44

— Хейли...На свое имя, произнесенное парнем тихо и осторожно, реагирую неоднозначно. Во-первых, слезы просто градом хлынули по лицу, а во-вторых, пользуясь тем, что мы стоим на светофоре, я выхожу из машины, эмоционально хлопнув дверью.— Хейли!Меня внутри просто переломило в тот момент, когда парень с таким холодным равнодушием и обжигающим презрением ткнул мне в лицо мою наивность. Когда выставил между нами очередную дистанцию и дал мне словесную пощечину. Признаюсь, я слабачка. Сколько бы я ни пыталась бороться с чувствами к этому парню, внутри меня все равно все всегда возвращалось в исходное положение. Я не то, чтобы не могла без Гарри, просто я очень хотела быть с ним. Потому что знала, какого это. Знала это чувство, когда ты рядом с ним и когда он тобой дорожит.Мне было важно его присутствие в моей жизни.Вот в чем была эта чертова правда.Не в соплях и розовых мечтах, нет. Это все отдавалось только фоном и то, без особой веры.Я выхожу на пешеходную дорожку и, рыдая, двигаюсь вперед, пока где-то рядом снова не паркуется авто Гарри.— Хейли! Постой же!Парень выбегает за мной и, конечно, довольно быстро оказывается рядом. Я слышу как он хлопает дверью машины и чувствую как участливо он перехватывает мою руку и встает передо мной.— Эй...Его голос дрогнул и оборвался где-то прямо передо мной. Такой хриплый надрывный звук, словно внутри Стайлса что-то треснуло и сломалось. Слишком отчаянно и безнадежно. И да, мне очень хорошо было знакомо это самое чувство.Я не вижу парня из-за льющихся каскадом слез, поэтому просто со всей силы толкаю его. Выплескиваю свою боль на физическом уровне.— Проваливай!Мой голос давно уже сел и вырвался какими-то надрывными несвязными звуками. Но меня просто душило чувство обиды, потерянности и дикая тоска по человеку, который был мне всегда так дорог. Я ненавидела в эту минуту Стайлса за все, что он мне причинил! Ненавидела всей душой за то, через что мне приходилось проходить из-за него!Столько саморазрушения, саморазрушений и самоуничтожения из-за парня, которому было просто плевать.— Эй, ребята, у вас все нормально?Ребята припарковались рядом с машиной Гарри, когда поняли, что мы сделали незапланированную «остановку». Сэм сразу вышел из моей машины, когда Сара остановилась перед машиной Гарри, и обеспокоено обратился к нам с Стайлсом. Поворачиваю к парню заплаканное лицо, но ничего не могу сказать внятного. Смутно различаю вышедшую Сару, которая отзывает Сэма и кивает ему в сторону машины, намекая на то, что не надо вмешиваться.— Проезжайте дальше, Сэм. Мы чуть-чуть задержимся.Гарри обращается к другу уже смиренным тоном, лишенным истерической нервозности или агрессии. Когда я пытаюсь обойти его, Стайлс не дает мне этого и касается руками моих плеч почти осторожно. В то время как я просто яростно толкаю его и пытаюсь сдвинуть этого парня со своего пути.— Я ненавижу тебя, Стайлс! Ненавижу!Звук отъезжающей машины ребят даже не трогает меня, я полностью сосредоточена на парне перед собой и той боли, что он мне каждый день причиняет.— Хейли, прости... — Гарри развел руки в сторону, явно всматриваясь в мое лицо своим участливым взглядом. — Я идиот, знаю! Я не хотел тебя обидеть, клянусь!Но я только яро толкаю парня в грудь, истошно всхлипнув.— Я устала, Стайлс! Устала!Снова толкаю его, после чего раздраженно впиваюсь руками в свои растрепанные волосы. Мне будто резко отказали легкие, заставив меня задыхаться от недостатка кислорода.— Сначала это чертово кладбище! Потом бар!— Хейли...Я отмахиваюсь от его рук, поздно осознав, что меня накрыла истерика. Стресс от пережитого кошмара наконец-то дошел до меня во всей своей красе и во всем своем полном масштабе.— Посмотри! Я вся в пыли и грязи! — указываю руками на свои грязные джинсы, снова содрогаясь от мысли, где я так их испортила. — Мне пришлось среди ночи обойти все наше кладбище и чертов восточный Саутсайд! И я удивляюсь тому, что я все еще не седая!Я, конечно, кричу, но уже хотя бы перестаю так надрывно рыдать. Гарри просто берет меня за плечи, не дав мне нервно начать расхаживать из стороны в сторону. Конечно, я эмоционально брыкаюсь и зло толкаю его в грудь.— И я устала воевать с тобой, Стайлс! Устала! — слезы уже представляют собой водопад и явно собираются только усиливаться. — Хватит издеваться надо мной! Мне жаль, что я тебя так раздражаю, правда жаль! Но хватит делать меня виноватой! Ты сам все портишь! Сам лезешь ко мне, вместо того, чтобы держаться от меня подальше, раз я тебя так бешу!Парень встряхивает меня, чтобы вставить слово, которое только сильнее разрывает мне сердце.— Хейли... да все не так...На его позднее виноватое сожаление отвечаю своей вырвавшейся истерией.— Я устала и мне страшно! Мне все еще страшно! Такое ощущение, что весь этот кошмар продолжается!Мое несвязное, но громкое бормотание, сопровождающиеся истошными всхлипами, разведенными в сторону руками и яростной жестикуляцией, прерываются, когда Гарри просто с силой прижимает меня к себе. Не дав мне вырваться и выслушав от меня очередное ругательство в свой адрес, парень, в конце концов, получает рыдающую девушку у него на груди.Все то время, что я рыдаю ему в футболку, парень крепко прижимает меня к себе, ласково приглаживая мои волосы и нашептывая мне на ухо успокаивающие слова. Парень так бережно держит меня в своих руках, что я от этого осознания нужности и участливости начинаю рыдать только еще больше.Грубо говоря, моя истерика длится ровно двадцать минут и прекращается только тогда, когда Стайлс целует меня в лоб и, коснувшись большими пальцами моего лица, нежно утирает мокрые щеки.Я поднимаю на него взгляд беззащитного ребенка и мне уже даже не стыдно. Сейчас я нуждалась в нем и не скрывала этого.— Все закончилось, Хейли. Я рядом.Гарри пронзительно мягко касается большим пальцем моих губ, замерев так на пару секунд, после чего бережно очерчивает большим пальцем мой подбородок. Я в несколько отрешенных чувствах, поэтому не впадаю в ступор, в который бы обязательно впала, будь я в состоянии более адекватном, чем была сейчас.Стайлс вел себя со мной так, как я хотела, чтобы он себя вел.И это грело душу больше чем что-либо.— Я идиот, Хейли. Я сам все порчу, знаю.Гарри довольно удрученно вздыхает, с искренней грустью отведя взгляд себе под ноги, прежде чем вернуть его ко мне с неприкрытой тревогой.— Но ты не представляешь, что я пережил, когда получил от тебя то сообщение.Он говорит это твердо. Каждое слово раздается внутри меня глухим ударом.Гарри умел быть убедительным.— А зная тебя, Грин, к твоему краткому тексту сообщения я добавил самостоятельно те эмоциональные подробности, которые ты в силу своей вечной осторожности наверняка опустила!Парень снова эмоционально качает головой, убрав руки от моего лица, чтобы прожестикулировать ими свое беспокойство.— Гарри...Парень тяжело вздыхает, когда я глухо обращаюсь к нему, и уже более спокойно возвращает свои руки на прежнее место.Ко мне.Пронзительный и какой-то ранимый взгляд зеленых глаз парня впивается в меня слишком уж настойчиво.— Я пережил ужасные полтора часа, изнывая в переживаниях о том, пострадала твоя задница или нет.Парень никогда не отличался каким-то романтизмом и в его словах всегда присутствовала некая ироничная привязка. Гарри из тех, кто избегает в разговоре соплей и, даже признаваясь в чем-то сокровенном, всегда снизит градус признания неким смягчением ряда фраз со стилистической иронией в обращении. Мы с Джеммой одни из немногих, кого никогда не раздражала в парне эта черта.— Я разорался на тебя в машине только из-за того, что мои нервы уже просто дали сбой, Хейли. Прости. Я просто боялся, что ты пострадаешь. — Гарри осторожно проводит пальцем по моей нижней губе, ранимым и опечаленным взглядом обнимая мое лицо. — Я готов был убить любого, кто тебя как-то обидит, Хейли. Клянусь, я бы убил за тебя.Хлюпнув носом, только смущенно опускаю взгляд. Парень растрогал меня до глубины души и его признание было лучшим, что я слышала в своей жизни. Мне было важно узнать, что Гарри беспокоился. По-настоящему беспокоился. И не только о Саре и Сэме. Гарри тревожился обо мне. О девочке, которая так по нему скучала.— Заканчивай лить слезы, Хейли. Я начинаю чувствовать себя еще большим дерьмом.Не сдержав грустной улыбки, уже вяло утираю мокрые глаза, в момент смутившись того, что парень все еще на меня смотрит. Без прежней раздраженности, без пренебрежения, без холода. В его взгляде только согревающая мягкость и редкая для меня участливость.Я смущаюсь моментально и Гарри видит это.На его лице появляется добрая, но самодовольная улыбка, которая была самой сексуальной из всего его арсенала.— Ты краснеешь, Грин.Я закатываю глаза, после чего закрывая ладонями половину лица.— Ты не меняешься, Гарри.Парень, усмехнувшись, только шире улыбается, выставляя на показ ямочки, в которые так и хочется ткнуть пальцем, отчего я сама не могу сдержать предательскую улыбку.И меня трогает, что Гарри все еще держит меня в своих руках. Сейчас я напоминала себе опустошенный сосуд, который рухнет и разобьется стоит его выпустить и оставить без поддержки.Парень, придерживая меня одной рукой за талию, второй ласково тянется к моему лицу, чтобы убрать с моего лица непослушные прядки волос. Я задерживаю дыхание, почти не веря в то, что все это происходит на самом деле.— На улице прохладно, Хейли. Давай вернемся в машину.Гарри так же ласково заглядывает мне в лицо.— Я больше не обижу тебя, обещаю.Парень обращается ко мне мягко, поэтому я смиренно киваю, так и не рискнув вернуть к нему взгляд. Просто потому, что я все еще смущена.От того, как он смотрит.От того, что говорит.И что заставляет меня чувствовать.Снова.И снова...