Пролог

Сознание возвращалось рывками. Белый туман, окутывающий мир, то сгущался, то потихоньку таял. Веки налились свинцовой тяжестью, и, похоже, не собирались подниматься. Ватную тишину разорвали голоса:— Северус, мальчик мой, тебе ведь известно, что это необходимость…— Директор, вы не можете запихнуть своего Золотого Мальчика в Азкабан, одержим он Темным Лордом или нет! Это немыслимо.— Северус, мы потеряли его. Ты же видел, во что превратились тела его родственников. Мы не можем позволить жестокости окончательно завладеть им, или еще хуже, поставить на службу Волдеморту!!!— Но отдать шестнадцатилетнего мальчишку дементорам??? Да он и недели не протянет в этом аду! Закройте его в Св.Мунго, и дело с концом!— Св.Мунго не достаточно надежно охраняют. Мы не можем так рисковать — Волдеморт не должен добраться до Гарри Поттера!— Вот как? Так чего вы боитесь, Директор? Того, что мальчишка примкнет к Темному Лорду? И вам плевать, что Надежда Магического мира сгниет в Азкабане за убийство, которое могло быть хорошо срежисированным спектаклем? Мерлин, Альбус, неужели вы верите в то, что Темный Лорд способен контролировать его? Мальчишка же истинный гриффиндорец, безрассудный, глупый и ПРЕДАННЫЙ!!! В нем нет тьмы, за которую Тот смог бы зацепиться!— Мы все видели, что случилось в Отделе Тайн, Северус. Даже Сириус, Рон и Гермиона смирились…— Значит, эта шавка так быстро потеряла веру в драгоценного крестника? А он лучше других знает, что такое Азкабан! А оборотень? Он учил сопляка заклинанию Патронуса, и ему хорошо известно, что мальчик очень чувствителен к влиянию дементоров!— Сириус понял, что для мальчика так будет лучше. Он не уничтожит свою душу служением злу…. А Ремус… Он сейчас шпионит в стае… не стоит подвергать его лишнему риску, отзывая, когда ничего изменить нельзя.— Вы все уже решили, не так ли? А остальные смирились. Как по-гриффиндорски! Все те, за кого мальчик не раздумывая отдал бы жизнь, так легко отреклись от своего Спасителя?!— Северус!!! Это единственный способ не дать Волдеморту обернуть наше оружие против нас!!!!— Оружие, значит? Я не отрицаю вашего права распоряжаться моей жизнью — на мне достаточно грехов… Оказывается, все это время вы растили идеальное оружие, директор? Что ж, по крайней мере, в гибели этого невинного ребенка не будет моей вины. И еще… Я надеюсь, в будущем вы удержитесь от подобных откровений в моем присутствии, директор. Я не желаю терять последние иллюзии о стороне Света.Сириус, Дамблдор, Рон, Гермиона…. Боль предательства накрыла, унося сознание, и лишь где-то на краю пропасти прошелестели слова: « Прости меня, Пот… Гарри! Прости. Я ничем не смог помочь тебе». Или, может, показалось?А потом был Ад. Мальчик не мог сказать, сколько ЭТО длилось, но воспоминания все приходили и возвращались, каждый раз убивая кусочек его души: крики отца и матери; Квирелл и философский камень, и живая плоть горит под его ладонями; клыки василиска совсем рядом и неподвижное, почти мертвое тело Джинни; страх за крестного и сотня дементоров; Турнир и хогвардский бойкот; возрождение Волдеморта и тяжелое, негнущееся тело мертвой тяжестью оттягивает руки; ужасные видения и Амбридж, Отдел Тайн и снова, снова…Дементоры вытягивали из глубин сознания все страшные, болезненные воспоминания, когда худшие уже не находили за что зацепиться в истерзанной душе: темный чулан и страх запертого в нем ребенка; голод и побои… С каждым воспоминанием зеленые глаза все тускнели и умирали, пока однажды дементоры не докопались до разговора, который мальчик не помнил и не осознал, не хотел помнить. Снейп и Дамблдор. В больничном крыле. ДО Азкабана. ПРЕДАТЕЛЬСТВО. Сириус. Рон. Гермиона, директор….Последняя искра жизни в изумрудных глазах вспыхнула и погасла. 31 июля, в день своего шестнадцатилетия, Мальчик-Который-Выжил был мертв.Дементор скользнул ближе к дверям камеры. Этот узник был силен, очень силен. Они вытянули из него столько силы, сколько редко когда получали от заключенных за долгие годы. А последний всплеск — мням.. — так сходят с ума или умирают от разрыва сердца.В углу камеры лежало худенькое тело. Неподвижно, почти бездыханно. И только зеленый свет цвета Авады Кедавры, струящийся из черных глаз свидетельствовал о том, что жизнь еще теплилась в изможденном теле. Свечение нарастало, окутало все тело полупрозрачным зеленым щитом и осталось в черных глазах зеленым огнем магии.Дитя Магии пришло в этот мир.Зрачки-пламя дрогнули и закатились. Тело впало в кому. Но зеленый щит все еще горел вокруг мальчика.Дементор со свистом втянул воздух. Ничего. Совершенно ничего. Они выпили эмоции и страхи до дна. Он заскользил дальше вдоль мрачных тюремных камер