Глава XXVI

                    Мохнатый Адам.

Теперь нам вновь пришло время вернуться в амстердамскую корчму “У гноящегося мотроса”. Как мы помним, человек в маске, которого тамошняя опустившаяся публика называла Мастером, посвящает Бенеша в качестве нового члена своей разбойничьей банды. Известно нам и то, что это происходит при массовом потреблении хмельных напитков. Мы узнаем в человеке в маске фальшивомонетчика, который тогда в берлинском ресторане у австрийского графа и хозяина гостиницы мошеннически выудил множество денег. Он как раз рассказывает своим сообщникам о том, как удалось ему тогда завязать разговор с графом при помощи соуса, который он незаметно накапал ему из бутылочки на пиджак. Его подручные громко прославляли его за этот смелый поступок. И хозяин корчмы мохнатый Адам, или же просто Филиштирберт, поздравляет Мастера с этим успехом. Все остальные гости уже разошлись из корчмы, а потому ее хозяин может с оставшимися, не отвлекаясь, разговаривать. Давно уже пробила полночь. Бенеш начал рассказывать о том, как ему удалось попасть на свободу бегством с тулонских галер через болота.Все его с интересом слушают, поскольку для каждого из присутствующих, очевидно, важно как можно больше опыта почерпнуть из этого рассказа и описания, ибо каждому из этих негодяев грозили галеры. Только корчмарь Филиштирберт сидел совершенно спокойный. Ему галер опасаться не стоило, поскольку его дожидался не кто иной, как палач с плахой наготове. Дело в том, что Филиштирберт имел на совести ужасное множество человеческих жизней. Именно он в той полуразрушенной корчме, в подвале которой с мертвецами в извести Курт с Кубой прилетели, несколько лет назад содержал постоялый двор, в котором убивал путешественников, а трупы их складывал в извести. Когда же полиция начала преследовать его по пятам, он переселился в Амстердам, где открыл свое нынешнее заведение. Вскоре его новая корчма стала центром и прибежищем самых отъявленных негодяев. Филиштирберт вместе с ними принимал участие в самых дерзких преступлениях. Мы как раз видим всю банду, собравшуюся вместе.