могущественного врага, Катерина Державина. И я поквитаюсь с тобой! Тогда, когда ты меньше всего будешь этого ждать. Она повернулась и, прихрамывая, вышла из зала. Катерина молча посмотрела ей вслед. Она поступила правильно и не жалела об этом! Конечно, графиня очень опасна, но девочка надеялась, что больше их пути никогда не пересекутся. По крайней мере, ей хотелось в это верить.

– Как вы очутились здесь так быстро? – спросила Катерина друзей. – Приехали на машине твоей лжебабушки, – ответила Наташа. – Как это? – Молча! – улыбнулся Игорь. – Не зря же я хожу на уроки автодела! Уж завести такую старую колымагу – тут и детсадовец справится! – Может, кто-то уже обратит на меня внимание? – раздался голос Алекса. – Мне вообще-то пришлось намного хуже, чем всем вам! Катерина тут же подскочила к бедолаге, лежащему на стеклянном полу. Парень истекал кровью, и это ранение оказалось намного серьезнее, чем было у Матвея. Отвернув воротник его плаща, Катерина увидела глубокую резаную рану под ключицей.

– Чертова ведьма проткнула меня насквозь! – стиснув зубы, сказал Алекс. – Ей удалось уйти, но зато я рассчитался с убийцей отца! Катерина поневоле покосилась на стык между двумя зеркальными кругами. На стеклянной поверхности чернели лишь пятна запекшейся крови. Пьера Краснорукова не было видно. Наверняка он сгорел в тот момент, когда Клементина перемещалась на машине Калиостро в свой мир. – Тебе нужна медицинская помощь, – с тревогой сказала Катерина. – Ничего мне не нужно!

– Мне лучше знать! – С чего это? – хитро улыбнулся парень. – В цирке мне приходилось видеть такие ранения! Врачи всегда накладывали швы! Хорошо еще, если не придется делать операцию! – На мне и так все прекрасно заживет. К тому же моя тетя очень сведуща в знахарстве. Мне нужно лишь вернуться домой. – Ты уверен, что обойдешься без скорой помощи? – Смотри-ка, как ты обо мне заботишься! – Ну ты же мой родственник! – нахмурилась Катерина. – Хоть и непутевый!

– Помогите мне лучше встать! – сказал Алекс. Игорь и Наташа подошли поближе и взяли его под руки. Катерина схватила его за воротник плаща. Втроем они поставили его на ноги. Алекс покачнулся, но устоял на ногах. – А теперь найдите мой кнут! – попросил он. Наташа подобрала кнут, валявшийся неподалеку от внешнего круга машины, и подала ему. – Больше ничего не надо? – спросила Катерина. – Если только поцеловать на прощание! – Сейчас попрошу Игоря.

Парни одновременно скривились. Катерина рассмеялась. Она подошла к Алексу и обняла его. Сначала он застыл, но потом тоже обнял ее. – Рад, что ты уцелела, – произнес он. – А я рада, что ты еще жив, – ответила девочка. – Моя миссия выполнена, теперь и я могу уходить! Но не думай, что я оставлю тебя здесь навсегда. Иногда я буду тебя навещать. – Только больше не подглядывай за мной сквозь зеркала. – Я тоже присоединяюсь к этой просьбе! – добавила Наташа. – Я до сих пор помню твои россказни о зеркалах в ванных комнатах…

– Ладно, не буду! – пообещал Алекс. – Ну все, мне пора! Иначе, и правда, истеку кровью! И он, пошатываясь, направился к ближайшему зеркалу. Игорь и Наташа подошли к Катерине и встали по обе стороны от нее. – Берегите друг друга, – сказал им Алекс. – Первую битву мы выиграли. Но кто знает, может, они найдут способ вернуться? Мы ведь до сих пор не знаем, как фальшивая старуха проникла сюда. А Властелины не отступятся! Катерина нужна им. – Я буду осторожна, – пообещала девочка.

– К тому же где-то есть еще один ключ. – Еще один? – ужаснулся Игорь. – Последний. Красный, кровавый и самый могучий из трех. Никто точно не знает, где он находится и у кого. Это тот ключ, который помог Александру Державину перейти в наш мир. Он ведь исчез вместе с ним. Вдруг Властелины сумеют его отыскать? Так что будьте начеку. – Постараемся, – сказала Катерина. Алекс сунул руку под плащ, коснулся своей раны и приложил окровавленную ладонь к зеркалу. Плоскость стекла тут же дрогнула и пошла рябью.

– Вот так это происходит, – сказал парень. – Из-за этого за нами и охотятся слуги Властелинов. – Прощай, – с грустью произнесла Катерина. Они были знакомы всего несколько часов, но девочка уже чувствовала, что будет сильно скучать по нему. Смелый и решительный, надежный товарищ и как-никак родственник, что тоже немаловажно. Особенно если учесть, что бабушка у нее недавно разбилась, как стеклянная банка, и, кроме Аглаи, у Катерины больше никого не осталось. – Не говори «прощай», – взглянул на нее Алекс. – Говори «до встречи». Именно так принято у друзей!

– До встречи! – в один голос сказали Катерина, Наташа и Игорь. Вокруг снова разлился мелодичный хрустальный звон. Зеркальная поверхность дрогнула, и по ней начали расходиться круги. Рука Алекса провалилась сквозь стекло, а затем, сделав шаг, он вошел в зеркало, словно в дверной проем, и сверкающая плоскость сомкнулась за его спиной. Рядом догорали обломки ящиков. Катерина только теперь ощутила, что в подземелье стоит неимоверная жара, а под потолком висит черный дым. – Нам пора уходить отсюда, – сказала она. – Кто знает, выдержит ли потолок такую температуру! Не хотелось бы, чтобы он рухнул нам на голову.

Игорь и Наташа испуганно огляделись. А затем все трое побежали к выходу из подвала театра. Ребята обошли неподвижную тушу зорга, пересекли несколько залитых водой залов и уже подошли к входной двери, когда им навстречу вдруг шагнуло несколько темных фигур. – Что еще? – испуганно воскликнула Наташа. – Снова доппельгангеры?! Кто-то из вошедших включил фонарик. Катерина сразу же узнала их и замерла. Перед ней стояли Аглая, дядя Прохор и еще несколько человек, хорошо знакомых ей по цирку. Степан, Филимон, факир Илья и даже акробатка Вера! Такие родные, такие любимые лица! Особенно приятно было видеть их после всего, что произошло за последние часы. И все они с удивлением смотрели на юношу и двух девушек, с головы до ног перепачканных кровью, грязью и копотью и падающих с ног от усталости.

Наконец Аглая смущенно откашлялась. – Катерина! – воскликнула она. – Я… Ты… Даже не знаю, что и сказать. – И слава богу, – не сдержалась Катерина. – Объяснить ничего не хочешь? – стараясь казаться спокойной, спросила мачеха. – Если только эти двое выступят в качестве свидетелей, – ответила девочка и положила руки на плечи Игоря и Наташи. Дядя Прохор не выдержал и громко рассмеялся. Вскоре к нему присоединились и все остальные циркачи. Катерина, Игорь и Наташа стояли и улыбались, не в силах произнести ни слова.

Наконец эта ночь, самая безумная и опасная в их жизни, подошла к концу.* * *А затем им пришлось многое объяснять. Но сначала все, кто в ту ночь оказался в подвале театра, сообща тушили разгорающийся пожар в дальнем зале подземелья. Огонь заливали грязной водой, которую черпали прямо с пола, засыпали песком, правда, чуть позже Прохор притащил откуда-то пару огнетушителей. В итоге, они даже обошлись без помощи пожарных. – Это же надо устроить тут такое! – возмущалась Аглая. – Чем вы думали вообще! Вы же могли погибнуть!

– Это не мы подожгли ящики, – оправдывался Игорь. – А кто же тогда? – Аглаечка, милая, – сказала Катерина, – ты же у меня самая умная и понимающая… – Лесть тебе не поможет! – возразила Аглая. – Объясни все толком. – Пожар – это еще цветочки! Сейчас я расскажу тебе самое интересное! – Не возражаешь, если я присяду? А то чувствую, сейчас это «самое интересное» доведет меня до инфаркта! Аглая огляделась в поисках подходящего ящика и тут увидела распростертую неподалеку тушу зорга. Она издала такой вопль, что все циркачи едва не оглохли. Прохору и Катерине с трудом удалось ее успокоить.

Позже Аглая и Прохор, отправив своих друзей в гостиницу, поднялись с ребятами в развороченный директорский кабинет, и Катерина с помощью Игоря и Наташи рассказала обо всем, что произошло за последние два дня. Аглая поначалу не верила ни одному слову Катерины. Да и кто бы поверил? Она решила, что у девочки слишком сильно разыгралась фантазия. Но мертвая гигантская собака ужасающего вида, зеркальная машина в подвале, стеклянная коса, торчащая из кирпичной стены, беспорядок в кабинете и зрительном зале, разбитое окно, наконец, – все подтверждало рассказ ребят. Пришлось ей поверить.

Вскоре Игорь и Наташа отправились домой, а Прохор отвез Аглаю с Катериной в особняк Державиных, где на лестнице все еще валялось черное платье Евдокии, усыпанное осколками, а также небольшой кусок от ее стеклянного лица, перекошенного от злости. Аглая снова перепугалась до полусмерти, но зато окончательно поверила в историю, рассказанную Катериной. Прохор позвонил в полицию и заявил о мертвой собаке, обнаруженной в подвале театра. Как ни странно, ему сразу поверили. Ведь в дежурную часть той ночью поступило много звонков от тех, кого Багратион едва не растоптал во время погони по улицам города.

– А если они обнаружат машину? – испугалась Катерина. – И что с того? – улыбнулся Прохор. – Скажем им, что это какой-то старый реквизит твоего отца-фокусника. Они ничего не заподозрят. С этим Катерина согласилась. Без ключа машина Калиостро – это лишь нагромождение причудливых зеркал. Матвей очнулся только под утро. У него сильно кружилась голова, но в остальном парень не пострадал. Прохор сварил всем крепкий черный кофе, и они, собравшись в гостиной, уселись на диване.

– Как же мы объясним соседям исчезновение старухи? – все переживала Аглая. – Скажем, что уехала за границу, – предложила Катерина. – Отправилась к дальним родственникам. – Похоже, придется так и сделать. – Аглая взглянула на Катерину. – Сколько же ты, бедняжка, пережила за эту ночь! Сама бы я точно сошла с ума от страха! – А как вы оказались в театре? – поинтересовалась девочка. – Матвей сказал, что вы все отправились в ресторан. – Мы и были в ресторане, – ответил Прохор, – но затем нас оттуда выставили. Не всем посетителям пришлось по вкусу, что рядом с ними отмечает встречу бывшая труппа циркачей! – Он усмехнулся. – Слишком мы шумные. Вот Аглая и предложила показать нам «Иллюзион». У твоей мачехи возникла интересная идея, что с ним делать.

– Вообще-то об этом мы додумались сообща, – поправила его Аглая. – Что за идея? – навострила уши Катерина. – И дядя Прохор, и все наши коллеги по цирку, все мы свободны, никто пока не нашел себе работу. Вот мы и решили вместе отремонтировать здание «Иллюзиона» и давать там представления! Сначала приведем в порядок вестибюль и будем выступать там. Ведь он такой большой и в нем поместится много людей. Заработанные деньги пойдут на ремонт зрительного зала и сцены. А когда-нибудь мы отстроим театр заново, и он снова будет и принимать зрителей!

– Ура! – воскликнула Катерина. Она тут же согласилась, что это замечательная идея. Когда за окном окончательно рассвело, Прохор повез Матвея в гостиницу, в которой они все остановились. Аглая предложила им перебраться в особняк – места всем хватит, а Евдокии теперь не было, – и они с радостью приняли предложение. – Только заберем в отеле вещи, – сказал Прохор. Катерина тоже осталась довольна. Если Матвей будет жить под одной с ней крышей, то и видеться они будут гораздо чаще. А судя по цветущему виду Аглаи, та то же самое думала о Прохоре. Катерина видела, что они любят друг друга, хотя и стараются на людях сдерживать свои чувства.

Когда Прохор и Матвей уехали, Аглая решила просмотреть вещи Евдокии и навести в доме порядок. После ночных событий в особняке царил настоящий бардак. Она хотела отправить Катерину спать, но после выпитого кофе всю усталость с девочки как рукой сняло, и она решила помочь Аглае. За уборкой, совершенно случайно, они обнаружили в шкафу Евдокии потайную дверцу, ведущую в еще одну, скрытую от чужих глаз каморку. Этот особняк оказался прямо-таки напичкан тайниками. В небольшой комнатке без окон находился старинный трельяж из черного дерева. Перед ним стоял стул с высокой спинкой.

– По-видимому, здесь она общалась с Властелинами, – догадалась Катерина. – Пожалуйста! – взмолилась Аглая. – Не говори мне ничего обо всех этих зеркальных делах. Я все еще не знаю, верить мне или нет в эту мистику! – Но ты же видела доказательства! – Видела. Но не верить мне проще, – тихо сказала Аглая. – Иначе слишком о многом придется задуматься… Выдвижные ящики трельяжа оказались забиты драгоценностями. Золото, бриллианты, чего здесь только не было! Похоже, стеклянная старуха не так уж и бедствовала, как всем говорила. Катерина нашла несколько тяжелых шкатулок с необычными монетами. Отлитые из стекла, с вкраплениями золотых частиц, похожих на мелкую стружку. Такими деньгами пользовались в Зерцалии, девочка помнила это по записям в дневнике князя Поплавского.

– Она все время лгала нам, – возмущалась Аглая. – И о своей нищете тоже! Постоянно твердила о своей беспомощности и все ради того, чтобы мы согласились сюда приехать. Вот мегера! – Мне она сказала, что должна была заманить нас в этот город накануне лунного затмения, – пояснила Катерина. – Настоящая Евдокия тоже была не подарок, но теперь мне ее даже жаль, – призналась мачеха. – Никто не заслуживает подобной участи. Закончив с комнатой Евдокии, они принялись наводить порядок в комнате девочки и в потайной кладовке. Разгребая старые завалы всякого хлама, Катерина вдруг обнаружила у самой стены небольшую картину. Она повернула ее к себе и от неожиданности охнула.

Неизвестный художник изобразил прекрасную женщину с длинными темными волосами. Но что самое поразительное – это была та самая незнакомка, которую Катерина видела здесь ночью сидящей в кресле. – Аглая, ты не знаешь, кто это? – спросила Катерина, взяв портрет в руки. Аглая, заметавшая в этот момент зеркальные осколки, подняла голову и тут же нахмурилась. – Не знала, что он сохранился, – тихо произнесла она. – Наверное, это единственное ее изображение… – Ты была с ней знакома?

– Да, но мы плохо знали друг друга. Я и видела-то ее всего несколько раз. – Но кто она? – Это твоя мать, Катерина, Маргарита Державина. Девочка едва не выронила портрет из рук.