Часть семнадцатая

Проснувшись, Гермиону охватило чувство дежавю. Настолько сильное, что её перой мыслью было: «Неужели это все был сон, а война ещё не закончилась?»Придя в себя, она прошла в «комнату» которую когда-то занимала она. Профессор лежал, явно задумавшись, немигающим взглядом глядя куда-то наверх. Девушка не стала ему мешать и направилась за чаем и печеньем. Когда поднос стоял на столике, Северус наконец обратил внимание на студентку.«Что же это, Альбус?» пронеслось у мужчины в голове, после чего он потянулся за чаем. — Доброе утро, профессор.— мисс Грейнджер, улыбаясь, жевала печенье. Снейп промолчал. Вдруг его руки задрожали, напиток в кружке пошел рябью, а сам зельевар сжал челюсть и чуть сгорбился. Гермиона отобрала у него чашку и села рядом.— Что с вами? Что мне делать?— взволнованно пролепетала она и взяла его за руку. Тот лишь отрицательно покачал головой и через несколько секунд открыл глаза. Он посмотрел на неё внимательным, изучающим взглядом, после чего вытащил ладонь из ее цепких рук и проговорил:— Когда вы это заметили?— Достаточно давно, чтобы принять решение о помощи вам. Правда, я пока не знаю, как это остановить. Почему вы не хотите что-либо с этим делать? Неужели вам совсем все равно? — Гермиона явно хотела разговорить профессора.— Мое физическое и психологическое состояние не должно вас интересовать. Вам не следует строить из себя мать Терезу, помогающую всем и вся, и уж тем более мне. — сказав это, он встал и повернулся к ней спиной. Он не собирался быть грубым, но обстановка и состояние давило и он не сдержался. Его холодный тон обидел девушку, но она не спешила сдаваться:— Если вы считаете, что мое желание помочь вызвано тем же, что двигало мной при продвижении ГАВНЭ, то вы глубоко ошибаетесь! Как вы считаете, почему я столько времени провела именно в визжащей хижине, а не в больничном крыле, где моя помощь была так же востребована? Почему я помогала Гарри и Дамблдору доказать вашу невиновность? Почему только я заметила странности в вашем поведении?! — Потому что вы - невыносимая всезнайка, что словно маньяк следит за преподавателем, вероятно, в научных целях. — спокойно проговорил он, но в его голосе проскочили неуверенные нотки.— Нет же, профессор, нет! Как вы не понимаете? Я же просто вас л...люб..лю..— последнее слово смешалось с осознанием своего признания и появившимся неожиданно первым всхлипом. Пара слезинок прокатилась по щекам студентки, которые она тут же вытерла и сделала вдох-выдох.— Ну и когда же вы это осознали? — насмешливо проговорил он,— вы больны, мисс Грейнджер. Причем серьёзно.— Может вы мне и диагноз поставите?!— Сами поймете, — сказал он.Вдруг профессор упал на колени, схватился за сердце и застонал. Гермиона тут же подбежала, присела рядом и призвала обезболивающее. Однако Северус встал, поднял бровь и как ни в чем не бывало произнес: — А теперь проанализируйте свои ощущения,— сказав это, оказавшийся превосходным актером профессор вышел из палатки, чтобы присмотреть интересные книги. Гермиона простояла в ступоре около минуты, после чего все же прислушалась к себе. Она осела на пол, осознав, что чувствует.. возбуждение! «Что? Возбуждение? Из-за жалости что ли? Как же так?! Почему я не обращала на это внимание раньше? Неужели я действительно ничего, кроме этого мерзкого чувства к нему не ощущаю?»

Просидев так с полчаса, Грейнджер вышла к зельевару.— Профессор, простите меня, вы были правы..— ей было стыдно говорить об этом,— и все же, сэр, я не соврала вам. Не только.. ЭТО движет мной.. я.. вы еще давно были небезразличны мне. Еще с первого курса, я думаю.— Поделитесь захватывающей историей?— и снова игра бровями..

Продолжение следует...