Глава 13 (часть 2)

- Ты слышал это...? – спустя несколько мгновений, в течение которых она вся обратилась в слух, спросила Гермиона, ее голос был чуть громче шепота. Ее глаза расширились, она привстала, окинув быстрым взглядом округу.Кивнув, Драко приподнялся на локтях. Шаги, казалось, остановились на мгновение, и у Драко неприятно засосало под ложечкой. Спустя несколько минут шаги возобновились. Сердце Драко оглушительно заколотилось в груди, и он подумал, что такой шум обязательно выдаст их обоих.Гермиона окончательно села, оглядываясь вокруг, надеясь увидеть неясные очертания кого-то вдалеке. Ничего не обнаружив, она нахмурилась и поближе пододвинулась к Драко.На лице Драко застыло напряженное выражение, и он привел свое тело в сидячее положение. Шаги снова остановились где-то вдалеке, но каким-то образом он знал, что они по-прежнему не одни. Облизнув губы, он перевел взгляд на Гермиону, прежде чем встать.Гермиона подобрала мантию с земли, окинув быстрым взглядом окрестности.- Спасибо, - тихо отозвался Драко, отряхивая мантию и медленно оборачиваясь вокруг, его хорошо тренированные глаза сканировали пространство вокруг них, пытаясь заметить хоть какие-то признаки движения. – Все в порядке... Значит, план такой... - начал он, подавая Гермионе руку и ведя ее по направлению к выходу.Гермиона последовала за ним, стараясь ступать как можно легче, чтобы снег под ногами не скрипел. Ее сердце отчаянно колотилось, и она оглядывала все вокруг широко раскрытыми глазами.- Ты иди первая... Я останусь здесь и посмотрю, я хочу быть уверен, что ты дойдешь до школы, - продолжил Драко тихим голосом, обернувшись к ней, укрытый тенью, которую отбрасывала стена стадиона. – Я подожду несколько минут, а потом последую за тобой, и в это время... Что? На что ты смотришь? – Глаза Драко под нахмуренными бровями пристально разглядывали лицо Гермионы, словно пытались прочесть ответ, который был скрыт в ее чертах.Она уставилась через его плечо с открытым ртом, ее глаза расширились больше прежнего (*ага, они уже стали размером с блюдца :) - прим. пер.*), и, казалось, она не слышала ничего из того, что он ей только что сказал. Улыбка медленно расцвела на ее лице, когда она взглянула на него, озадаченного тем, что она увидела вдалеке.– Что? - прошипел он, слегка помотав головой так, словно не мог ничего понять.- Шшш... - прошептала Гермиона, приложив пальцы к его губам, а другую руку положив ему на плечо.Все еще хмурясь, Драко дернул плечом. Это дало ему возможность увидеть то, что заметила она. На искрящемся белом поле оно, казалось, сливалось с падающим белым снегом. Но когда он окончательно разглядел это, даже он не смог удержаться от улыбки.Одинокий светящийся единорог стоял возле одной из оранжерей и жевал священные листья, которые профессор Спраут выращивала возле постройки. Его рог мерцал в лунном свете, он тихо фыркал, изящно обрывая листья с куста, и снежные брызги разлетались во все стороны от его морды. Снова фыркнув, он отряхнул свое тело, и его великолепный длинный хвост рассек воздух.- О... Бо... - у Гермионы перехватило дыхание, она приложила руку к губам в немом восхищении. Несмотря на то, что она видела жеребенка единорога однажды на Хагридовском уроке по уходу за магическими существами, никогда в своей жизни она не видела совершенно взрослого единорога... Никогда в жизни она не видела такой красоты. Она выглядел, как безупречная чистокровная лошадь, наездником которой достоин быть лишь ангел. Он сверкал и искрился в ярком лунном свете так, словно огоньки облепили каждую прядь его гривы, каждую его шерстинку золотой пылью.Улыбнувшись еще шире, Драко перевел взгляд на нее. Он знал, что даже в колдовском мире единорога можно было увидеть крайне редко. Они не доверяли людям и редко выходили из леса, где они жили. Обменявшись улыбками с Гермионой, он обнял ее за талию, и повернулся, чтобы еще раз взглянуть на истинно величественное создание, стоящее перед ними.Гермиона чувствовала, что к глазам подступили слезы от огромного, непередаваемого, невероятного чувства, которое она не могла выразить словами. Когда она была маленькой девочкой, дома она всегда любила читать книги, в которых описывались непреложные факты: научные книги, книги по истории, но в ее спальне, помимо большого количества книжных полок с такими книгами, вы гарантированно нашли бы по меньшей мере несколько книг в жанре фэнтези. Единорог всегда был ее любимым волшебным созданием, у нее даже был один плюшевый, когда она была маленькая. Никогда в жизни она не могла представить, что ей посчастливится наяву увидеть его, и теперь, когда это случилось, у нее не было слов.Маленькие волоски на ее затылке встали дыбом, и, в конце концов, она ухитрилась отвести глаза от единорога и перевести взгляд на Драко.

- Разве священные листья не ядовиты для животных?Помотав головой, Драко быстро взглянул на нее.- Не для единорога. Ничто в природе не способно убить единорога. Их очень трудно уничтожить, – объяснил он, оглядываясь на нее. – Поэтому их кровь так ценна... Она так чиста, и ты знаешь ее свойства, как она действует. Также их рог, говорят, защищает от яда, так что... Я считаю, они просто прекрасны.Гермиона кивнула и улыбнулась, снова оглянувшись на единорога.- Как ты думаешь, он знает, что мы здесь?- Вероятно, - слабо ухмыльнулся Драко.Подняв свою величественную голову как раз в этот момент, единорог ударил копытом о снег, тщательно изучая их, словно он слышал их разговор.Гермиона сделала шаг назад, не столько от страха, сколько из уважения.- Наверное, нам стоит уйти... оставить его одного.Драко согласно кивнул, посмотрев на нее.- Давай уйдем.Гермиона бросила прощальный взгляд на единорога, но, к ее удивлению и разочарованию, его там уже не было.- Куда он ушел...? – задала она риторический вопрос, не ожидая, что Драко ответит.Драко вопросительно поднял бровь, и его взгляд скользнул по теплицам.- Я... я не знаю, - медленно ответил он. Казалось, он просто исчез, растворился в белой снеговой пелене и пропал.Гермиона тихонько всхлипнула от удовольствия и от сожаления, что не может больше любоваться этим восхитительным зрелищем, и взяла его за руку.- Ладно, может, пойдем?Драко снова кивнул, накинул мантию на плечи себе и Гермионе, и они продолжили свой путь назад, к школе.- Вероятно, это лучшее, что мы могли сделать в данный момент...Гермиона удивленно подняла брови и посмотрела на него:- Что ты имеешь в виду?Он только пожал плечами:- То, что мы уходим.Брови Гермиона поползли вверх, она явно ожидала более обстоятельного объяснения.Усмехнувшись, Драко направился к главной двери и открыл ее перед ней.- Единорог может быть приручен только прикосновением девственницы.- Ох, заткнись, - Гермиона пыталась выглядеть строгой, покидая его, но ее губы невольно искривились в улыбке, когда она направилась в холл.

***Драко вошел в спальню и скинул туфли. Он шел с Гермионой вверх по лестнице и половину пути до ее гостиной, прежде чем повернуть к себе. Хотя в тот момент было около двух часов ночи, они все же не хотели рисковать быть увиденными вместе. Дрожа от холода, который исходил от пола и пробирался через носки, Драко тяжело вздохнул, стянул свою мантию и повесил на спинку кресла.Громкий храп, который раздался справа, заставил его подпрыгнуть, и Драко скривился, завешивая кровать балдахином. Храп явно принадлежал тому, кто спал за этим балдахином – Грегори Гойлу. В это время храп Крэбба слился с храпом Гойла, создавая гармоничное созвучие, которое наводило на мысль о драке двух огромных быков, ревущих что есть мочи.- Чертов ад... - выругался Драко сквозь зубы, начав расстегивать рубашку. Рев только усилился, еще больше досаждая Драко. Пока он переодевался в пижаму, раздражение его так возросло, что он был готов наброситься на них. Потянувшись за мантией, чтобы достать палочку, он быстро наложил заклинание безмолвия (которое он счел наиболее подходящим) на каждого спящего, а затем отправился в свою собственную кровать.Откинув балдахин, он быстро нырнул под одеяло, натянув его до самого носа. В слизеринской спальне было всегда холодно, но в последние месяцы, такие как декабрь и январь, она была на грани замерзания, и Драко, одетому лишь в шорты и майку, было, мягко говоря, прохладно. Удовлетворенно вздохнув и зарывшись лицом в подушки, он только начал согреваться, когда что-то испугало его, да так сильно, что он чуть не свалился с кровати.