Глава седьмая Надежды Наташи

Наташа Назарова вернулась домой поздно. Она часто заходила после уроков в библиотеку, где обычно засиживалась часами, делая домашние задания или читая книжки. Все для того, чтобы как можно меньше времени проводить в квартире с матерью, которая в последнее время стала невыносимой. Игорю проще, он парень. Пришел, бросил сумку в коридоре и заперся в своей комнате. Игорь мать попросту игнорировал, и та весь свой пыл обрушивала на дочь. Она постоянно приходила в ее комнату, за что-то ругала и давала кучу указаний. «Прибери, пропылесось, помой посуду, выбей ковры, ты же знаешь, как много я работаю, и сил на домашние дела у меня не остается!» При этом постоянной работы у матери не было уже года три. Все из-за ее пристрастия к алкоголю. Она то мыла полы в магазине неподалеку, то разносила почту, то подметала улицы, зарабатывая от случая к случаю. На Наташе была вся работа по дому, стирка, готовка, уборка, но мать всегда оставалась недовольной.

– Вы с братом мне на шею сели и ноги свесили! – кричала она, напившись. – Знали бы, как я устала тащить вас обоих! Скорее бы уже школу закончили и пошли работать! Игоря хоть в армию заберут, одним ртом меньше, а вот ты здесь надолго застряла! Родилась бы посимпатичнее, быстрее бы замуж взяли. Да кто на тебя позарится?! Ежедневно выслушивая ее оскорбления, Наташа и сама уже начала считать себя уродиной. Мать то критиковала ее волосы, то ей не нравилось лицо девочки, то ее нескладная фигура.

– На твоем месте я носила бы на голове бумажный пакет! – частенько говаривала она. Именно в такие моменты Наташе хотелось все бросить и сбежать. Уйти, куда глаза глядят, подальше от такой жизни. Но куда она могла податься? До получения аттестата она зависела от матери, так что приходилось сжимать зубы и терпеть. Сидя в тишине районной библиотеки с любовным романом в руках, девочка мечтала о том, что когда-нибудь в ее жизни появится сильный и красивый парень, который влюбится в нее и уведет из дома, где ее так презирают. Тогда вся ее жизнь будто по волшебству переменится. Но прекрасный принц все не появлялся, и каждый день Наташе приходилось возвращаться домой к молчаливому и невозмутимому брату и вечно сердитой, пьяной матери.

Открывая входную дверь, Наташа надеялась, что сегодня мать уже приложилась к бутылке и тихо спит на диване. Она нарочно задержалась сегодня дольше обычного, мечтая хоть один вечер побыть в тишине. Но ее надежды не оправдались. В маленькой кухне работал телевизор, значит, мать еще не спит. Наташа тихонько проскользнула в прихожую и разулась. Из комнаты Игоря громыхала музыка. Тяжелый рок. Он всегда слушал его, когда находился в паршивом расположении духа, а сегодня именно такой день, ведь его при всех отлупила девчонка!

Вообще ситуация была странная. Наташа совершенно не помнила отца, но всегда знала, что в его смерти был виноват фокусник Александр Державин. А теперь дочь этого человека учится в их классе. Немудрено, что Игорь сразу воспринял ее появление в штыки. Но сама Наташа еще не поняла, как ей относиться к новенькой. Александр Державин давно сгинул, так в чем же виновата его дочь? Она тоже выросла без отца, как и они с братом. В чем ее вина? Но если уж брат что-то вбил себе в голову, ничто не сможет убедить его в обратном.

Мать, покачиваясь, вышла в коридор. Услышав ее шаги, Наташа закатила глаза: уже успела напиться! Низкорослая, с редкими обесцвеченными волосами и постоянно опухшим лицом – трудно было поверить, что в молодости она была красивой женщиной. Наташа видела ее фотографии, мать развесила их на стене своей спальни, чтобы помнить дни своей счастливой молодости. Но сейчас в ней невозможно было узнать прежнюю красавицу. Обрюзгшая от постоянного пьянства, женщина куталась в потертый полосатый халат и нетвердой рукой опиралась о стену. Видно, дела совсем плохи.

– Явилась? – громко спросила мать, стараясь перекричать музыку, доносившуюся из комнаты Игоря. – И где же мы шлялись столько времени? – Я была в библиотеке. – Ты ходишь туда каждый день! – Приходится, ведь ты не покупаешь мне книг, а учиться нужно. – Смотри-ка! – язвительно усмехнулась мать. – Ишь, как заговорила! Но помимо учебы у тебя есть и другие дела, которые ты должна делать. Да выруби ты, наконец, свою чертову музыку! – рявкнула вдруг она и пнула ногой дверь в комнату Игоря.

Но тот лишь увеличил громкость. Мать устало вздохнула и покачнулась. По ее щекам потекли крупные слезы. Наташа устало закрыла глаза. Началось второе действие спектакля. Сейчас последует монолог о неблагодарности детей, который она уже знала наизусть. – Я всю жизнь вам посвятила! – заголосила мать. – Недоедала, недопивала! Улицы убирала и подъезды мыла, горбатилась, лишь бы вас на ноги поставить! А что получила взамен? Неблагодарные скоты! Нет чтобы на работу куда-то устроиться, помочь мне на старости лет!

– Тебе всего тридцать пять! – сказала Наташа. – Молодая еще. Хотя мать выглядела на все пятьдесят. Она хотела пройти в свою комнату, но мать схватила ее за руку. – Думаешь, мне легко? – прошипела она. – Терпеть все это! Ты могла бы разносить почту! Хоть какая-то польза была от тебя! – Что?! – возмутилась Наташа. – Да ведь вся квартира на мне… И это я не приношу пользу?! Я стираю, готовлю, убираю за вами… А ты… Только пьешь! Мать размахнулась, чтобы отвесить ей пощечину, но Наташа увернулась, и та едва не растянулась на полу.

– Нахалка! – крикнула мать. – Да как ты смеешь?! Лучше бы вы исчезли вместе со своим папашей! Жаль, что в тот день он не взял вас с собой! Наташа убежала к себе и захлопнула дверь. Мать нетвердой походкой двинулась за ней, но на этот случай Наташа давно прикрутила к двери шпингалет. Она закрылась изнутри и, заливаясь слезами, бросилась на узкую кровать. Отец пропал без вести десять лет назад, и все эти годы мать считала, что он бросил ее ради другой женщины. Полиция несколько месяцев проводила расследование, однако обстоятельства исчезновения Николая Назарова до сих пор так и не прояснились. Тело не нашли, хотя он исчез на глазах почти трех сотен свидетелей.

Следователи терялись в догадках. Но мать имела свое мнение на этот счет. – Он подло сбежал, оставив меня с двумя детьми! – твердила она. – Полюбил другую, стройную и красивую! Я-то теперь уродина, ведь беременность испортила мне фигуру! А виноваты во всем вы! – при этом она тыкала пальцем в Игоря или Наташу. – Какая же я была глупая, что решила завести детей! Моей талии завидовали манекенщицы, а теперь я похожа на расплывшуюся корову! Во всех своих бедах она винила детей. Игорь давно привык и просто не обращал на выступления матери внимания, но Наташа частенько засыпала на мокрой от слез подушке. И проклинала свою судьбу.

Мать снова принялась стучать в дверь ее комнаты, выкрикивая ругательства. Она то угрожала, то просила впустить ее, то принималась браниться, не стесняясь в выражениях. Наташа схватила две подушки и прижала их к ушам. Сколько еще ей жить в этом аду? Мать ударила дверь так, что шпингалет чуть было не оторвался. Наташа закрепила его, как сумела, и держался он не очень-то надежно. Удар задвижка выдержала, а вот небольшое зеркало в деревянной раме на двери съехало на самый конец гвоздя, на котором висело, какое-то мгновение будто бы пребывало в размышлении, а потом с грохотом упало. Наташа, спрыгнув с кровати, успела подхватить его почти у самого пола. Не хватало еще, чтобы оно разбилось. Тогда несчастья, преследующие ее, вообще никогда не закончатся.

Она прислонила зеркало к стене и взглянула на свое отражение. Растрепанные волосы, покрасневшие от слез глаза. Жалкий вид. Хорошо, что ее сейчас никто не видит. – Впусти меня, деточка! – голосила мать. – Я исправлюсь, вот увидишь! Наташа слышала это всю свою жизнь и давно перестала верить пустым обещаниям. В этот момент в квартире раздалась звонкая трель. Кто-то с силой нажимал на кнопку дверного звонка. Мать, видно, сразу направилась к входной двери. – Кого там еще принесло? – недовольно спросила она.

Может, кто-то из ее собутыльников? Наташа всегда выгоняла их, но они все равно приходили. Приятели матери, выглядевшие так, что любой нормальный человек и на порог бы их не пустил, отличались наглостью и бесцеремонностью. Но сейчас это был кто-то другой. Наташа прильнула ухом к двери и услышала, как мать испуганно охнула, открыв входную дверь. – Вы Татьяна Назарова? – осведомился незнакомый мужской голос. – Следователь Чехлыстов. Наташа вытерла слезы и поправила волосы.

К ним пришел следователь! Нужно выйти. Мать в таком состоянии, что просто не поймет, о чем он ей говорит. Наверное, стряслось что-то серьезное. Ограбили соседей или дружки матери что-то натворили. Наташа еще раз взглянула на себя в зеркало и провела по лицу рукой, отбрасывая волосы. Странно, но ей вдруг показалось, что ее рука в зеркале движется как-то заторможенно. Она отодвинулась в сторону, ее зеркальный двойник повторил движение, но с еле уловимой задержкой. Наташа зажмурилась, затем резко открыла глаза. Теперь все было нормально.

Что только не померещится от расстройства! Девочка отперла дверь и вышла из комнаты. В их тесной прихожей стоял молодой мужчина в коротком кожаном плаще. Он что-то вполголоса говорил матери. Та, привалившись плечом к стене, слушала его с непонимающим видом. Наташа толкнула дверь в комнату Игоря. Брат лежал на тахте, положив длинные ноги на подлокотник, и смотрел в потолок. Наташа поманила его пальцем. Игорь тут же вырубил музыку и вскочил на ноги. Брат и сестра вышли в коридор к следователю.

– Что-то случилось? – встревоженно спросил Игорь. – Наконец хоть кто-то адекватный, – с облегчением сказал следователь. – Я пришел сообщить, что сегодня было обнаружено тело Николая Назарова. Вашего отца, как я понимаю? Наташа, не веря своим ушам, испуганно на него уставилась. Игорь нахмурился. Мать с отсутствующим видом смотрела то на следователя, то на детей. – Что происходит? – заплетающимся языком спросила она. – Вы нашли его, – тихо произнес Игорь. – Где?

– В подвале театра «Иллюзион», – ответил следователь. – В заведении Державиных? – побледнев, проговорил парень. – Он… находился там все эти годы? – Это и есть самое странное. По всем признакам, ваш отец погиб всего несколько дней назад. Игорь открыл было рот, но так ничего и не сказал. – Его убили? – спросила Наташа. Следователь кивнул. – Странным ножом со стеклянным изогнутым лезвием. Тело нашли случайно, нынешние владельцы здания наткнулись на него, когда показывали театр покупателю. Рядом с ним валялись какие-то мелкие осколки. Похоже на хрустальную статуэтку. В подвале очень сыро, весь пол залит водой из проржавевших труб, поэтому никаких следов мы пока не обнаружили. Неизвестно, как он вообще туда попал. И что там делал. Мы опознали его по старым отпечаткам пальцев. Когда ваша мама, – он осуждающе взглянул на мать, – придет в себя, пусть свяжется с нами.

– Хорошо, – кивнул Игорь. Следователь попрощался и ушел, оставив бумажку с номером телефона. Проводив его тупым немигающим взглядом, мать повернулась к Наташе. – Чего ему было надо? – спросила она. Игорь и Наташа переглянулись. Похоже, ее совсем развезло, раз она уже ничего не соображает. Вдвоем они отвели мать в гостиную и уложили на продавленный диван. Наташа накрыла ее пледом, и та тут же отключилась. Брат и сестра вошли в тесную кухню и молча уставились друг на друга.

– Так что теперь? – чуть слышно спросила Наташа. – Завтра с утра расскажем матери. Пока она не успела наклюкаться. Пусть позвонит в прокуратуру и узнает все подробнее. – Оказывается, отец был жив все это время, – сказала потрясенная девочка. – Значит, Державин не убивал его. Возможно, мать не лгала нам все эти годы? Может, он действительно просто сбежал от нее? Игорь мрачно усмехнулся. – От такой и я бы сбежал. Только вот куда? Наташа только сейчас поняла, что не одна она постоянно думает о побеге из дома. Ее брат мечтает о том же, хоть и хранит все в себе.

Они сели за стол и снова замолчали.