Глава 1

Я с отвращением смотрю на свое отражение в зеркале. Ну почему у меня такие волосы - они торчат во все стороны! И почему Майкла Клиффорда угораздило заболеть, а я мучайся!.. Теперь вместо того, чтобы готовиться к выпускным экзаменам, до которых осталось чуть меньше , я пытаюсь кое-как пригладить непослушные локоны. «Нельзя ложиться спать с мокрой головой, нельзя ложиться спать с мокрой головой», - повторив эту мантру несколько раз, я снова пытаюсь привести свои лохмы в порядок и в изнеможении закатываю глаза. Из зеркала на меня смотрит бледный парень с голубыми глазами, которые слишком велики для его лица. Майкл- мой сосед по комнате. И как раз в тот день, когда у него запланировано интервью для студенческой газеты с каким-то промышленным магнатом, о котором я никогда в жизни не слышал, он свалился с гриппом. Поэтому ехать придется мне. А у меня на носу экзамены, недописанное сочинение, и сегодня вечером я должен был работать, но вместо этого поеду за сто шестьдесят пять миль, в центр Сиэтла, чтобы встретиться с генеральным директором холдинга «Стайлс энтерпрайзес». Таинственный мистер Стайлс, выдающийся предприниматель и крупный спонсор нашего университета, человек, чье время исключительно ценно - гораздо ценней, чем мое, - согласился дать Майклу интервью. Невероятная удача, сказал он. Черт бы побрал ее общественную деятельность!Майкл обосновался на диване в гостиной.- Луи, не сердись! Я девять месяцев уговаривал его дать интервью. И еще полгода буду просить о переносе. К тому времени мы оба окончим университет. Как редактор, я не могу упустить такой шанс. Ну пожалуйста!Майкл упрашивает меня хриплым, простуженным голосом. Как у него это получается? - Конечно, я съезжу, Майкл . Иди ложись. Тебе купить найквил? Или тайленол?- Найквил, пожалуйста. Не забудь взять мои вопросы и портативный диктофон. Тебе надо просто нажать на запись. Я потом расшифрую.- Я ведь ничего про него не знаю, - бормочу я, стараясь подавить приступ паники.- У тебя есть готовые вопросы - это уже полдела. Иди, а то опоздаешь. Ехать далеко.- Ладно, иду. Ложись в постель. Я сварил тебе суп, разогрей попозже.Я смотрю на него с нежностью. «Только ради тебя, Майкл».- Хорошо. Удачи. Спасибо, Майкл, ты, как всегда, мой спаситель.Я криво улыбаюсь и, взяв сумку, выхожу на улицу, к машине. Просто не верится, что я позволил себя уговорить. Впрочем, Майкл уболтает кого угодно. Из него получится отличный журналист. Для этого у него есть все данные: ясный ум, воля, напор, умение убеждать. А кроме того, он просто красавец и мой самый-самый любимый друг.

Рано утром я выезжаю из Ванкувера, штат Вашингтон, на трассу 1-5. Машин на дорогах пока еще немного, а в Сиэтле мне надо быть только в два. К счастью, Майкл одолжил мне свой спортивный «Мерседес SLK». Вряд ли Ванда - мой старенький «Фольксваген-жук» - смогла бы одолеть это расстояние за такое короткое время. На «мерсе» ехать приятно: я выжимаю газ до отказа, и мили пролетают одна за другой.Я еду в штаб-квартиру глобальной империи мистера Стайлса. Это громадное двадцатиэтажное офисное здание из причудливо изогнутого стекла и металла - утилитарная фантазия архитектора. Над стеклянными входными дверьми сдержанная надпись стальными буквами - «Стайлс Хаус». Без четверти два - слава богу, не опоздал! - я вхожу в огромный, откровенно устрашающий холл, отделанный белым песчаником.Из-за стола мне приветливо улыбается привлекательная ухоженная блондинка. На ней потрясающий серый пиджак с белой блузкой. Выглядит она безукоризненно.- У меня назначена встреча с мистером Стайлсом. Луи Томлинсон вместо Майкла Клиффорда.- Одну минуту, мистер Томлинсон. - Блондинка слегка выгибает бровь.Я стою перед ней страшно смущенным и жалею, что не одолжил у Майкла пиджак и заявился сюда в синей куртке. Я надел свои единственные джинсы, синие найки и голубой джемпер. По моим меркам, это очень элегантно.Делаю вид, будто мне совсем не страшно.- Мистер Клиффорд назначена встреча. Пожалуйста, распишитесь здесь, мистер Томлинсон. Последний лифт с правой стороны, двадцатый этаж.Блондинка любезно улыбается, глядя, как я расписываюсь: похоже, ей смешно.Она протягивает пропуск, на котором крупными буквами стоит «Посетитель». Я не могу сдержать глупой ухмылки. Ну конечно, у меня на лбу написано, что я просто посетитель. Таким тут не место. «И в этом нет ничего нового», - вздыхаю я про себя. Поблагодарив, иду к лифтам мимо двух охранников, одетых в черные, отлично пошитые костюмы. Они выглядят гораздо элегантней, чем я.Лифт с убийственной скоростью возносит меня на двадцатый этаж. Двери автоматически распахиваются, и я оказываюсь в другом большом холле - снова стекло, сталь и белый песчаник. Передо мной еще один стол и очередная блондинка в деловом черном костюме и белой блузке, которая, увидев меня, встает.- Мистер Томлинсон, не могли бы вы подождать здесь? - Она указывает на ряд кресел, обтянутых белой кожей.За кожаными креслами - огороженный стеклянной стеной просторный зал для переговоров с длинными столом темного дерева и по меньшей мере двадцатью такими же стульями по бокам. За ними окно во всю стену, из которого открывается панорама Сиэтла до самого залива. Вид потрясающий, и я на мгновение замираю, очарованный. Здорово!Присев на кресло, достаю из сумки вопросы и еще раз их просматриваю, мысленно проклиная Майкла за то, что она не дал мне хотя бы краткой биографии мистера Стайлса. Я ведь ничего не знаю о человеке, у которого собираюсь брать интервью. Ему с равным успехом может быть и тридцать, и девяносто. Неизвестность жутко раздражает, и от волнения я начинаю ерзать на кресле. Никогда не любил брать интервью с глазу на глаз. Куда лучше анонимность пресс-конференций, на которых можно тихонько посидеть на заднем ряду. Если совсем честно, то мне больше по душе свернуться калачиком в кресле и углубиться в чтение классического британского романа, а не сидеть, изнемогая от волнения, в огромных прозрачных залах.Я мысленно закатываю глаза. Соберись, Томлинсон. Судя по стерильной чистоте и современности здания, мистеру Стайлсу должно быть немного за сорок: подтянутый, загорелый и светловолосый - под стать своим сотрудникам.Еще одна элегантная, безупречно одетая блондинка выходит из большой двери справа. Интересно, они тут все такие? Прямо как в Степфорде. Глубоко вздохнув, я встаю.- Мистер Томлинсон? - спрашивает последняя блондинка.- Да, - хриплю я и прочищаю горло. - Да. - Теперь получилось немного уверенней.- Мистер Стайлс сейчас освободится. Вы позволите вашу куртку?- Да, пожалуйста. - Я высвобождаюсь из жакета.- Вам предложили напитки?- Э-э... нет.Ой, кажется, я подставил блондинку номер один?Блондинка номер два хмурится и строго смотрит на молодую женщину за столом.- Что вы предпочитаете: чай, кофе, воду? - снова поворачивается она ко мне.- Стакан воды, пожалуйста, - бормочу я.- Оливия, будьте добры, принесите мистеру Томлинсону стакан воды. - В ее голосе слышен металл.Оливия срывается с места и стремглав исчезает за дверью в противоположном конце фойе.- Прошу прощения, мистер Томлинсон. Оливия - наш новый сотрудник. Прошу вас, посидите немного. Мистер Стайлс примет вас через пять минут.Оливия возвращается со стаканом ледяной воды.- Прошу вас, мистер Томлинсон.- Спасибо.Блондинка номер два, звонко цокая каблуками, марширует к большому столу, садится, и они обе погружаются в работу.Наверное, мистер Стайлс берет на работу одних только блондинок. Я рассеянно размышляю, не противоречит ли это закону, и тут дверь кабинета открывается. Оттуда выходит высокий, элегантно одетый чернокожий мужчина с короткими дредами. Да, с одеждой я определенно промахнулся.Он поворачивается и бросает через плечо:- Гольф на этой неделе, Стайлс.Ответа я не слышу. Он поворачивается, видит меня и улыбается, чуть сощуривая темные глаза. Оливия вскакивает и вызывает лифт. Похоже, она здорово в этом деле натренировалась. И нервничает даже больше, чем я.- Всего вам доброго - произносит мужчина и скрывается за раздвижной дверью.- Мистер Стайлс готов вас принять, мистер Томлинсон, заходите, - произносит блондинка номер два.Я встаю и чувствую, что ноги у меня подгибаются. Стараясь справиться с нервами, хватаю сумку и, оставив стакан с водой прямо на кресле, направляюсь к приоткрытой двери.- Можете не стучать - просто заходите, - мило улыбается она.Я открываю дверь, заглядываю внутрь и, споткнувшись о собственную ногу, падаю головой вперед.Черт, ну нельзя же быть таким неуклюжим! Я стою на четвереньках в дверях кабинета мистера Стайлса, и чьи-то добрые руки помогают мне подняться. Дурацкая ситуация. Я боюсь поднять глаза. Черт! Да он совсем молодой.- Мистер Клиффорд. - Едва я поднимаюсь на ноги, он протягивает мне руку с длинными пальцами. - Гарри Стайлс. Вы не ушиблись? Присаживайтесь.Молодой, высокий и очень симпатичный. В великолепном сером костюме и белой рубашке с черным галстуком. У него непослушные,темные,длинные,кудрявые волосы и проницательные зеленые глаза, которые внимательно меня разглядывают. Проходит какое-то время, прежде чем я вновь обретаю дар речи.- Нет, так получилось... - бормочу я.Если ему больше тридцати, то я - испанский летчик. Бессознательно я протягиваю ему руку. Когда наши пальцы соприкасаются, по моему телу пробегает странная, пьянящая дрожь. Я в смущении отдергиваю руку. Наверное, электрический разряд. Мои ресницы хлопают в такт биению сердца.- Мистер Клиффорд заболел, я приехал вместо него. Надеюсь, вы не возражаете, мистер Стайлс.- А вы кто?В голосе слышна теплота. По-видимому, ситуация его забавляет, хотя трудно судить по невозмутимому выражению лица. Возможно, он заинтересован, но, главным образом, вежлив.- Луи Томлинсон. Я изучаю английскую литературу вместе с Майклом, э-э... Майкл... э-э...с мистером Клиффордом.- Понятно, - говорит он просто. Кажется, на его лице проскальзывает улыбка, но я не уверен.- Присаживайтесь. - Он делает жест в сторону углового дивана, обтянутого белой кожей.Его кабинет слишком велик для одного человека. Напротив огромных, во всю стену, окон стоит невероятных размеров стол черного дерева, вокруг которого легко разместятся шесть человек. В таком же стиле журнальный столик рядом с диваном. Все остальное: потолок, пол и стены - белого цвета, за исключением висящей рядом с дверью мозаики из тридцати шести маленьких картин, составляющих один большой квадрат. Привычные, повседневные предметы выписаны на них так тщательно, что кажется, будто перед тобой фотографии. Все вместе смотрится потрясающе - аж дух захватывает.- Местная художница. Троутон, - поясняет Стайлс, проследив мой взгляд.- Здорово. Удивительное в обыденном, - бормочу я, смущаясь и от его замечания, и от Майкла.Он склоняет голову набок и внимательно на меня смотрит.- Совершенно с вами согласен, мистер Томлинсон, - произносит Стайлс негромко, и я почему-то краснею.Если не считать картин, его кабинет - холодный, чистый и абсолютно стерильный. Интересно, это и есть отражение внутреннего мира Адониса, грациозно опустившегося в одно из белых кожаных кресел напротив меня? Я встряхиваю головой, стараясь отогнать ненужные мысли, и достаю из сумки вопросы, которыми снабдил меня Майкл. Затем пытаюсь подготовить к работе портативный диктофон. У меня ничего не получается, я два раза роняю его на журнальный столик. Мистер Стайлс молчит и - надеюсь - терпеливо ждет, а я все больше волнуюсь и нервничаю. Когда же я наконец набираюсь смелости поднять на него глаза, одна рука у него расслабленно лежит на колене, а второй он обхватил подбородок, приложив длинный указательный палец к губам. По-моему, он пытается подавить улыбку.- Прошу прощения. - Уф, наконец-то получилось. - Я еще с ним не освоилась.- Не торопитесь, мистер Томлинсон, - произносит Стайлс.- Вы не против, если я запишу ваши ответы?- После того, как вы с таким трудом справились с диктофоном? Вы еще спрашиваете?К моим щекам приливает краска. Я моргаю, не зная, что сказать. Он, по-видимому, пожалев меня, смягчается:- Нет, не против.- Майкл, то есть мистер Клиффорд, говорил вам о целях интервью?- Да, оно для студенческой газеты, поскольку я буду вручать дипломы на выпускной церемонии.Ого! Для меня это новость, и я сразу представляю себе, как кто-то немногим старше меня, пусть даже суперуспешный, будет вручать мне диплом. Я хмурюсь, стараясь сосредоточить ускользающее внимание на более близкой задаче.- Хорошо. - Я сглатываю слюну. - У меня к вам несколько вопросов.- Я не удивлен, - невозмутимо произносит он. Да этот мистер Стайлс просто смеется надо мной! Щеки у меня горят, я стараюсь сесть прямо и расправить плечи, чтобы казаться выше и уверенней. С видом настоящего профессионала жму на кнопку.- Вы очень молоды и тем не менее уже владеете собственной империей. Чему вы обязаны своим успехом?Он сочувственно улыбается, но выглядит немного разочарованным.- Бизнес - это люди, мистер Томлинсон, и я очень хорошо умею в них разбираться. Я знаю, что их интересует, чему они радуются, что их вдохновляет и как их стимулировать. У меня работают превосходные специалисты, и я хорошо им плачу. - Он замолкает и внимательно смотрит на меня. - По моему убеждению, для того, чтобы добиться успеха в каком-нибудь деле, надо овладеть им досконально, изучить его изнутри до малейших подробностей. Я очень много для этого работаю. Решения, которые я принимаю, основаны на фактах и логике. У меня природный дар распознавать стоящие идеи и хороших сотрудников. Результат всегда зависит от людей.- Может быть, вам просто везло? - Этого вопроса у Майкла нет, но он так заносчив!Я вижу, как в его глазах вспыхивает удивление.- Я не полагаюсь на случай или на везение, мистер Томлинсон. Чем больше я работаю, тем больше мне везет. Все дело в том, чтобы набрать в свою команду правильных людей и направить их энергию в нужное русло. Кажется, Харви Файрстоун говорил, что «величайшая задача, стоящая перед лидером, - это рост и развитие людей».- А вы, похоже, диктатор. - Слова вырываются у меня прежде, чем я успеваю сдержаться.- Да, я стараюсь все держать под контролем, мистер Томлинсон.В словах мистера Стайлса нет ни капли шутки. Я гляжу на него, он невозмутимо смотрит мне прямо в глаза. Мое сердце начинает биться чаще, я снова краснею.Почему я так смущаюсь? Может, из-за того, что он невероятно хорош собой? Или из-за блеска в его глазах? Или из-за того, как он касается указательным пальцем верхней губы? Лучше бы он так не делал.- Кроме того, безграничной властью обладает лишь тот, кто в глубине души уверен, что рожден управлять другими, - тихим голосом продолжает Стайлс.- Вы чувствуете в себе безграничную власть?«Ну точно диктатор!»- Я даю работу сорока тысячам человек, мистер Томлинсон, и потому чувствую определенную ответственность - называйте это властью, если хотите. Если я вдруг сочту, что меня больше не интересует телекоммуникационный бизнес и решу его продать, то через месяц или около того двадцати тысячам человек будет нечем выплачивать кредиты за дом.У меня отваливается челюсть. Потрясающая бесчеловечность.- Разве вы не должны отчитываться перед советом?- Я владелец компании. И ни перед кем не отчитываюсь.Он кривит бровь, глядя на меня. Я снова краснею. Ну конечно, я должен был это знать, если бы готовился к интервью. Но каков наглец!.. Пробую зайти с другой стороны.- А чем вы интересуетесь кроме работы?- У меня разнообразные интересы, мистер Томлинсон. - Тень улыбки касается его губ. - Очень разнообразные.Не знаю почему, но меня смущает и волнует пристальный взгляд. В глазах Стайлса мне чудится какая-то порочность.- Но если вы так много работаете, как вы расслабляетесь?- Расслабляюсь? - Он улыбается, обнажая ровные белые зубы. У меня перехватывает дыхание. Нельзя быть таким красивым. - Ну, для того чтобы, как вы выразились, расслабиться, я хожу под парусом, летаю на самолете и занимаюсь различными видами физической активности. Я очень богат, мистер Томлинсон, и поэтому у меня дорогие и серьезные увлечения.Чтобы сменить тему, я быстро просматриваю вопросы, которые дал мне Майкл.- Вы инвестируете в производство. Зачем?Почему мне так неловко в его присутствии?- Мне нравится созидать. Нравится узнавать, как устроены вещи, почему они работают, из чего сделаны. И особенно я люблю корабли. Что еще тут можно сказать?- Получается, что вы прислушиваетесь к голосу сердца, а не к фактам и логике.Он усмехается и смотрит на меня оценивающе.- Возможно. Хотя некоторые говорят, что у меня нет сердца.- Почему?- Потому что хорошо меня знают. - Его губы изгибаются в кривой улыбке.- Вы легко сходитесь с людьми?Я пожалела об этом вопросе сразу же, как только его задал.В списке Майкла его не было.- Я очень замкнутый человек, мистер Томлинсон. И многим готов пожертвовать, чтобы защитить свою личную жизнь. Поэтому редко даю интервью, - заканчивает он.- А почему вы согласились на этот раз?- Потому что я оказываю финансовую поддержку университету, и к тому же от мистера Клиффорда не так-то легко отделаться. Он просто мертвой хваткой вцепился в мой отдел по связям с общественностью, а я уважаю такое упорство.Да уж, упорства Майкла не занимать. Именно поэтому, вместо того чтобы готовиться к экзаменам, я сижу здесь и ерзаю от смущения под пронизывающим взглядом Стайлса.- Вы также вкладываете деньги в сельскохозяйственные технологии. Почему вас интересует этот вопрос?- Деньги нельзя есть, мистер Томлинсон, а каждый шестой житель нашей планеты голодает.- То есть вы делаете это из филантропии? Вас волнует проблема нехватки продовольствия?Стайлс уклончиво пожимает плечами.- Это хороший бизнес, - говорит он, как мне кажется, не совсем искренне.Я не вижу тут никаких возможностей для извлечения прибыли, одну только благотворительность. Немного недоумевая, задаю следующий вопрос:- У вас есть своя философия? И если да, то в чем она заключается?- Своей философии как таковой у меня нет. Ну разве что руководящий принцип - из Карнеги: «Тот, кто способен полностью владеть своим рассудком, овладеет всем, что принадлежит ему по праву». Я человек целеустремленный и самодостаточный. Мне нравится все держать под контролем: и себя и тех, кто меня окружает.