23 декабря

Сегодня новенькая Мэй была поймана мадам на том, что списывала номера клиентов из общей книги. Мадам была крайне недовольна и выгнала девушку. Как та ни пыталась уговорить мадам оставить ее. Мэй не понимала, что есть границы, что номера клиентов – это тайная информация. Мадам сразу дала ей понять, что это не сайт знакомств, мы не устраиваем личную жизнь. Мне стало жалко Мэй, но она была слишком наивна по своему возрасту, и эта профессия была явно не для нее.  Еще одна проблема заключалась в том, что хозяйка квартиры, в которой я жила, узнала, чем я занимаюсь, поэтому вежливо попросила меня съехать. Что за предрассудки в наш век?! На время я расположилась у своей подружки, работающей вместе со мной, мы решили платить вскладчину. А еще мадам позволила мне работать по другому графику. Вот такие были мои недельные достижения.

Квартира Сандры была хуже моей, но я не возникала. Какая разница, где ночевать, главное чтобы было где. Постельное белье, явно старое но хорошо пропаренное и отглаженное. Сандра молодец, она работала пять раз в неделю, но поддерживала дом в полном порядке, насколько это возможно. Я обещала ей помогать. Спасибо, что вообще приютила.   

29 декабря.  Рождество мы встретили вместе с Сандрой. Я подарила ей кружевные чулки с синими подвязками, она мне – набор красивых заколок из металла. Сегодня они были дорогими, ей было бы проще продать их и выручить за это какие-то деньги, но она поступила иначе. Я ценила этот подарок.  На двоих мы приготовили небольшой праздничный ужин и загадали однажды покончить с этим. Наверно, как и у многих девушек, не смотря ни на что, у нас была общая мечта: мы хотели бы однажды покорить Америку. Мадам иногда отправляла несколько девушек с делегациями в другие страны. За ними ухаживали, взамен они дарили свою любовь на ночь. К нашему дому было полное доверие. Нас рекомендовали туристам. Это неплохая реклама.   Сейчас начинались семейные каникулы, наплыв местных клиентов несколько спал, настал черед иностранцев, встречающих новый год в нашей стране. Вчера у меня было два итальянца. Их английский был хуже моего нулевого итальянского, но в нашей профессии язык ведь не главное. Итальянцы всегда любвеобильны, они относятся к тебе как к девушке, со страстью, не только принимают, но и дают взамен. Поэтому с ними нужно быть до конца честной, тогда они отплатят той же монетой. Юг делает людей темпераментными и горячими, но не забывает добавить им чувственности. Скоро будет два года, как я работаю здесь, а это значит автоматическое повышение. Работала я исправно, денег не воровала, клиентов тоже не обчищала. Это ценилось, потому что и такие случаи у нас тоже были, но девушек быстро убирали. Мадам не считала проституцию таковой, она называла это «домом досуга», «домом для развлечения». При этом я сохранила и вид, и форму. На новом уровне я могла выезжать с особо важными клиентами заграницу, посещать более масштабные и значимые мероприятия с более солидными людьми.   Дом моего клиента я посещала по выходным, взяла на себя смелость заняться дополнительно прописанными пунктами за отдельную плату. Его девушка, вроде бы, была довольна. То ли из-за своей короткой стрижки каре, то ли по каким-то иным, своим личным мотивам она не любила длинные волосы. Как, впрочем, не любила она и слушать своего мужчину. Никто не заставляет подчиняться, а вот хитрить можно всегда. На этих выходных ее снова не было дома. Убрав половину, я снова застряла с ним в одной комнате, но он опять был чем-то занят, что, в общем-то, мне на руку. Сегодня я имела неосторожность уронить бутылку спиртного. За ту секунду, пока она долетела до пола, я успела прикинуть, какое состояние из меня должны вычесть за такое. Я замерла, во все глаза глядя на пятно на полу, разлетевшиеся осколки и свои обрызганные ноги. В последний момент я сорвала свой передник и кинула его между ползущей спиртной змейкой и ковром. Передник явно проще и дешевле заменить. Он медленно поднял на меня глаза. - Убери это осторожно, чтобы ничего не осталось, мусор потом вынеси во двор. - Извините, я... Я не хотела. - Я понимаю, что не хотела. Будь впредь осторожнее. - Извините, - снова пробормотала я. Позорище на мою голову. Кривые руки, черт, как так могло произойти! Я принесла салфетки и тряпку для уборки, осторожно смела стекло.  - Ты знаешь, сколько стоит это вино? Я сглотнула. - Нет, но предполагаю, что много. - Правильно предполагаешь. Не делай так больше. Сидя на полу, я смотрела на это пятно. Почему-то к горлу подступил неприятный ком. - Что я могу сделать? – я обратилась к нему. Он откинулся в кресле, сложил руки на груди. - А чем ты можешь меня удивить? Мне кажется, если я завалю тебя прямо здесь, на столе, это будет крайне банально для проститутки. Да, в принципе, и для меня. Я опустила глаза. - Вычитайте. - Не делай так больше. Одну бутылку она не заметит, а вот больше... Я не отмажусь, что все выпил сам, - улыбнулся он. Лёд чуть оттаял. Глубоко вдохнув, чтобы хоть как-то успокоить сердцебиение я принялась быстро оттирать это пятно, благо, свежее, оно мне поддавалось.  - Распусти волосы. На мгновение останавливаюсь, затем продолжаю оттирать. - Вашей девушке это не нравится. - Моей девушки нет дома. - Приезжайте к нам, там я сделаю все, что угодно. Тут я работаю. - Работаешь так же на меня.  - Я не думаю, что Вы сильно сможете защитить меня перед ней. А она меня вышибет, совершенно точно.  - Моей девушки нет дома, - повторил он. Я поднялась с коленей, в ноге что-то хрустнуло. Заработалась... К черту, все к черту, пятна нет. Я распустила волосы. Мое чутье не подводило в такие моменты – в этой комнате явно повисло сексуальное напряжение, но я сейчас не согласна ни за какие деньги... Выдраить целый дом – сложное занятие для одного человека. Это сначала ты полон энергии, а к середине уже ломаешься. А тебе еще половина впереди. Плюс этот моральный прессинг. И внезапно хозяин дома начинает... - Ты красивая. Я опустила голову. - Не я, она.  - Нет, ты. Я горько усмехнулась. - У тебя глаза блестят, когда ты так смотришь. Явно не проститутка вызывает такие эмоции.  Он помолчал с минуту, затем поднялся из-за стола. - Ты свободна. - Но я не закончила.  - Ты свободна, - повторил он, подписывая бумажку, ах, да, чек. Ненавижу чеки и банки.  - Спасибо.   Переодеться, такси, дом, сон. Завтра ночью у меня другая работа.