3

       Гарри проснулся от того, что кто-то упрямо тянул его за веки. Просто в наглую брал пальцами веки и то открывал глаза, то закрывал. Стоит ли говорить, что не самые приятные ощущения? – Хороший мой, пора вставать... – раздался над ухом знакомый потусторонний голос. Гарри подскочил, как ужаленный, сна больше не было ни в одном глазу. Быстро оглядевшись, (хотя у Гарри и были проблемы со зрением, но более-менее без очков он видеть мог), юноша обнаружил, что находится в совершенно незнакомой комнате, раскрашенной в серебристые и золотистые тона с какими-то рисунками. Какими – он не видел, но эти рисунки выделялись яркими цветными пятнами. Выяснил он так же, что сам он – сидит на кровати в синей пижаме со слониками. Гарри крякнул от неожиданности, в растерянности потянулся к тумбочке и дрожащими руками попробовал нашарить очки на тумбочке. Но их там не оказалось. И тут, кто-то расплывчатый, но, явно светловолосый и... женщина, протянула ему очки. Гарри лихорадочно нацепил их на нос, сначала – вверх ногами. Контуры стали четкими, и Гарри понял, что находится он в комнате, сплошь изрисованной кроликами всех цветов, а женщина, сидящая напротив... Полумна Лавгуд, странноватая девчонка с пятого курса, подружка Джинни. Вот только она выглядит... повзрослевшей, что ли? У Гарри крутился в голове один вопрос: как он попал в эту комнату, к Полумне, да еще в этой синей пижаме? В голове мигом предстали недавние события в подземелье Слизнорта, драка со слизеринцами, взорвавшееся зелье, поливающее его, Рона и Драко... Нет, Полумны в подземелье на уроке шестикурсников точно не было. Тем более, совместного с когтевранцами зельеварения у них никогда не было... наверное, все из-за зелья. Наверное, он отравился зельем, спит и ему снится этот бред. Так что Полумна Лавгуд и синяя пижамка со слониками – сон. Только «сновидение» в виде Полумны, начало радостно толкать в бок оторопевшего подростка. – Гарри, ну чего ты? Как будто слюнижмыра увидел... – жизнерадостно проговорила Полумна.Гарри не стал спрашивать, что же это за такое животное – слюнижмыр. – П... Полумна... что я здесь делаю? – выдавил он с трудом из себя слова. – Ты уснул прямо в очках, – не в тему вставила девушка. – А ночью свалился с кровати и разбил их. Я вставила стеклышки. – Спасибо... – проговорил Гарри заплетающимся языком. – Луна, что я тут делаю? – Как что? – удивилась Полумна. – Сидишь на кровати. В своей любимой пижаме. «Своей любимой пижаме? – ужаснулся Гарри. – Оказывается, я люблю пижаму с цветными слонами?» Полумна, со своей знаменитой потусторонней улыбкой сумасшедшей, вышла из комнаты, напоследок сказав Гарри, чтобы он спускался, ибо завтрак уже на столе. Гарри, почесав затылок, медленно поднялся с кровати и стал искать, во чтобы ему переодеться. Не спускаться же ему вниз в этой позорной пижаме? Но ничего, кроме странного балахона (мантией сие произведение портновского искусства назвать было чрезвычайно сложно) грязно-болотного цвета, примерно такого же оттенка, как и дракон Хагрида Норберт*, усеянного золотыми и серебряными звездочками и месяцами, ничего не нашел. К странному, коряво сшитому балахону прилагался остроконечный колдовской колпак, почему-то с козырьком, того же цвета, что и балахон. По бокам колпака располагались симпатичные крылышки, напоминавшие крылья дракона. Гарри пришел в самый настоящий ужас, увидев, что за костюм ему принесла Полумна. Даже болезненно-синюшное безносое лицо Темного Лорда так его не пугало, как этот, старательно вышитый балахон со звездочками. Гарри попытался найти свою школьную мантию, в которой он, скорее всего, прилетел в эту дьявольскую комнату с кроликами. Но все, что он нашел в своем шкафу, это был рабочий комбинезон самой странной расцветки – желтый, с разными цветными брызгами и пятнами, словно принадлежали магловскому маляру или пьяному художнику, который вывернул на себя все краски разом и наслаждался результатом. Комбинезон мирно висел на вешалке. А под ним стояли пурпурные остроконечные туфли, как у восточных колдунов. Несчастному спасителю всея волшебного мира пришлось надеть этот странный костюм, созданный воображением воспаленного алкоголем и безумием мозга сумасшедшего дизайнера. Гарри спустился на кухню по винтовой лестнице, сгорая от стыда. На кухне с косыми стенами, его ожидала Полумна, примерно в таком же костюме. На коленях у нее сидел маленький пушистый зверек, похожий на кошку*. Белобрысая девушка рассеянно гладила сидящего на коленях котика. Когда ее потусторонний взгляд остановился на Гарри, она просияла: – Ага! Значит, мы идем с тобой на поиски морщерогого кизляка? – Кого? – поразился Гарри, но тут же замолк, вспомнив о любимом животном Полумны. – Ааа... а мне обязательно идти? – с надеждой в голосе спросил несчастный гриффиндорец. – Ну конечно, дорогой, – улыбка Полумны растянулась еще шире, а Гарри пытался сообразить, почему она называет его «дорогим». Лично он сильно сомневался в своей собственной товарной стоимости и был о себе более скромного мнения. Гарри с самым несчастным видом сел за стол. Он чуть не плакал: мало того, что Лавгуд подсунула ему этот идиотский костюм, так и еще принуждает идти с ним на поиски какого-то дурацкого кизляка. Полумна тут же подвинула к нему тарелку с какой-то скверно пахнущей жидкостью, отдаленно напоминающей суп. Гарри брезгливо поморщился и с недоверием покосился на тарелку, а потом перевел взгляд на Полумну. – Эээ... что это? – со страхом спросил он, тыкая ложкой в странную смесь. – Уха из пресноводных заглотов, – с самым спокойным видом сообщила Полумна. – Твоя любимая. «Как хорошо Полумна знает мои вкусы! – с ехидством подумал Гарри. – Оказывается, я еще люблю пижаму со слониками и странные балахоны в звездочках!» Но все-таки из вежливости, сделав над собой усилие, Гарри решил хоть немного сего супа съесть. Зачерпнув ложкой немного ухи, Гарри поднес ее ко рту и поморщился. Ему на миг показалось, что зелень, плавающая в ухе, зашевелила чем-то наподобие щупалец. Гарри с отвращением посмотрел на зелень со «щупальцами», сделал глубокий вдох и... засунул ложку в рот. Уха оказалась не такой уж и противной. Скорее, совсем безвкусной. У Гарри вырвался вздох облегчения. Значит, все-таки Полумна не хочет его отравить. Но есть ему уже не хотелось, и, поэтому, когда Лавгуд от него отвернулась, вылил все содержимое тарелки в ближайший цветочный горшок.

***

– Морщерогие кизляки живут именно здесь... – восторженно говорила Полумна. За ней тащился совершенно измученный и несчастный Гарри в своем дурацком балахоне и тащил сумку с провизией. – Нужно напевать медленный вальс... Гарри, ты же напоешь? – Я... петь... не... умею... – пытаясь отдышаться, проговорил Гарри, и бросил взгляд, полный ненависти, на свою жену. Да, Полумна теперь уже была не Лавгуд, а Поттер. Выяснилось, что девчонка-пятикурсница теперь его жена. И выяснил он это варварским способом: просто увидел на обложке журнала «Придира» имя Полумны Поттер. И все сразу стало на свои места. – Да нет же, умеешь! Ты очень хорошо пел ту песенку на свадьбе! – проговорила Полумна. – Ты еще выпил тогда бутылку огневи... Ага, ну ясно. Под огневиски все хорошо поют. – Нет, Полумна, сама кизляка ищешь, сама ему и пой. Я петь ему вальсы не собираюсь, – раздраженно буркнул Поттер. – Ты злой сегодня, – задумчиво проговорила Полумна. – Опять мозгошмыги замучили? Поттер предпочел промолчать. Ему сейчас совершенно не улыбалось тащиться по совершенно незнакомому лесу, будучи нагруженным всякой снедью. Гарри почему-то сейчас очень хотелось повеситься на ближайшем дереве. Тут Полумна хлопнула себя по лбу ладонью и сказала: – Я и забыла! Сегодня же пятница! А кизляки прячутся по пятницам... «Какая точность!» – с сарказмом подумал Гарри. – Так что, идем домой? – с нескрываемым сарказмом спроси усталый волшебник в смешном балахоне. – Да-да... – огорченно проговорила Полумна. – Пойдем на поиски завтра... Гарри обреченно вздохнул. Все-таки они будут искать, этого чертова кизляка, правда, не понятно, что они с ним потом будут делать...

***

Гарри обреченно шагал за Полумной. Странно – эта девчонка умела покорять людские умы, заставляя делать то, что ей хочется. Так и с ума в пору сойти, конечно, ведь Полумна выполнимых заданий не дает... Они шли вдвоем по узкому ночному переулку, где-то в глуши Лондона. Полумна продолжала что-то ему втирать про кизляков, а Гарри слушал ее вполуха. До дома добрались поздно. Полумна предложила накормить Гарри своим фирменным блюдом, приготовленным на основе настоя из лирного корня, вот только уставшему мужу есть что-то не очень хотелось. Стянув с себя дурацкий балахон и кинув его в прихожей, Гарри, в нелепом желтом комбинезоне пошагал наверх. Добравшись до своей комнаты, Гарри стянул пестрый комбинезон и решил сегодня ночью пижаму со слониками не надевать. Скинув восточные туфли, Гарри сел на кровать и попытался проанализировать саму ситуацию, всю нелепость его положения. Единственное, что Гарри осознал совершенно четко: мир сходит с ума. И он вместе с ним.