57

Дешёвая распродажа Женщину ль опутываю в трогательный роман, просто на прохожего гляжу ли — каждый опасливо придерживает карман. Смешные! С нищих — что с них сжулить? Сколько лет пройдёт, узнают пока — кандидат на сажень городского морга — я бесконечно больше богат, чем любой Пьерпонт Морган¹. Через столько-то, столько-то лет — словом, не выживу — с голода сдохну ль, стану ль под пистолет — меня, сегодняшнего рыжего, профессора разучат до последних йот, как, когда, где явлен. Будет с кафедры лобастый идиот что-то молоть о богодьяволе. Склонится толпа, лебезяща, суетна. Даже не узнаете — я не я: облысевшую голову разрисует она в рога или в сияния. Каждая курсистка, прежде чем лечь, она не забудет над стихами моими замлеть. Я — пессимист, знаю — вечно будет курсистка жить на земле. Слушайте ж: всё, чем владеет моя душа, — а её богатства пойдите смерьте ей! — великолепие, что в вечность украсит мой шаг, и самое моё бессмертие, которое, громыхая по всем векам, коленопреклонённых соберёт мировое вече, — всё это — хотите? — сейчас отдам за одно только слово ласковое, человечье. Люди! Пыля проспекты, топоча рожь, идите со всего земного лона. Сегодня в Петрограде на Надеждинской² ни за грош продаётся драгоценнейшая корона. За человечье слово — не правда ли, дёшево? Пойди, попробуй, — как же, найдёшь его! 1916 г. ¹ Джон Пирпонт Морган — американский миллиардер. ² Надеждинская — улица, на которой жил Маяковский в Петербурге.