М. Ю. Лермонтов "Смерть поэта". Часть 36

Отмщенья, государь, отмщенья!Паду к ногам твоим:Будь справедлив и накажи убийцу,Чтоб казнь его в позднейшие векаТвой правый суд потомству возвестила,Чтоб видели злодеи в ней пример.Погиб поэт! — невольник чести —Пал, оклеветанный молвой,С свинцом в груди и жаждой мести,Поникнув гордой головой!..Не вынесла душа поэтаПозора мелочных обид,Восстал он против мнений светаОдин, как прежде... и убит!Убит!.. к чему теперь рыданья,Пустых похвал ненужный хорИ жалкий лепет оправданья?Судьбы свершился приговор!Не вы ль сперва так злобно гналиЕго свободный, смелый дарИ для потехи раздувалиЧуть затаившийся пожар?Что ж? веселитесь... — он мученийПоследних вынести не мог:Угас, как светоч, дивный гений,Увял торжественный венок.Его убийца хладнокровноНавел удар... спасенья нет:Пустое сердце бьется ровно.В руке не дрогнул пистолет,И что за диво?.. издалека,Подобный сотням беглецов,На ловлю счастья и чиновЗаброшен к нам по воле рока;Смеясь, он дерзко презиралЗемли чужой язык и нравы;Не мог щадить он нашей славы;Не мог понять в сей миг кровавый,На что́ он руку поднимал!..И он убит — и взят могилой,Как тот певец, неведомый, но милый,Добыча ревности глухой,Воспетый им с такою чудной силой,Сраженный, как и он, безжалостной рукой.Зачем от мирных нег и дружбы простодушнойВступил он в этот свет, завистливый и душныйДля сердца вольного и пламенных страстей?Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,Зачем поверил он словам и ласкам ложным,Он, с юных лет постигнувший людей?..И прежний сняв венок, — они венец терновый,Увитый лаврами, надели на него:Но иглы тайные суровоЯзвили славное чело;Отравлены его последние мгновеньяКоварным шепотом насмешливых невежд,И умер он — с напрасной жаждой мщенья,С досадой тайною обманутых надежд.Замолкли звуки чудных песен,Не раздаваться им опять:Приют певца угрюм и тесен,И на устах его печать.А вы, надменные потомкиИзвестной подлостью прославленных отцов,Пятою рабскою поправшие обломкиИгрою счастия обиженных родов!Вы, жадною толпой стоящие у трона,Свободы, Гения и Славы палачи!Таитесь вы под сению закона,Пред вами суд и правда — всё молчи!..Но есть и божий суд, наперсники разврата!Есть грозный суд: он ждет;Он не доступен звону злата,И мысли и дела он знает наперед.Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:Оно вам не поможет вновь,И вы не смоете всей вашей черной кровьюПоэта праведную кровь!

29 января 1837 года скончался Пушкин. Известие о его гибели потрясло Лермонтова, и на следующий же день он написал стихотворение «На смерть поэта», а через неделю — заключительные 16 строк этого стихотворения, которое сразу сделало его известным, переписывалось и заучивалось наизусть. Жанр — лирическое стихотворение, соединяющее черты элегии (первая часть) и сатиры (последние 16 строк).

Стихотворение «Смерть поэта» написано под непосредственным впечатлением от смерти Пушкина. Но хотя речь идет о трагической судьбе конкретного человека, Лермонтов трактует происшедшее как проявление вечной борьбы добра, света со злом и жестокостью. Таким образом, судьба Пушкина осмысляется как судьба поэта вообще. Основные темы стихотворения — конфликт поэта и толпы, божественный дар и обреченность на гибель. Стоит обратить внимание на неоднозначность словосочетания «невольник чести». Обычно в связи с ним говорят о биографических подробностях смерти Пушкина, но в лермонтовском понимании, видимо, речь идет не столько о светской чести, сколько о чести поэта, не способного изменить своей правде, своему данному свыше дару.

Композиция. В первой строфе изображен романтический образ Поэта. Ключевое слово второй строфы — «убийца». Его образ совершенно лишен романтической приподнятости. Он не противник, не неприятель, не дуэлянт, он — именно убийца. В связи с этим смерть Поэта мыслится как провидение, как «перст Судьбы»: у убийцы «пустое сердце», он заброшен к нам «по воле рока», это не столько конкретное лицо, сколько исполнитель «приговора судьбы».

Следующая часть стихотворения (23 строки) — элегия, наполненная отсылками к пушкинским произведениям. «Сраженный, как и он, безжалостной рукой» — аналогия с Ленским; «Зачем от мирных нег...» — перекличка с пушкинским «Андреем Шенье». Вторая часть наполнена антитезами, иллюстрирующими невозможность понимания между поэтом и «светом», толпой. В первой части автор взывал к толпе, теперь обращается к поэту. Конец пятой строфы перекликается с первой: «жажда мести» — «жажда мщенья», «оклеветанный молвой» — «коварный шепот насмешливых невежд», «угас светоч» — «приют певца угрюм...».

В заключительной части стихотворения (последние 16 строк) Лермонтов открыто называет истинных виновников гибели Пушкина. Его погубили «надменные потомки известной подлостью прославленных отцов».