Глава 13: Ночь признаний

Первый день пути прошёл спокойно. Дорога шла через холмистую местность, мимо деревушек и полей, готовящихся к зиме. Зойсайт и Нефрит ехали в одной карете, беседуя о всяких пустяках, что хоть ненадолго отвлекало принца от его мрачных мыслей.

— Знаешь, Зойсайт, — сказал Нефрит, когда они остановились на обед у придорожной таверны, — если нас вдруг начнут преследовать люди Верховного Командующего, у нас есть отличное прикрытие.

Зойсайт настороженно поднял глаза от тарелки с горячим супом.

— Какое именно?

Нефрит внимательно посмотрел на него, его взгляд был лишён обычной насмешливости и выражал спокойную уверенность.

— Мы просто едем в мои восточные владения по хозяйственным делам, — тихо объяснил он. — А ты, как мой друг, решил составить мне компанию и немного развеяться перед свадьбой. Вполне невинная прогулка жениха, который хочет последний раз почувствовать свободу холостяка.

Он наклонился ближе, понизив голос.

— По пути мы заедем к губернатору провинции, у меня действительно есть дела по поставкам зерна и скота, это не выдумка. А поскольку мои земли граничат с пограничными территориями, будет вполне естественно посетить местный форт для обсуждения безопасности торговых путей. — Нефрит сделал паузу. — Форт генерала Кунсайта находится в часе езды от губернаторской резиденции, на самой границе. Это даст тебе возможность встретиться с ним под благовидным предлогом.

Сердце Зойсайта пропустило удар. Нефрит не просто помогал ему — он всё продумал до мелочей, создав безупречное алиби.

— Ты... это всё правда? У тебя действительно есть дела с губернатором? — выдохнул принц.

— Конечно. Я не стал бы строить план на лжи, слишком легко проверить, — мягко улыбнулся Нефрит. — Мои управляющие уже несколько месяцев ведут переговоры о новых контрактах. Моё появление будет вполне ожидаемым. А твоё присутствие... ну, кто усомнится, что принц захотел развеяться перед женитьбой?

— Это... действительно продуманно, — голос Зойсайта впервые за долгое время прозвучал с облегчением. — Даже если отец пошлёт за нами погоню, у нас есть вполне правдоподобное объяснение.

— Именно. А если всё же возникнут подозрения, ты всегда можешь сказать, что просто хотел убедиться в надёжности пограничных укреплений перед тем, как стать мужем дочери министра. Забота о безопасности империи, благородный мотив.

Зойсайт кивнул, чувствуя, как с плеч спадает груз тревоги.

— Когда мы доберёмся до форта?

— Если всё пойдёт по плану, послезавтра к вечеру будем у губернатора, а на следующий день посетим форт. Это даст тебе время подготовиться к встрече.

— И время передумать, — добавил Зойсайт тише.

— И это тоже, — согласился Нефрит. — Но по твоим глазам я вижу, ты уже всё решил. Ты должен с ним поговорить, иначе эта неопределённость будет мучить тебя всю жизнь.

Зойсайт молча кивнул. Нефрит был прав, пути назад уже не было.

Ночь они провели в придорожной гостинице. Зойсайт долго не мог уснуть, прокручивая в голове предстоящую встречу. Завтра они достигнут губернаторской резиденции, а послезавтра... послезавтра всё решится.

За окном шумел осенний ветер, и принц впервые за долгие недели не чувствовал себя пленником собственной судьбы. Что бы ни ожидало его в форте генерала Кунсайта, он встретит это лицом к лицу.

***

Второй день принёс резкие перемены. К полудню холмистая равнина постепенно уступила место предгорьям, а к вечеру дорога уже петляла между лесистыми склонами, ведя к горному перевалу. Деревья здесь росли гуще и выше, их кроны смыкались над тропой, превращая путь в зелёный туннель. Туман, утренний и лёгкий, к вечеру сгустился в молочно-белую пелену, видимость ухудшилась до нескольких десятков шагов, а холодный ветер гудел в вершинах сосен, предвещая непогоду. Зойсайт молча смотрел в запотевшее окно кареты, его пальцы нервно барабанили по рукояти шпаги. Тяжёлое предчувствие сжимало ему горло.

Сумерки в горах наступали стремительно. Солнце, спрятавшееся за зубчатыми вершинами, окрасило свинцовые тучи в багровые тона, а длинные тени от вековых деревьев протянулись через дорогу, становясь зловещими и подвижными в колеблющемся свете факелов.

— Не нравится мне эта местность, ваше высочество, — проворчал капитан стражи, подъехав к окну кареты. Его лицо было напряжено, глаза беспокойно бегали по опушке леса. — Слишком много укрытий. Идеальное место для засады. Не прикажете ли ускориться?

Как будто в ответ на его слова, из-за крутого поворота показались следы недавних работ, срубленные деревья лежали поперёк дороги, полностью перегородив проезд. Стволы были ещё свежими, опилки не успели потемнеть. Процессия вынуждена была остановиться. Лошади зафыркали, испуганно пятясь назад.

— Странно, — нахмурился Нефрит, осматривая из кареты завал. — Вчера здесь проезжали купцы, никаких препятствий не было. Капитан стражи спешился и начал осматривать завал, прикидывая, сколько времени потребуется на расчистку. И именно в этот момент лес взорвался криками и звоном металла. Со всех сторон на путешественников обрушились вооружённые люди в тёмных плащах. Атака была молниеносной, хорошо скоординированной, явно спланированная операция, а не стихийное нападение разбойников.

— К оружию! Защищайте кареты! — закричал капитан стражи, но его голос потонул в грохоте начавшейся битвы, в лязге стали и криках.

Зойсайт выхватил свой меч и молниеносно выпрыгнул из кареты. Его разум, секунду назад погружённый в тревожные мысли, теперь работал с холодной ясностью. Он бился молча, с той беспощадной точностью, которую выработали годы тренировок и боевой опыт. Уже успел отбросить одного бандита, пытавшегося заколоть возницу, и парировал удар другого, когда его взгляд упал на Нефрита.

Лорд Датэ, выбравшийся из своего экипажа, отбивался от двух нападавших, используя изящную трость-шпагу. Он фехтовал красиво и смертельно, но противники были тяжелы и действовали слаженно. Один из них, здоровяк с секирой, прорвался сквозь защиту. Нефрит ловко увернулся от сокрушительного удара, но оступился на скользких камнях. Лезвие секиры полоснуло по его плечу, разрезая ткань и оставляя кровавую борозду. Нефрит с подавленным стоном отступил, его лицо исказилось от боли, а свободная рука инстинктивно прижалась к ране.

Тем временем, неподалеку совершая объезд молодой солдат из патрульного дозора услышал доносящиеся из леса приглушённые расстоянием звуки схватки. Развернув коня, он помчался к форту, поднимая тучи пыли. Его конь, загнанный и измученный, едва держался на ногах, когда всадник влетел во двор крепости.

***

В своём кабинете генерал Кунсайт изучал разложенные на столе карты. Последние недели нападения на обозы участились, их дерзость росла, и это не давало ему покоя. Внезапно дверь распахнулась, и влетел запыхавшийся солдат.

— Ваше превосходительство! На старой лесной дороге нападение на знатный кортеж! Силы неравные, нужна помощь!

Лицо Кунсайта стало каменным. Не задавая лишних вопросов, он схватил висевший на стуле плащ и меч.

— Тревога! Первый кавалерийский взвод, ко мне! Немедленно!

Через несколько минут отряд из тридцати всадников во главе с генералом мчался к лесу. Они добрались до места схватки, когда бой был в самом разгаре. Кунсайт врезался в гущу сражения как лавина, его длинный клинок описывал смертоносные дуги. Он работал молча, с пугающей эффективностью. Его появление внесло замешательство в ряды нападавших.

И тогда, в центре хаоса, он увидел его.

Зойсайт отбивался от двух противников. Его лицо было залито потом, плащ разорван, но в глазах горела знакомая Кунсайту ярость, та самая, что он видел на тренировочных площадках, помноженная теперь на отчаяние.Не раздумывая, Кунсайт рванулся вперёд, сокрушительным ударом сбив одного из нападавших на принца. Враги на мгновение отступили, и они остались вдвоём в центре затихающей схватки.

Время замедлилось. Зойсайт, тяжело дыша, поднял взгляд. Встретился глазами с тем, ради кого проделал этот путь. Кунсайт стоял напряжённый, как готовый к прыжку хищник, лицо представляло холодную маску воина. Но в его тёмных глазах Зойсайт увидел мгновенную вспышку шока, узнавания, неподдельной заботы. Эта вспышка тут же сменилась болью и недоверием.

Этот миг длился вечность и оборвался слишком быстро.

Взгляд Зойсайта метнулся к Нефриту, прислонившемуся к колесу кареты, и его лицо исказилось тревогой.

— Нефрит! — его голос прорезал шум затихающего боя.

Он бросился к другу. Нефрит был бледен, его лицо искажала гримаса боли, а рука прижимала к плечу окровавленный платок.

— Нефрит! Ты жив? — Зойсайт опустился перед ним на одно колено, голос сорвался на отчаянный шёпот. Он осторожно коснулся неповреждённого плеча лорда.

Нефрит с усилием приоткрыл глаза, пытаясь сфокусироваться. Он попытался улыбнуться.

— Всего лишь... царапина, ваше высочество, — выдохнул он слабо, но с привычной иронией. — Не беспокойтесь... Моё тщеславие пострадало сильнее.

Волна облегчения накатила на Зойсайта, смешанная с жгучей виной. Нефрит пострадал из-за него, из-за его проблем. Этот человек рисковал ради него жизнью. В порыве благодарности и раскаяния он осторожно помог лорду подняться, поддерживая его.

— Прости меня, — прошептал принц. — Прости, что втянул тебя в это.

Нефрит, ошеломлённый такой искренностью, покачал головой.

— Не вини себя. Я сам выбрал этот путь.

В этот момент Зойсайт спиной почувствовал тяжёлый, пронзительный взгляд. Он медленно обернулся, не отпуская Нефрита.

Кунсайт стоял в нескольких шагах, и казалось, весь мир рушился у него на глазах. Бой вокруг уже стихал, его люди добивали последних сопротивляющихся бандитов, но в душе генерала бушевала собственная, куда более страшная битва. Он видел лишь одно: человек, которого он любил больше жизни, ради которого был готов на все, только что бросился на помощь другому. Он видел его отчаянную, интимную нежность к этому изящному, таинственному лорду. В его тёмных глазах, устремлённых на Зойсайта, читалось леденящее, абсолютное непонимание. Разум пытался шептать, что это могла быть просто благодарность за спасение, шок, но сердце кричало от боли мнимого предательства, от ревности, острой и беспощадной.Боль была настолько острой, физической, что на мгновение затмила всё остальное. Но он был генералом. Он был воином. Он отвечал за жизни своих людей и за порядок.

Не говоря ни слова, резко развернувшись, он сжал зубы и отдал чёткую команду солдатам. Личные чувства должны подождать. Его плащ развевался за ним словно траурное знамя, когда он направился прочь, не оглядываясь.

***

Форт, возвышающийся на скалистом уступе, встретил их суровыми каменными стенами. После стычки на дороге его укрепления показались Зойсайту воплощением безопасности. Ворота с громким скрипом захлопнулись, отсекая враждебный внешний мир.

Генерал Кунсайт, не глядя на Зойсайта, отдал несколько приказов. Раненого Нефрита немедленно окружили заботой, а лучший цирюльник форта перевязал рану лорду. Гостям предоставили апартаменты для высокопоставленных особ.

Не в силах усидеть в чужих покоях, Зойсайт вышел и направился по знакомому коридору. Он остановился у двери, за которой когда-то была его комната. Войдя, обнаружил, что почти ничего не изменилось, лишь  исчезли ю его личные вещи. Та же простая кровать, тот же деревянный стол. Пыль лежала ровным слоем, словно комната пустовала с тех пор, как он её покинул.

Возвращаясь, он услышал тихий стук. На пороге стоял адъютант Кунсайта.

— Его превосходительство приглашает вас отужинать в его личной столовой, — почтительно доложил он.

— Передай генералу, — перебил его Зойсайт, голос его звучал устало, но твёрдо, — что я благодарен за приглашение, но я отказываюсь. Мне необходимо навестить старых друзей в общей столовой.

Адъютант замер на мгновение, смущённый таким прямым отказом, но лишь кивнул и ретировался.Зойсайт закрыл глаза. Перед ним всплывали лица тех, кого он здесь оставил: капитан Маркс, сержант Рокс, сержант Марек, рядовые Томас и Элиас. Сердце сжалось от ностальгии. Здесь он был не принцем, а просто Зойсайтом. Офицером. Товарищем.

Он направился по длинному коридору к знакомой двери. Оттуда доносился гул голосов, звон кружек, смех — знакомая симфония гарнизонной жизни.

Зойсайт толкнул тяжёлую дверь. Гул замер, превратившись в тишину. Кружка выскользнула из рук молодого солдата, с грохотом упав на пол. Сержант Марек вскочил, опрокинув скамью. Десятки глаз уставились на принца.

Первым нарушил оцепенение сержант Марек. Его глаза, круглые от неверия, блестели в свете факелов. Он сделал несколько неуверенных шагов вперёд, затем замер, сжимая и разжимая кулаки, словно не смея поверить в реальность происходящего.— Ваше... высочество? — его обычно твёрдый голос дрожал.

И тогда Зойсайт сам закрыл расстояние между ними. Он не стал ждать церемоний. Он просто шагнул вперёд и крепко, по-братски, обнял ошеломлённого сержанта, похлопав его по спине.

— Марек. Старина. Я скучал.

Этот жест разбил ледяную плотину. Столовая взорвалась гулом голосов. Солдаты окружили принца плотным кольцом. Грубые руки хлопали по плечам, голоса наперебой спрашивали о здоровье, о столице.

— Ваше высочество, а правда, что вы женитесь? — крикнул кто-то.

— Говорят, невеста — красавица! — подхватил другой.

— Наш холостяк сдался! — хохотал капитан Маркс, протискиваясь к Зойсайту и сжимая его руку. — Рассказывай, мальчик!

Зойсайт улыбался, отвечал уклончиво, чувствуя, как на душе становится светлее от искренней радости. Он снова был среди своих.

Именно в этот момент дверь в столовую снова открылась. На пороге возникли две фигуры. Генерал Кунсайт, в своём парадном мундире, с лицом, высеченным изо льда, и лорд Нефрит, сменивший порванный камзол на свежий, тёмно-зелёный. Лорд был бледен, его рука была перебинтована, и он едва заметно прихрамывал, но на его губах играла лёгкая, чуть отстранённая улыбка.

Шум стих. Солдаты вытянулись, отдавая честь. Веселье сменилось почтительной тишиной.

Кунсайт медленно окинул зал взглядом, остановившись на Зойсайте в центре круга товарищей. Взгляд был тяжёлым и нечитаемым.

— Прошу прощения, что прерываю, — произнёс генерал низким голосом. — Лорд Нефрит выразил желание разделить трапезу с гарнизоном. Мы составим вам компанию.

Он сделал шаг вперёд. Его появление было подобно грозовой туче на ясном небе. Радостная атмосфера испарилась, сменившись официальной. Солдаты молча расступились, давая генералу и гостю пройти к офицерскому столу.

Зойсайт почувствовал, как застыла улыбка на лице. Вечер, который начал приносить исцеление, снова оказался отравлен ледяным присутствием человека, разбившего ему сердце. Он видел, как Нефрит, проходя, бросил на него понимающий взгляд.

Ужин продолжился, но уже под незримым, давящим гнётом генеральского молчания.

***

Ночь опустилась на форт тяжёлым покрывалом, укутав каменные стены в безмолвие. В отведённых ему апартаментах Зойсайт ворочался на чуждой постели, не в силах уснуть. Каждый вдох был полон воспоминаний: ярость схватки, ледяная маска на лице Кунсайта, его собственное объятие с Нефритом... и тот взгляд генерала, который жёг душу сильнее любого ранения.

Сердце колотилось от невысказанных слов. Схватив плащ, Зойсайт бесшумно выскользнул в коридор.

Каменные стены давили на него. Он спустился по винтовой лестнице к потайной двери, ведущей во внутренний сад. Пальцы сами нашли знакомую щель под камнем у фундамента, нащупали холодный металл ключа. Ничего не изменилось. Кроме нас.

Дверь отворилась беззвучно, впустив его в царство лунного света и тишины. Ноябрьский холод сделал своё дело. Большинство роз сбросили лепестки, устилали землю траурным ковром. Воздух пах увяданием и прелыми листьями. Лишь несколько стойких бутонов держались на голых стеблях, их головки, покрытые инеем, казались призраками в ночи.

Один цветок, почти чёрный, тёмно-багровый, привлёк его внимание. Зойсайт протянул руку, чтобы коснуться его...

— Я знал, что найду тебя здесь.

Голос прозвучал из тени раскидистой ели. Низкий, усталый, знакомый до боли. Зойсайт вздрогнул, обернувшись.

Из мрака вышел Кунсайт. Он был без мундира, в простой тёмной рубашке, засучённой по локти, и это делало его менее неприступным. Лицо было бледным в лунном свете, а в глазах бушевала та же буря, что и в душе Зойсайта.

— Зачем ты здесь? — Кунсайт сделал шаг вперёд. — Или мне следует спросить иначе: зачем вы здесь, ваше высочество? Разве вы не должны готовиться к свадьбе?

Зойсайт выпрямился во весь рост. Изумрудные глаза сверкнули в темноте.

— Осматриваю свои владения, — ответил он холодно, хотя внутри всё сжималось от боли. — Или вы забыли, генерал, что этот форт, часть империи, а я его принц? Я вправе быть где пожелаю.

Кунсайт сократил расстояние до пары шагов. Теперь Зойсайт чувствовал его тепло, видел каждую напряжённую мышцу, слышал прерывистое дыхание.

— Спрашиваю в последний раз. Без титулов и церемоний. Зачем ты здесь?

Боль кольнула Зойсайта в грудь. Он заставил себя улыбнуться горько.

— А ты? Ты не сказал тогда, зачем явился в столицу. Промчался как призрак, бросил мне ледяные «поздравления» и исчез. Может, сначала ты ответишь? Что это было, Кунсайт? Зачем приезжал? Чтобы терзать меня?

На скулах Кунсайта дрогнули мышцы. На мгновение Зойсайт увидел в его глазах неподдельную муку. Но железная воля вновь затянула ставни.

— Были дела, — сквозь зубы произнёс генерал.

— Дела? — голос Зойсайта сорвался на шёпот. — Дела с лордом Бериллом? Я видел, как он касался тебя! Как ты смотрел на него!

Кунсайт молниеносно закрыл расстояние между ними. Сильные руки вцепились в предплечья Зойсайта, притягивая так близко, что их дыхание смешалось. От генерала пахло ночным воздухом и чем-то неуловимо родным.

— Не смей, — его голос был опасным шёпотом. — Не смей даже думать об этом. Всё, что ты видел...

— Почему? — Зойсайт попытался вырваться, но хватка была стальной. Ярость сменилась детским отчаянием. — Я думал... я был уверен, что мы... — голос сломался, дрожь пробежала по телу. Он сжал кулаки, но первая слеза скатилась по щеке. — Ты разбил мне сердце.

Увидев принца побеждённым, дрожащим в его руках, сломало последние преграды. Суровая маска на лице Кунсайта осыпалась, сменившись болью и нежностью.

— Глупец, — прошептал Кунсайт срывающимся голосом. — Мой мальчик. Мой принц. Моя единственная любовь.

Он обеими ладонями притянул Зойсайта в крепкое объятие. Зойсайт безвольно рухнул к нему на грудь, уткнувшись в грубую ткань рубахи, слыша бешеный стук его сердца.

— Я никогда не предавал тебя, — Кунсайт говорил тихо, губами касаясь его виска. — Ни на мгновение. Клянусь честью и жизнью. Я верен тебе. Только тебе. Всё, что ты видел, была лишь игра. Маска, которую я был вынужден надеть, чтобы защитить тебя.

Зойсайт поднял заплаканное лицо, ища в его глазах правду.

— Я знаю, что в моём форте есть предатели, — продолжал Кунсайт, нежно стирая слёзы с его щёк. — Я не мог рисковать. Любой неверный взгляд мог долететь до ушей Верховного Командующего. Я боялся за тебя. Больше, чем за что-либо на свете.

— Моя свадьба с Йоко... — с трудом выговорил Зойсайт, цепляясь за полы его рубахи, как утопающий за соломинку.

— Я знаю, — голос Кунсайта прозвучал как стон. Он прижал лоб ко лбу Зойсайта, закрыв глаза, и в этом жесте была вся их общая боль. — И мы найдём выход. Обещаю. Я разрушу всё на пути, но не позволю этому случиться.

— Я скучал, — прошептал Зойсайт, и в этих словах была вся его разбитая душа и все отчаяние. — Без тебя я умирал по частям.

— Я тоже. Каждую ночь, — их дыхание смешалось. — Думал, мне было легко? Видеть тебя, знать, что ты страдаешь, и не мочь ничего сказать?

Их губы встретились в бесконечно нежном поцелуе, в котором было всё: прощение, боль, тоска и обещание. Это был поцелуй как глоток воды после жажды, возвращение домой после изгнания. Зойсайт отвечал с той же дрожью, впитывая его тепло, его сущность.

— Но теперь, — Кунсайт оторвался, глаза вновь стали серьёзными, хотя руки не отпускали Зойсайта, — ты должен быть сильным. Ради нас обоих. Веди себя как раньше. Холодно. Отстранённо. Понял, любимый? Это наша тайна. Наша война.

Зойсайт, всё ещё находясь под властью того поцелуя, молча кивнул, его глаза сияли в лунном свете бездной облегчения, любви и новой, хрустальной надежды.— Верь мне, — выдохнул Кунсайт, снова касаясь его губ.

— Я всегда верил тебе, — тихо ответил Зойсайт. — И буду верить.

Их губы слились в более страстном поцелуе, полном молчаливых клятв и надежды, что расцвела подобно одинокому цветку в сердце холодной ночи.

***

Внезапно ночную тишину пронзил громкий стук в главные ворота. Звук эхом прокатился по двору, разрывая кокон их уединения. Зойсайт вздрогнул и прижался к Кунсайту, глаза вспыхнули тревогой. Кунсайт резко выпрямился, тело напряглось, лицо снова стало маской генерала, хотя рука на мгновение сжала плечо Зойсайта в успокаивающем жесте.

— Спокойно, — его голос стал командным, но в нём слышалась забота. — Я проверю. Останься здесь.

Он бросил последний взгляд на Зойсайта и быстро направился к воротам, накинув на ходу плащ. Зойсайт, чувствуя неладное, последовал в тени, наблюдая, как лицо генерала каменеет при виде гонца.

К тому времени, когда Кунсайт подошёл к воротам, его люди уже впустили позднего гостя. Это был гонец, его плащ был в пыли и дорожной грязи, лицо залито потом. Конь позади него тяжело дышал, его бока ходили ходуном— В чём дело? — голос Кунсайта прозвучал жёстко.

— Простите за беспокойство, генерал, — гонец с трудом переводил дух, глаза блестели тревогой. — Депеша от леди Авроры. Мне приказано вручить её лично принцу Зойсайту. Дело срочное.

Кунсайт нахмурился. Полночные депеши редко приносили хорошие вести.

— Проводите меня к его высочеству, — добавил гонец. — Мне велено дождаться ответа.

— Хорошо. Следуйте за мной, — Кунсайт повернулся к адъютанту. — Проводи коня на конюшню, позаботься о всём необходимом. И никому ни слова о позднем визите.

— Слушаюсь, генерал!

Кунсайт жестом подозвал спрятавшегося в тени Зойсайта. Принц вышел из укрытия, быстро приводя в порядок растрёпанные волосы и одежду.

— Ваше высочество, — почтительно поклонился гонец, протягивая запечатанный конверт. — От леди Авроры. Она велела передать.

Зойсайт взял письмо холодеющими пальцами. По спине пробежал неприятный холодок, Аврора не стала бы посылать гонца среди ночи без веской причины.

Вскрыв печать, он быстро пробежал глазами по строчкам. С каждым словом лицо его бледнело всё сильнее.

— Что случилось? — тихо спросил Кунсайт, видя выражение принца.

Зойсайт медленно поднял глаза, в них читался шок.

— Мой отец... Главнокомандующий Саито тяжело заболел. Аврора пишет, что врачи подозревают отравление, но пока это держится в секрете. — Его голос дрожал. — Лорд Берилл взял управление на себя, ссылаясь на болезнь отца. Он ускорил свадьбу. Венчание назначено на следующую неделю.

Кунсайт сжал кулаки, в глазах вспыхнула ярость.

— Значит, он решил действовать, пока твой отец не может вмешаться, — произнёс генерал низким голосом. — Это ловушка, Зойсайт. Классический захват власти.

— Что мне делать? — принц сжал письмо в дрожащих руках. — Если я не вернусь, Берилл объявит меня дезертиром. Если вернусь — попаду в западню.

— Мы найдём способ, — твёрдо сказал Кунсайт, его взгляд встретился с глазами Зойсайта. В них горела та же стальная решимость, что и минуту назад в саду. — Но сначала нужно выяснить истинное состояние твоего отца и планы Берилла.

Ночь внезапно наполнилась не только личной болью, но и тяжёлым грузом государственного заговора. Их личное счастье оказалось лишь малой частью куда более опасной игры.