Глава V

       Среди убийц и висельников.

   В одной из самых глухих частей Амстердама, неподалеку от моря, располагалась наряду с другими притонами моряков одна пивная, порог которой честный человек никогда не отваживался переступить.    Этот истинный вертеп порока назывался ”Корчмой у гноящегося матроса” и был повсюду известен.    В этих преступных дебрях собирались лишь подонки человечества, и потому полиция им уделяла чрезвычайное внимание.    Иногда ей там удавалось схватить какого-нибудь убийцу или мошенника, однако иных причин для закрытия оной корчмы не находилось.    Зайдем на минуту в это логово.    Это комната со сводчатыми потолками, сильно задымленная, с люком, хитрым образом скрытым посреди пола.    Через этот люк нередко кто-нибудь неугодный проваливался и исчезал на дне подвала, под ним находящегося.    Вероятно, в том подвале до сих пор гниют тысячи мертвецов.    Прямо у дверей расположена стойка, где разливают напитки, а на ней ряд бутылок с водкой; дополняют их плетенки протухших колбасок, черствый хлеб и ящичек сигар.    За стойкой сидит одноглазый хозяин корчмы, именем Филиштирберт, которого все называли мохнатый Адам.    Было ему около пятидесяти лет.   Вот мы видим, как он увлеченно беседует с человеком в маске.    У собеседника его на голове была маска, потому не было возможно ничего разглядеть в его лице.    И матросы, сидевшие за столами, на него почти не обращали внимания.    Казалось, что корчмарь и масочник договариваются о чем-то секретном.    Было заметно, как лицо человека в маске загорелось странным блеском.    Мохнатый Адам склонился под стол и вложил в ладонь человека в маске горсть толаров.    Забормотав что-то непонятное, человек в маске отошел от стойки и присел к одному из столов, куда ему хозяин корчмы вскоре принес полную кружку пива.    За этим столом уже сидели трое мужчин весьма опустившейся наружности.    Человек в маске поздоровался с ними как со знакомыми.    Эти люди были его приходом приятно удивлены и восторженно выражали свою радость.    — Приветствуем тебя, дорогой мастер, наконец-то ты опять с нами встречаешься! — сказал мужчина, сидящий слева, лицо которого было окаймлено густой черной бородою.    - Мастер нам, конечно же, опять задаст работу! - отметил сидящий вправо оборванный юноша, нахмурился и ужасно захохотал.    Мастер, как называли человека в маске, ничего не ответил, но, направив свой взгляд на третьего за столом сидящего напротив него участника сего чистейшего общества, промолвил:

   — С какого же это времени смеют в нашем цехе заседать чужие лица без разрешения вождя? — Что это за юноша и кто из вас привел его сюда?    — Прости нам, атаман, — ответил на эти слова бородач, сидевший слева от человаа в маске и которого мы будем называть Потрошителем, — я сам привел этот человека, который укрывался от мытарей, поскольку всего почти неделю назад ему удалось бежать с галер в Тулоне. Думаю, что в Бенеше, каково его истинное имя, мы нашли ценное дополнение для нашей банды, ибо ни один замок перед ним не устоит, каждый из них сможет он отворить своими отмычками. Я за него, мастер, ручаюсь и, если он оправдает ожидания, буду счастив тому, что его нашел.    — Ну что ж, в таком случае с ним можно попробовать, — сказал человек в маске, с явным удовольствием рассматривая плутовское лицо и хитрый таз длинного Бенеша, — он, однако, сначала должен нам принести клятву, что никак не проговорится о тайнах нашего общества.    После того, как Бенеш горячо  согласился, приступили к ритуалу страшной клятвы, который сопровождался яростным распитием спиртного.