Глава 14. Назад дороги не вернуть

— Чёрт... Почему я на полу?.. Почему так болит голова?.. — хрипло пробормотала она, прикрыв глаза. — Ничего не помню... Что вчера было?..

Аида лежала на холодном полу своей комнаты, не в силах сразу осознать, как сюда попала. Воспоминания путались, расплывались в тумане. Она помнила только, как отдала ему бутылку... А дальше провал. Голова гудела, пульсировала от боли, а во рту стоял неприятный привкус пересохшего горла.

Взгляд упал на электронные часы. Четыре утра. В комнате было темно, лишь слабый свет из окна пробивался сквозь занавески. Она с трудом поднялась на ноги, покачнулась и, морщась, посмотрела в зеркало.

Волосы торчали во все стороны, спутанные и взъерошенные, словно она провела ночь в буре. «Как у Эйнштейна», — мелькнула дурацкая мысль, но она тут же погасла под тяжестью осознания: что же она успела натворить?

Мозг работал с перебоями, мысли вязли, тело двигалось медленно, словно в замедленной съёмке. На столе валялась пробка от какой-то бутылки... Алкоголь? Она перевела взгляд ниже и заметила бурые потёки на толстовке. Надо бы постирать перед тем, как отдавать.

— Значит, я пила... До беспамятства, — пробормотала она, скривившись.

Чёрные дыры в воспоминаниях пугали. Если она была в таком состоянии, то как добралась домой? Если родители что-то заметили… если они пытались её разбудить и не смогли… Если они сегодня вечером устроят ей разнос?Словно в подтверждение этих мыслей, телефон завибрировал в руке. Сообщения.

Пользователь "Конченый учитель"— Ох, как ты у меня отхватишь сегодня, мало не покажется.— Теперь я хоть знаю, что ты пила.— Аида, с тобой всё хорошо? Я слышал грохот в твоей квартире.— Аида, придёшь в школу, сука, выйдешь так, что мать не узнает.

Сердце сжалось. Данил. Он злился. Даже через текст чувствовалось его раздражение, даже не раздражение... Гнев.

  Она нахмурилась, перечитывая его сообщения. Почему-то её больше беспокоило не то, что он грозился её "не узнать", а то, как она его подписала. "Конченый учитель". Вряд ли бы она сделала это в трезвом уме.

На губах ощущалась странная липкость. Аида провела пальцем по нижней губе и вздрогнула — кровь. Покусана? Чёрт, что вчера происходило? Было бы хорошо вспомнить, прежде чем встретиться с Данилом.

Она машинально проверила пропущенные вызовы. Кристи. Ещё бы — та, наверняка, уже придумала десятки теорий о том, что произошло, и собирается пересказать их всем, кто попадётся под руку. Хорошо ещё, что полицию не вызвала… впрочем, это не в первый раз.

Аида вздохнула и решительно направилась в ванную. Умыться, привести себя в порядок — главное не выглядеть так, будто её избили. Хотя, если Данил исполнит угрозу…Улица. 5 утра.

Родители ещё спали, а ей только того и надо было. Если уйти раньше, не придётся слышать их утренние нравоучения.

На улице было прохладно, солнце только-только пробивалось сквозь серое небо. Она шла быстро, сжимая в кармане купленные по дороге таблетки от тошноты и головной боли. Ещё один день с невкусной едой в столовой она не переживёт.

Возле школы было пустынно. Только пара учителей, приходящих раньше всех, да редкие ученики, торопившиеся на дополнительные занятия. Она присела на скамейку, вытянула ноги. Главное — не заснуть.

  Сквозь сонливость заметила, как к школьному двору подошли Данил и Катюша. Её передёрнуло. Боль в груди ударила с новой силой.

Они шли рядом. Он что-то говорил, а она смеясь, бросала на него кокетливые взгляды. Аида сжала кулаки. Это было противно. То, как легко он двигался дальше, будто ничего не случилось. Но делать нечего. Она поднялась и направилась в школу.На уроке

Она села за парту, натянув капюшон поглубже, закрывая лицо. Не хотелось встречаться с ним взглядами. Не хотелось думать о том, что было вчера.Данил тоже не смотрел на неё. Это было даже к лучшему.Кто-то из одноклассников подначивал её:

— Эй, Аид, а где ты вчера пропадала? Даже не отписалась.

Она проигнорировала, сделав вид, что записывает что-то в тетради.А потом дверь класса открылась, и вошла она.

Катюша.

Она подошла к Данилу, поставила перед ним ланч-бокс, а потом... при всех поцеловала его в щёку. Аида почувствовала, как её выворачивает.

Она с силой вцепилась в край парты, но тошнота подступала слишком быстро. Вскочив, она выбежала из класса, не слушая насмешливые вопросы.

— Что это с ней? — донёсся за спиной голос Катюши.

— Успокойся, нам ещё поговорить нужно, — ровно ответил Данил. — Беги, Катюш, всё хорошо.

Но только кому из нас действительно хорошо?Она заперлась в кабинке туалета, тяжело дыша. Сердце стучало в ушах, горло перехватывало. Боль в груди не уходила.

Они ведь были вместе совсем недолго, верно? Ну и что? Аида всегда быстро привязывалась к людям. Стоило почувствовать с кем-то хорошо, и она уже держалась за это изо всех сил. Но теперь её заменили. И ничего нельзя было сделать.

Оставалось только ждать. Ждать, пока это чувство пройдёт. Ждать, пока всё вернётся на свои места. Ждать...

Но день ещё не закончился.