Глава 2

Мы устроились на диване в комнате Валеры, чтобы не доставлять неудобств его маме, когда она вернется.Мне было очень неприятно после слов моего парня. Разве это не глупо? Как можно разговаривать так со своей девушкой? И я не считала это позволительным, но Турбо всегда все спускала с рук. Я же его любила.

—Карин, тебе не нужны такие отношения.-произнесла Наташа, аккуратно заправляя прядь моих волос за ухо.—Поддерживаю Наташу полностью.-подала голос Айгуль, сидящая рядом.—Я люблю его.-в очередной раз отвечала им я, когда речь заходила об отношении кудрявого ко мне.—Он изменится, девочки!—Ты глупая, Кариночка.-блондинка смотрела на меня с неким сожалением.—Валера твой не меняется, сколько бы ты не говорила эту фразу.

Неожиданно для каждой из нас, на кухне послышался разговор. Парни, кажется, ругались. И один не хотел уступать второму.Наташа приложила палец к губам, призывая к тишине. Несомненно хотелось послушать. Надо же нам найти новую тему для обсуждения. До нас долетали лишь обрывки разговора.

—Да ты с девушками нормально общаться умеешь вообще?-кажется, это был Вахит.—Сказал мне тот, у которого за всю жизнь были одни отношения и куча интрижек!-кричал в ответ Валера. Его голос я узнаю из тысячи.—Она сама напросилась, я по хорошему выйти попросил!—То есть теперь ты называешь это «по хорошему»?-возмущался картавый.—Да! А мне надо было сказать «выйдите, пожалуйста, милые дамы. Тут мужчины будут решать вопрос»?!-звон стаканов.—Давайте выпьем лучше, чем сейчас это недоразумение решать будем.

На этом разговор закончился. Мы еще долго перешептывались с девочками о том, что произошло на кухне. А потом послышался грохот двери, и мы все обернулись. В комнату по очереди заходили парни, последним из которых был Валера.

—Карина, будь добра подойти.-и он снова скрылся в кухне. Я, бросив последний раз взгляд на подруг, пошла следом.—Ну и о чем ты хотел поговорить?-я сложила руки на груди, всем видом показывая свою обиду.—Почему ты так себя ведешь?-тихо спросил Туркин, кладя руки на мою талию.—Я?!-я вскипела. Не могла больше держаться.—Ты совсем ненормальный?! Наорал и я еще виновата, я...

Я не смогла договорить. Меня заткнули грубым примирительным поцелуем. И я снова поддалась, несмотря на обиду и злость, которую испытывала.Валера не любил мягкие и нежные поцелуи, которые, казалось греют чувства. Страстные, грубые и с покусываниями – вот, что он любил. Не знаю, пытается ли он выражать свои эмоции таким образом или просто хочет насытиться. Об этом мне стоило лишь догадываться. Туркин никогда четко и понятно не говорил о своих чувствах. Казалось, что для него это всего лишь игра или какая то неважная мелочь.

—Глупая.-хриплым голосом произнес он, отрываясь от моих губ.—Прости, был груб, признаю.—Ты идиот, Туркин!-отвечала я, хоть и на душе стало немного легче.