Глава 11 «Пропажа»

«Появилась так глупо и неожиданно что все даже и не заметили ее исчезновения»

Город утопал в зимнем мраке. Снег шёл мелкий, колкий, и под ногами хрустел так, будто каждое движение отзывалось эхом. Вечер был спокойный только с виду — после того, как Вова выстрелил в Желтого и уложил людей Хади, на улицах началось движение.В подъездах, ларьках и старых дворах шептались

-«Вова теперь держит слово.»

-«Жёлтого больше нет — времена меняются.»

-«Универсам поднялся.»

Группировка «Универсам» — их, родная. Вова, Зима, Марат, Кощей и остальные держали этот район с конца 80-х. У них был порядок: не лезли на семьи, не брали слабых, но если кто-то переходил дорогу прощения не ждали.

Никита, он же Кощей, стоял у истоков. Один из старших. Его уважали не за кулаки,за ум, за холодный расчёт, за то, что знал улицу как свои пять пальцев.

***

Кухня. Мия и НикитаНа кухне старой квартиры всё было, как всегда: чайник шипел, занавески слегка колыхались от сквозняка, на столе стояли две кружки и банка варенья.

Мия сидела напротив Никиты. Он был в спортивной куртке, руки чуть побиты после недавних уличных движений. Но в глазах — спокойствие. Настоящее, тяжёлое.

— Ты всё ещё не поверила, что я не мальчишка, да? — ухмыльнулся он, отпивая чай.

— Ты хоть домой захаживаешь, как человек? — фыркнула Мия. — Или только на сходки свои?

Он усмехнулся.— Сестрен, не начинай. Ты же знаешь, у нас сейчас всё напряжённо. После Желтого улица кипит. Южка шевелится, Татарка тоже.

— Я знаю, — она посмотрела в сторону, — я просто... ты ж старший у них. К тебе прислушиваются.

Он чуть прищурился.

— Вот именно. Поэтому я не могу просто сидеть дома и чай пить. Пацаны смотрят. Если я ослабну — нас сожрут.

Она опустила взгляд. Никита всегда был для неё опорой,ещё с детства. Когда кто-то обижал Мию во дворе, Кощей решал всё быстро и жёстко. Она помнила, как он подрался с тремя старшиками из соседнего квартала только потому, что они обозвали её.

С тех пор его на районе начали уважать.

— А Вова? — тихо спросила она.

— Вова — железный, — Никита кивнул. — Он сделал то, что другие боялись. Желтого убрал не только ради Марата, а ради нас всех. Южка давно хотела под нас залезть. Теперь они понимают — шутки кончились.

— Значит, будет война? — её голос прозвучал почти шёпотом.

Никита медленно выдохнул, глядя в кружку.— Она уже идёт, Миюш. Просто пока тихо. Они собираются, мы тоже. Сейчас каждый ход на счету.

***

Позже вечером Никита пришёл в качалку. Там уже были Вова, Зима, Марат и ещё несколько старших. Дверь захлопнулась за его спиной, и все разговоры стихли.

— Ну чё, Кощей, — сказал Зима, крутя в руках кусок арматуры, — новости есть?

Никита встал у стены, закурил и кивнул Вове.— Южка собирает молодых у рынка. Штук двадцать уже пасутся там каждый вечер. Скоро поедут толпой, это ясно как день.

— Мы их встретим, — спокойно сказал Вова. — Не в центре. У старых гаражей. Там наши дворы, там их и закопаем, если сунутся.

Никита усмехнулся.— Всё по делу. Я уже раскидал пару слов по району. Пацаны подтянутся, если что.В качалке стоял запах железа, табака и чего-то неуловимо опасного. Все понимали, что разговоры не ради бравады. Это подготовка.

— Главное, — сказал Кощей, затушив сигарету, — держаться вместе. Без самодеятельности. Если кто-то начнёт геройствовать в одиночку,хана всем.

Вова кивнул. Между ними было взаимное уважение без громких слов. Никита был старше, опытнее, а Вова тот, кто пошёл в атаку, когда другие ждали. Вместе они были как две стороны одной силы.

                                           ***

Зимний вечер опускался на Казань медленно и тяжело, как старое одеяло.

Таня кутается в шарф и в который раз спрашивает себя:«Зачем я вообще сюда приехала в середине зимы?»Ответ прост: Мия.

Подруга с детства, та самая, с которой они бегали по дворам, дрались с мальчишками из соседней школы и мечтали «свалить куда то подальше»

Мия действительно свалила после крупной ссоры с родителями уехала в Казань к брату

Когда Таня только приехала к подруге,она думала что погуляют,посмеются и разойдутся.Только она не знала, что Казань 90-х — не тот город, где можно просто «погулять».

— Ну чё, пойдем, покажу тебе, как тут всё изменилось, — сказала Мия, натягивая тёплую куртку.

— Я думала, мы просто дома посидим, — улыбнулась Таня.

— Танюх, ты чё! Тут движуха, вечер, народ гуляет... не будь бабкой. Пошли прогуляемся!

Они шли по заснеженным улицам, болтали, вспоминали прошлое. Таня ловила себя на мысли, что ей приятно снова быть рядом с Мией. Та почти не изменилась,всё такая же живая, смелая, будто и не было этих лет разлуки.

— А брат твой где? — спросила Таня, глядя на заснеженные гаражи.

— Никита? Да, наверное, в качалке. У него свои дела. Ты ж понимаешь... — Мия скривилась. — Тут он важный тип.

— Важный тип?

— Ну... типа да. Он с Универсамовскими крутится. Это группировка местная. Не переживай, нас никто не тронет.

«Группировка».Слово кольнуло Таню. Она слышала истории про Казань, про банды и разборки... Но одно дело — слухи, и совсем другое — стоять на этих улицах самой.

Когда они проходили мимо сквера у пятиэтажек, откуда-то сбоку, из темноты, показались восемь парней.

Пуховики, спортивки, сигареты. Наглые взгляды.

Мия сразу нахмурилась.— Южка... — тихо сказала она.Таня обернулась.

Парни шли неторопливо, но уверенно, перегородили тротуар.

Вперёд вышел главный — высокий, с мерзкой ухмылкой.— О-о, кого я вижу... Мия, наша беглянка, — протянул он, затягиваясь. — Смотрю, с подружкой.

— Не сейчас, — отрезала Мия. — Мы просто гуляем.

— Гуляете? — Он усмехнулся. — А ты забыла, чей это район? Или думала, раз у тебя братик Кощей, можно шастать где угодно?Толпа Южки стала обтекать их полукругом, как волки добычу.

Таня почувствовала, как внутри всё сжалось. Это был не разговор, это был начало охоты.— Слушай, мы не ищем проблем, — сказала Таня, делая шаг назад.— А проблемы нашли вас, — ухмыльнулся один из Южки сзади.Старший подошёл ближе к Мие, почти вплотную.— Где твой брат? Почему он не с тобой? — прошипел он. — Ничего, скоро найдём.

Мия сжала кулаки. Она не была из робких, но понимала,числом не потянут.

И вдруг улицу прорезал рёв мотора.Громкий, как раскат.Сбоку, у перекрёстка, фары прорезали снег.К бордюру юзом встала тёмная «восьмёрка». Дверца распахнулась.Из машины вышел Турбо.

Без шапки, с холодным взглядом. Шёл уверенно, спокойно, будто это его улица.Южка обернулась. Главный мгновенно нахмурился.— Турбо... — процедил он.

Турбо не отвечал. Он шёл прямо.— Девочки, назад, — коротко бросил он.

Мия схватила Таню за руку и потянула назад.Южка замешкалась. Один из них попытался «проверить» Турбо ударом,и в тот же миг получил прямым в челюсть и рухнул в снег. Второй-ногой в живот.

Турбо двигался быстро и точно. Пятеро рассыпались за считаные секунды. Старший успел махнуть рукой, но Турбо перехватил его руку и впечатал лицом в капот своей машины.Оставшиеся побежали, поняв, что лезут не на того.

Тишина. Только снег и пар изо рта.

Когда они сели в машину, Таня смотрела в окно, всё ещё в шоке.

Мия тяжело выдохнула:— Я же говорила, тут просто так не походишь.Таня тихо рассмеялась от нервов, не от веселья.Она приехала просто навестить подругу... а попала в самый центр уличной войны.

***

Поздно ночью Никита вернулся домой. Таня ещё не спала. Сидела в халате на кухне, обняв кружку с остывшим чаем.Он снял куртку, прошёл мимо, но обронил несколько слов

— Ты пропала так быстро,и так неожиданно появилась,я даже сначала не додумался , — он лишь ухмыльнулся,и пошел дальше к себе в комнату.

Она же покинула их,умерла одним словом.Почему же тогда никто не заметил такого появления?И почему она совсем забыла о своем исчезновении..