26 часть

Лиса согласилась. Да и глупо было отказываться. Она поверила, что на этот раз Чонгук не играет, что его намерения серьезны. Он самолично отвезет ее к Волкам Дальнего Холма. Возможно, это единственный шанс Лисы попасть в родную стаю. Ведь она не знала, как добраться до сородичей. Один раз отважилась на самостоятельное путешествие — впечатлений хватит на всю жизнь.Чонгук, получив согласие, ушел. И Лиса сразу почувствовала себя одиноко. Глупое сердце не желало успокаиваться! Тем более после такого признания.То, что Чонгук ее ревнует, для Лисы не оказалось новостью. Но то, как он говорил, с какой интонацией, заставило сердце замирать от надежды. Может быть, не все потеряно? Может, он сумеет перебороть себя и отказаться от глупой мести? К тому же Чонгук сказал, что больше не желает причинять ей боль. Хотя… Чего не скажешь под воздействием стресса!Лиса незаметно провалилась в глубокий сон и проснулась поздней ночью. Ее точно что-то разбудило. Луна — покровительница оборотней, именно она считалась их прародительницей и толкала на безумные поступки. Кстати, о безумствах…Лиса втянула воздух, стремясь определить, дома Чон или же отправился на ночную прогулку. Помучившись с минуту, поняла, что ничего не выходит. Дом пропитан его запахом, и из комнаты невозможно определить наибольшую концентрацию. Поморщившись, Лиса встала с кровати и подошла к окну.В душе неприятно заныло. Лиса отчетливо представила, как Чонгук снова перекидывается в большого черного волка с изумительно гладкой шерстью, до которой безумно хотелось дотронуться. Как, отыскав карими глазами самую красивую самку, он устремляется в погоню. Волчица же, повизгивая от восторга и прижимая уши, убегает в глубь леса, зная, что от альфы уйти невозможно.Ревность пронзила все тело, заставив испытывать едва ли не физическую боль. Если Чонгук вернется, а она почувствует на его коже запах другой волчицы, то ни за что больше не подпустит к себе! Пусть ублажает других наивных дурочек и рассказывает, как страстно их хочет! Она ни за что не простит измены!Досадливый внутренний голос напомнил, что их не связывают такие отношения, чтобы говорить об измене. Между ними только секс и прошлое родителей. Лиса прикрыла глаза. Ну и что, пусть даже нет отношений?! Пусть Чонгук и не признал ее парой, ничего не говорил о чувствах, но она не собиралась его делить с другой женщиной! Ему придется сделать выбор! Точка!Пока Лиса размышляла, снедаемая муками ревности, во дворе появился волк. Чонгук. Он вернулся. Лиса замерла, вцепившись пальцами в подоконник.Оборотень поднял морду к небу и тоскливо завыл, отчего волчица внутри затрепетала от нестерпимой тяги к своей паре. Она забилась, желая вырваться на свободу, но из-за ранения перекидывание сейчас могло навредить. Лиса сдержала бурую. Зато у нее появилась возможность определить, был ли Чонгук с кем-то в эту ночь.Она снова втянула воздух — в сознание проник терпкий, чуть горьковатый запах самого желанного мужчины на свете. Чонгук ни к кому не прикасался. Да и, если подумать логически, Чон вернулся домой рано. Часы на стене показывали начало второго. Он встретился со стаей, пожелал удачной охоты или веселой пробежки и вернулся домой.Ему необходимо было находиться рядом с девушкой. Волк тоже рвался в шале. Там находилась маленькая бурая, в которую сегодня осмелились выстрелить люди! При одном воспоминании об оружии, направленном на нее, в волке поднималась ярость, и он требовал крови! Никто не смеет трогать его волчицу! Никто!Волк, почувствовав на себе взгляд, повернул морду к дому. И уже через мгновение на кафеле в полусогнутом положении стоял обнаженный Чонгук. Медленно разогнулся, не поворачивая головы.Он смотрел на окно Лисы, и ей невольно вспомнилась первая ночь в его доме. Господи, прошло всего несколько дней, а ей кажется, что вечность! И вот она снова наблюдает за Чоном…Казалось бы, нет ничего проще, чем снова спуститься и оказаться в его объятиях… Лиса сильнее вцепилась в подоконник. Нет, больше никаких первых шагов с ее стороны! Достаточно. Она сильно заблуждалась, решив, что сможет наслаждаться страстью Чона, а потом спокойно сбежать от него, вычеркнув из жизни. Кого она пыталась обмануть? Он уже стал частью нее, запал в самую душу!И сейчас, когда Чонгук предложил съездить в стаю Волков Дальнего Холма, она должна перебороть себя и воспринимать его только как человека, с которым нечаянно свела судьба и с которым дальше не по пути.Лиса медленно отвернулась от окна, не придав значения тому, что карие глаза мужчины наполнились болью.Утром от боли в боку не осталось и следа. Лиса приняла душ и, испытывая физический подъем, спустилась вниз. Чона, как всегда, обнаружила на кухне пьющим кофе. Увидев ее, он отложил просматриваемые бумаги и поздоровался:— Привет.Почему ей показалось, что в его голосе слышится упрек?— Привет.— Как самочувствие?— Все чудесным образом зажило, — улыбнулась Лиса.— Это хорошо.Сегодня Чон был лаконичен.— Ты уже позавтракал?— Нет. Сегодня ограничусь кофе.— Чонгук, я могу приготовить…Он одарил ее колючим и нервным взглядом.— Приготовь себе. Я не хочу.Не обращая внимания на его недовольный вид, Лиса подошла к холодильнику и принялась доставать из него замороженные продукты.— Лиса… — Теперь в его голосе слышалось предупреждение.Она пожала плечами и с беззаботным видом заметила:— Если ты не хочешь есть, это не значит, что я тоже.И она стала обжаривать тонкие куски мясных вырезок.— Хочешь сказать, что всегда завтракаешь жареным мясом? — фыркнул Чонгук, скрещивая руки на груди.— Ага, бывает иногда. А еще у меня иногда возникают мысли, что мужчины должны завтракать плотно, — заметила Лиса, ловко переворачивая мясо. — Нет, я не настаиваю, просто пожарю мясо. Решать тебе.И Чонгук решил. Хмыкнув и покачав головой, взял первый кусок мяса, который она положила на тарелку и поставила перед ним. За первым пошел второй и третий. Лиса, пряча довольную улыбку, дожарила мясо и приготовила еще кофе.— Все-таки накормила меня? — смягчившись, спросил Чонгук, и она невольно залюбовалась мягким блеском в его карих глазах.— Наверное, да. — Села напротив и сделала себе бутерброд. — Мне несложно, а тебе полезно.— Знаешь, а мне понравилось.— Вот видишь, как хорошо. — Она улыбнулась.— У тебя сегодня хорошее настроение.Лиса пожала плечами:— Обычное.— Довольна, что поедешь к родне?— Да, — не стала лукавить.— Как я и говорил, отвезу тебя сам. — В голосе альфы послышались металлические нотки, точно он заранее готовился к тому, что Лиса запротестует.— Чонгук, я не против.— А ты не думала о том, как твои родные отреагируют на то, что мы вместе?— А мы вместе? — Вопрос сам сорвался с языка.— Ты мне нужна! Я хочу тебя! Значит, мы вместе! — сквозь сжатые губы выдавил Чон и весь подобрался.Как ни странно, Лису не разозлил ответ. Она спокойно допила кофе и поставила чашку на стол.— Что я могу сказать? Вместе так вместе. Только интересно, что будет, когда ты перестанешь меня хотеть?— Женщина, вот скажи, ты специально провоцируешь?— Я тебя провоцирую?— Да, черт возьми! — Чонгук подался вперед и поймал одну руку Лисы, ощутимо сжал. — Ты моя! Я думал, что вчера достаточно ясно выразился!Она хотела выдернуть руку, но передумала. Ей нравилось ощущать тепло, исходящее от большой ладони мужчины.— Кстати, про вчера… — Лиса не стала развивать тему с опасным словом «моя». — Я видела, что ты вчера рано вернулся.Губы Чона растянулись в чувственной улыбке.— Лиса, у тебя не хватает духу спросить: бегал ли я ночью со стаей? — едва ли не промурлыкал он и указательным пальцем принялся поглаживать захваченную в плен руку.— Не то чтобы духу не хватает… Мне бы не хотелось вторгаться на твою приватную территорию.— Лиса, ты сейчас себя слышишь? Какая, к черту, приватная территория? Ты где это словосочетание услышала? Нет, мне очень даже понравилось, что ты ревнуешь и тебя волнует, не был ли я вчера с другой самкой!— И?.. — Лиса замерла.— Что «и»?На этом терпение закончилось, и она резко выдернула руку.— Ты спрашивал о моем настроении? Так вот… С утра было отличным, но теперь портится в геометрической прогрессии и… Ой!Когда Чонгук успел вскочить со стула и оказаться рядом, Лиса не поняла. Лишь почувствовала, как сильные руки заключают в крепкие объятия, а губы скользят по коже.— Лиса, Лиса… До сих пор не могу привыкнуть, что ты выросла среди людей! Любая другая волчица давно бы потребовала объяснений! Более того, ты с легкостью могла бы понять, что на мне нет чужого запаха!— Ага, потребуешь от тебя объяснений, — пробормотала, чувствуя, как кожа горит от его поцелуев. Невольно выгнулась, стараясь оказаться как можно ближе к мужчине. — Ты только и делаешь, что кричишь и рычишь на меня! И разговоры о мести…Чонгук глухо застонал и отпустил Лису. Его глаза, потемневшие от вспыхнувшего желания, пытливо смотрели на нее.— Не будем об этом. Не сейчас.— Как скажешь, — согласилась Лиса, хотя так и подмывало спросить: «Почему не сейчас? Что изменилось после вчерашнего происшествия в лесу?» А то, что Чонгук изменился, не вызывало сомнений.— Так будет лучше. Ты готова сегодня отправиться в свою стаю?— Конечно! — радостно воскликнула она. — А сколько мы пробудем в пути?— Пару часов.— Пару часов? — с удивлением переспросила Лиса. — Так получается, моя стая где-то в ста пятидесяти километрах отсюда?Чонгук покачал головой.— Нет. Пара часов на самолете. Как ты относишься к воздушному транспорту?— О! Никак! Я никогда не летала, — призналась Лиса.— Вот и пришел твой первый звездный час. Надеюсь, не испугаешься?Лиса хотела сказать, что не испугается, потому что он будет рядом, но вовремя прикусила язык.— Думаю, нет.— Отлично. Тогда собирайся.— Чонгук, может, вернешь мне мобильный?Мужчина призадумался, потом кивнул.— Верну. В самолете.— Чонгук, — снова обратилась к нему девушка.— Что, Лиса?— А твоя стая такая богатая, что вы можете себе позволить частный самолет?Он рассмеялся:— Было бы неплохо! Нет, самолет мы купили в складчину еще с двумя альфами. Один я пока такую роскошь не потяну.— Сколько у меня времени на сборы?— Чем быстрее, тем лучше.— Понятно. Через час буду готова.— Женщины не могут так быстро одеваться, — скептически заметил Чонгук, скрещивая руки на груди и прислоняясь спиной к стене.— Не с теми женщинами общался, альфа, — бросила Лиса и, не дожидаясь ответа, вышла из кухни.Уже за дверью услышала его приглушенный голос:— Это я уже понял…Соня собралась меньше чем за час. Большинство вещей по-прежнему находились в дорожной сумке. Туда же она положила купленное Чоном нижнее белье. Вдруг пригодится?Волчица тоскливо завыла. Полнолуние действовало на нее и днем, и она тосковала по своему черному зверю. Почему человек вчера не спустился? Почему сегодня не позволил себя поласкать? Игриво бы потерлась ножкой о мужское бедро, и все — получилось бы потрясающее утро с невероятным сексом. А сейчас что? Обе изнывали от желания почувствовать Чона.Лиса прикусила нижнюю губу. Да, вот и вернулось томление. В голову лезут невероятные мысли. В чем-то она согласилась с волчицей — Чона соблазнить было бы несложно. Но с другой стороны — даже очень сложно. Глупая влюбленность требовала ответных чувств. Лиса не хотела больше животного секса. Не хотела идти на поводу у инстинктов. Вчера, когда Чонгук рухнул на колени перед кроватью, сердце сжалось в груди, и она отчетливо поняла, что так, как прежде, не будет!Так, стоп! Никаких пессимистических мыслей! Никаких! Они летят в стаю Волков Дальнего Холма, а это уже прогресс!Чонгук демонстративно посмотрел на часы при виде нее.— И правда, собралась за сорок… три минуты! Браво!— А ты сомневался?— Мало ли…Он взял ее дорожную сумку и нахмурился.— Ты собрала все свои вещи?Лиса заметила, как напряглось его крупное тело, и сама невольно сделала то же самое.— Да, — ответила и замерла в ожидании вспышки гнева или приказа немедленно перебрать вещи и взять лишь самое необходимое.— Не думаешь, что вернешься в мой дом? — По поводу вспышки гнева не ошиблась. Чонгук шумно задышал, его грудная клетка яростно поднималась и опускалась. Лиса заметила, что мужчина побледнел, и поняла, что он пытается сдержать волка.— Чонгук, я пока ничего не думаю. Пожалуйста, давай не будем снова ругаться. Я не хочу, устала от постоянных пререканий. Если хочешь, я при тебе, прямо здесь, переберу сумку и возьму лишь белье, пижаму и средства личной гигиены!— Не надо, — с раздражением сказал мужчина. — Ты права, хватит перепалок! Пойдем, нас уже ждут.Сначала они ехали в машине. Угрюмый Чон вел, не пытаясь заговорить с Лисой. Она сидела рядом и тоже молчала. Как ни странно, тишина не напрягала, наоборот, способствовала тому, чтобы расслабиться. Лиса изредка бросала на альфу взгляды и прятала улыбку. Ее почему-то забавляло его серьезное, сосредоточенное, чуть сердитое лицо.На частный аэродром прибыли через полчаса. Их там ждали. Как только внедорожник Чона остановился у небольшого ангара, из подсобки выскочил коренастый мужчина в форме пилота.— Чон Чонгук, доброе утро.— Доброе утро, Юнги. Все хорошо?— Да, конечно. Самолет готов к вылету.— Отлично. Лиса, познакомься, наш пилот Мин Юнги. Юнги, это Лиса.— Рад познакомиться, Лиса. — Юнги дружелюбно улыбнулся и протянул руку. И снова, как пару дней назад при знакомстве с Хосоком, Чонгук оказался между Лисой и мужчиной. Он как бы невзначай закрыл ее от Юнги. Тот сразу же понял расстановку сил и, кивнув, сделал шаг назад.— Чонгук? — Лиса нахмурилась.— Мы вылетаем, — бросил Чон пилоту и, сжав ее руку, едва ли не потащил к самолету.— Чон, ты что творишь? — прошипела она, спотыкаясь и едва успевая за ним. — Отпусти меня! Ты ведешь себя как дикарь!— Мне плевать!— А мне нет! Что подумает обо мне Мин Юнги?— А тебе не все равно?— Нет!— Лиса! Черт возьми! Ничего дурного не подумает! Он такой же мужчина, как и я! А значит, собственник! И он почувствовал исходящие от меня волны ревности! Ревную я тебя, что тут непонятного? Мы же обсуждали эту тему! Мне претит сама мысль, что к тебе может прикоснуться другой мужчина! Звучит абсурдно? Повторяю — мне плевать! Пока я нахожусь рядом с тобой, ни один мужчина и пальцем до тебя не дотронется! Я не позволю!— Но…— Лиса, никаких но! — прервал он и подтолкнул за ягодицы в направлении трапа. — Давай, поднимайся в самолет! И больше не затрагивай эту тему! Иначе я буду вынужден уединиться с тобой, чтобы все приближающиеся к тебе оборотни чувствовали мой запах! Запах чего именно, надеюсь, уточнять не надо?Лисс вспыхнула, открыла рот, чтобы высказать все, что думает по поводу варварского обращения Чона, но в последний момент передумала. А по трапу поднималась, пряча довольную улыбку.Взлетели они минут через десять. Чонгук, опустившись в соседнее с Лисой кресло, спросил:— Страшно?— Пока нет.— Может, поспишь? Во сне перелет переносится легче.Лиса покачала головой.— И пропустить прекрасный вид с высоты птичьего полета? Чонгук, когда еще у меня появится возможность полетать?— Если будет страшно, скажешь. Постараюсь что-нибудь придумать, — он накрыл ладонью ее немного вспотевшую ладошку.— Все-таки затащишь в подсобку? — усмехнулась Лиса, но, заметив, как глаза мужчины затянула страстная поволока, прикусила язычок. — Чонгук, я пошутила! Честно, пошутила!— Женщина, мне нравится ход твоих мыслей!— Чонгук, не смей!..— Лиса, сколько раз говорить, чтобы не говорила мне «не смей»! Ты бросаешь вызов альфе! И я не могу его не принять!В его интонации не было угрозы, напротив, она стала бархатистой, многообещающей. По коже Лисы побежали мурашки. Воображение услужливо нарисовало картину, где они с альфой уединяются в тесной подсобке. Как он проводит сильными руками по ее бедрам, спине. Добирается до позвоночника и легким нажимом заставляет согнуться, выпятив ягодицы, предоставив их в его полное распоряжение. А потом его руки быстро вскидывают край платья кверху, обнажая бедра и персиковое нижнее белье, выбранное им же.Ноздри Чона затрепетали, ладонь сжалась ощутимее.— Моя маленькая волчица, о чем ты думаешь, позволь-ка узнать?— Ни о чем, — фыркнула Лиса, чувствуя, как покрывается красными пятнами.— Ни о чем, говоришь? — Чонгук склонился к ней и хрипло прошептал: — Тогда почему я чувствую запах твоего возбуждения?Лиса задохнулась и прикусила нижнюю губу.— Чонгук, я…— Скажи, а на тебе белье, которое купил я?Лиса вздрогнула и, бросив на него беглый взгляд, повернула голову к иллюминатору. Он что, прочитал ее мысли? Не успела она ответить, как услышала шепот уже рядом с ухом:— Лиса, ты так очаровательно смущаешься! Моя волчица, я же знаю тебя… Я пробовал тебя на вкус… Знаю, как ты выглядишь, когда тебя накрывает оргазм! Покажи, что ты выбрала сегодня утром? Я хочу увидеть!— Нет, — прошептала Лиса, чувствуя, как тугой узел привычным образом закручивается внизу живота, посылая огненные импульсы в промежность. Лисе перестало хватать воздуха, и эта нехватка никоим образом не была связана с тем, что самолет начал движение.— Почему? — Вторая ладонь мужчины скользнула на колено и принялась поглаживать круговыми движениями, не пытаясь подняться к бедрам. Длинные пальцы лишь чуть-чуть задевали край платья, ввергая Лису в пучину чувственного соблазна.— Потому что…— Лиса... это не ответ! — Чонгук продолжал говорить голосом искусителя. — Я только взгляну. Одним глазком. Разочек. Не представляешь, как мне хочется знать, какие именно трусики прикрывают твое лоно! Беленькие? Черные? Или…— Персиковые! — выдохнула она и застонала, поняв, что поддалась на провокацию.— Персиковые? М-м-м… Знаешь, когда я увидел эти веревочки с кружевом… Говорю так, потому что у нормального мужика то безобразие, что вы, женщины, носите, язык не повернется назвать трусиками… Тогда я сразу вспомнил, как ласкал тебя языком на кухонном столе! И твой сок мне напомнил сок персика!— Чонгук, замолчи! — с придыханием выпалила Лиса. — Я тебя прошу — замолчи!— Замолчу, если покажешь трусики! — хитро заметил мужчина с дьявольским блеском в глазах.— Ты ведь не отстанешь?— А ты как думаешь?Лиса, зажмурившись, убрала его руку с колена и быстрым движением подняла платье едва ли не до живота. Из груди мужчины с шумом вырвался воздух.— Ты чертовка! Если бы я не знал, что ты от природы стеснительна, подумал бы, что намеренно меня соблазняешь! И стоит заметить, соблазняешь очень искусно! Лиса, ты даже не представляешь, чего мне стоит сейчас сдержаться и не зарыться лицом в твою киску!— Чонгук! Ты обещал замолчать! — вскрикнула Лиса, одергивая платье и стараясь не обращать внимания на многообещающий шепот мужчины.Чонгук глухо засмеялся и откинулся на спинку сиденья.— Как скажешь, моя маленькая волчица. Но если вдруг передумаешь…— Нет!— Не стоит делать поспешных заявлений!— Чонгук, да прекратишь ты или нет?— Лиса, скажи честно, ты сейчас пытаешься противостоять мне или себе?Лиса сжала губы и снова отвернулась к иллюминатору. Ее сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Чонгук изменил тактику: теперь он не набрасывался с жаркими объятиями, а провоцировал словами, обещая сладкие прикосновения, пробуждая чувствительность, заставляя изнывать от желания. Она заметила, что он перестал к ней прикасаться. Легкие поглаживания не в счет. Чонгук точно взял тайм-аут, давая ей возможность самой решать, будет ли у них сексуальная связь.