Часть 3 Глава 4

Глава 4

Время шло. Ученики и учителя потихоньку входили в процесс нового учебного семестра после столь долгих каникул. И Гермиона, и Снейп уже полностью привыкли к новому распорядку и успели вновь стать просто учителями, которым не нужно распутывать клубок загадок и опасностей. И это заставило Гермиону по-другому смотреть на февраль – один из её нелюбимых месяцев года, стал самым умиротворённым.

Гермиона сидела в библиотеке в конце рабочего дня. Уроков в её расписании оказалось достаточно мало сегодня, поэтому она успела застать даже светлые дневные часы, которых зимой, увы, не так уж и много. Библиотека Хогвартса – особое место для любого, кто любит учиться, и особенно для того, кто любит книги. Кажется, что, проведя здесь достаточно времени, можно познать все тайны Магического мира, руководствуясь только обилием здешних книг.

Хотя молодая профессор уже столько лет посещала её, в последнее время у неё совершенно не было возможности оценить настоящую красоту бескрайних книжных стеллажей, которые подпирают высокий потолок, словно атланты небо. И это великое множество потёртых и зачитанных кожаных корешков книг вновь взволновали её так, будто она впервые вошла сюда.

Настроение было у неё самое мечтательное, и она в очередной раз засмотрелась в окно. Но в реальность её вернул мерный звук шагов. Этот удар каблуков о пол сложно с чем-то перепутать. Быстры, целеустремлённый, но не спешащий – в одних ситуациях, и медленный, размеренный, даже зловещий – в других. Из-за стеллажа показалась чёрная мантия, а приближающиеся за спиной шаги, заставили Гермиону обернуться.

- Профессор Снейп, - улыбнулась она игриво, - разве вы не знаете, что подкрадываться сзади – невежливо.

- Профессор Грейнджер, - произнёс он своим низким, многогранным голосом, - я разве похож на того, кто крадётся? – он слегка улыбнулся, - Ты хотела меня видеть?

- Да. – кивнула она, - Из-за слишком длительных каникул наш график уроков немного сдвинулся, и мне предстоит несколько совместных уроков с мадам Стебль. У первого, третьего и пятого курсов. Это была моя идея, ведь Зельеварение и Травология связаны. Уроки утвердили, но Помона вежливо и бесповоротно объявила это нелепостью и отказалась готовиться к нашему уроку. Поэтому этим занимаюсь я. – Гермиона откинула волосы с плеча назад, - Видимо не все так горят своим делом, как хотелось бы, но я хочу придумать что-то увлекательное. А у вас, профессор, опыта намного больше, нежели у меня. Вот и позвала вас за парой идей.

- Вы пытаетесь составить план двойного занятия? – усмехнулся он нарочито высокомерно, - Ах, вот и заметки. – он пробежался глазами по листу, - Пока что, ваш план выглядит так, будто его писал первокурсник. Неужели вы настолько в себе уверены, что думаете, будто сдюжите такую сложную задачу. Да и не по своему предмету? Вам бы свой научиться объяснять.

Его губы украсила усмешка и он пристально посмотрел на неё, сверкнув чёрными глазами. Гермиона приняла вызов и уверенно улыбнулась ему.

- Ах вот как! – она почувствовала этот приятный огонёк, какой всегда зажигали в ней их словесные перепалки, - Если бы вы, в своё время, потратили больше времени на объяснения, а не на сарказм, возможно, ваши ученики не путали бы корень мандрагоры с корнем валерианы.

- О, профессор Грейнджер, вы всё ещё не простили мне тот случай на втором курсе? — он склонился ближе, его голос стал тише и глубже, — Или, может быть, вы просто пытаетесь отвлечь меня от того факта, что не можете справится без моей помощи.

Он смотрел на неё со злой усмешкой. Практически нависая над ней, словно дементор над своей жертвой. И хотя Гермиона умело держала удар, сейчас она не выдержала первой. Общая атмосфера библиотеки и её душевного спокойствия не позволяли ей сейчас погружаться в огненный обмен остротами, и её игривая улыбка стала мягкой и доброй. Её карие глаза искренне и открыто с теплом посмотрели на него, и её щёки тронул лёгкий едва различимый румянец.

- Куда уж мне. – ласково сказала она.

Снейп не мог не уловить эту перемену. Он всмотрелся в её лицо и чуть не утонул в её глазах. Его мысли увели его к тому, что он собирался сделать, и он весь затрепетал. Он смотрел на неё, снова удивляясь тому, как это прекрасное создание оказалось рядом с ним. Ему так сильно захотелось поцеловать её прямо сейчас.

- О чём думаешь, Северус? – спросила она его, чувствуя, что его взгляд стал слишком глубинным.

Он осёкся и выпрямился.

- Насчёт идей... - пытаясь казаться собранным, произнёс он, - Я бы рекомендовал посмотреть «Травологию и алхимию» Харрисона Уэллса, «Зелёная ведьма» Эрин Мёрфи-Хискок, «Лунный цикл растений» Сколль и Хати Стурлусонов, «Тёмные правила» Алистера Кроули.

- Но разве Кроули не в запретной секции? – возмутилась Гермиона.

- Да, он там. – кивнул Снейп, - У Кроули есть ряд сведений, которые расширяют представления, как о Травологии, так и о Зельеварении, и я не имею ввиду Тёмные Искусства. Вас что-то всё же беспокоит, профессор?

- Да, беспокоит.

- Вы слишком правильная, чтобы преподавать. – он снова усмехнулся, - Иногда нужно знать больше, чем используешь, чтобы грамотно преподносить знания.

Гермиона проводила взглядом его тёмную фигуру, и сама себе под нос улыбнулась.

Ни она, ни Снейп не обратили внимание, столько любопытных глаз привлекла эта весьма затейливая беседа. За читальным столом, чуть выглядывающим из-за стеллажа, что за спиной Гермионы, за ними следили несколько юных и любопытных глаз.

- Ты это видел? – шепнула пятикурсница с Гриффиндора.

- Что именно? – сказал Эдмунт Блэквуд, делая безразличное лицо.

- Они как будто... флиртуют. – дополнила она.

- Джеки, - вздохнул он, - не говори глупостей.

Эдмунт почувствовал себя неуютно. Он чувствовал расположение и к обоим профессорам, и не считал, что вправе обсуждать их личные отношения у них за спиной.

- Да не может быть! – шепнула ещё одна гриффиндорка, но уже с третьего курса, - Это же Снейп. Он никогда ни с кем не флиртует.

- Но он же улыбался, Натти! - настаивала Джеки. - Это точно что-то значит.

- Да, что ты слишком большое придаёшь этому значение. – попытался замять дело Эдмунт, - Может быть они просто обсуждали какое-нибудь зелье, вот и всё. Снейп тоже когда-то преподавал Зельеварение.

- Нет, это что-то большее, - уверенно сказала Джеки, - Натти, я чувствую это. Они точно что-то скрывают.

- Хватит городить чушь. – негромко, не отрываясь глазами от книги, произнёс студент Когтеврана, сидевший напротив них, - То, что Грейнджер и Снейп мутят, уже давно не секрет, я слышал, у них даже общая комната в башне преподавателей. Да и не надо быть гением, чтобы видеть все эти взгляды, или как они гуляют под руку, да и вообще они не особо скрывают. Вы серьёзно настолько слепы? Это происходит давно, они спят друг с другом, это и пуффендуйцу понятно.

Эдмунт покраснел, невольно подумав о совместной комнате профессоров и о последнем высказывании когтевранца, и отвернулся.

- А мне кажется, это очень мило. – произнесла задумчиво Элион Малфой, что всё это время сидела рядом с Эдмунтом, - Они очень красивая пара. Жаль, что из-за общей работы они это почти не показывают. Я бы посмотрела на такую красивую любовь.

- Он же старый! – возмутилась Джеки.

- Ну всё! – Эдмунт поднял голос, - Это не ваше дело и вам должно быть стыдно, особенно тебе, Джеки, и тебе, Лакс, за такие высказывания о профессорах! Мог бы постыдиться хотя бы слов «мутят» и «спят».

- Они же взрослые люди, конечно, они... - продолжал Лакс бесстрастно.

- Заткнись.

Он взял книгу и направился к выходу из библиотеки.

- Этот Диик такой милый! – говорила восторженно Гермиона в один из вечеров на учебной неделе, - Я и забыла, как давно не видела никого из домашних эльфов, кроме Кикимера. Мы виделись с Дииком несколько раз, от меня он не прячется, как от остальных обитателей Хогвартса. С ним можно вести интересные беседы.

Гермиона лежала на кровати и поглаживала Живоглота, пока Северус занимался чаем. Она хотела сделать его сама, по-магловски, но он решил поухаживать за ней, хоть редко отказывался от магии во время бытовых действий.

- Мне кажется это немного странным. – растянуто произнёс Снейп.

- Что именно? – спросила Гермиона.

- Что Амелия так много знала про Выручай-Комнату. – задумчиво говорил он, ожидая, когда чай заварится, - Насколько я помню, ты и твои друзья на пятом курсе тоже много времени там проводили?

- Верно. – кивнула Гермиона, - Но тогда мы едва ли могли попасть в неё с другого этажа.

- А Амелии удалось прямо из гостиной Пуффендуя? – поднял чёрную бровь он.

- Да, пожалуй, ты прав. – задумчиво протянула Гермиона, - Мне и в голову не пришло, насколько это странно, я была так поглощена произошедшим. Думаешь, ей кто-то подсказал?

- Или новое поколение детей более сообразительно. – усмехнулся он, - Так что там этот Диик?

Снейп налил чай себе и ей, подошёл и поставил чашку чая на тумбочку возле кровати, со стороны Гермионы.

- Он славный. – сказала она, - Все эльфы разные, но Диик мне очень напоминает одного старого друга.

- Какого? – Снейп сел на свою сторону кровати и подул в кружку.

- Добби. – по-доброму грустно произнесла Гермиона.

- Добби? – удивился Снейп, - Эльф семьи Малфоев?

- Вернее, бывший. – поправила его девушка.

- Да, я слышал. Поттеру удалось обманом освободить его. – Снейп усмехнулся и отпил немного чая.

- Что смешного? – спросила она.

- Я подумал, как же интересно Люциус научился делать свою безупречную укладку без домовика?

Гермиона не сдержалась и засмеялась.

- А бантик на собранные волосы он сам себе завязывал?

Снейп тоже испустил смешок.

- Вот уж не думаю. – он сделал ещё глоток, - И что с ним стало?

- Он погиб. – вздохнула Гермиона, - Он помог нам и погиб.

- Когда?

- В особняке Малфоев. – продолжала она, - Когда нас поймали егеря. Добби вытащил нас, он домовой эльф, его магия сильнее магии волшебников. Мы не могли трансгрессировать, а для него это не было проблемой. Только Беллатриса Лестрендж успела метнуть свой кинжал. Так жаль...

Гермиона замолчала, перед её глазами предстал залив и копающий лопатой, а не магией, могилу Гарри. Она тихонько отпила горячий чай.

- Он был очень свободолюбивым. – улыбнулась девушка, - Преданным и смелым. Я рада, что он успел испытать больше, чем жизнь в рабстве.

- Ты всё ещё веришь, что домашние эльфы должны быть освобождены? – медленно спросил Снейп, пристально глядя на неё.

- Конечно! – в её голосе появился праведный жар, - Эльфы удивительные создания. Их магия отличает от нашей и намного могущественнее! Это преступление прятать такой потенциал в рабстве. Некогда волшебники испугались этого, и теперь миллионы эльфов вынуждены служить, нося какое-то тряпьё!

- Если их магия настолько сильнее нашей, почему же они позволили себя поработить? Думаю, для них это вопрос щелчка пальцев. – мрачно проговорил он.

Гермиона нахмурилась и посмотрела на него.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Я хочу сказать, что раз они не способны применить свою «великую» силу, чтобы защитить себя и свой народ, то находятся на подобающем им месте. – отчеканил он, - Возможно это изменится, когда-нибудь. Но сами они это поменять не способны, и не похоже, что собираются. Ты идеализируешь их, Гермиона. Домашние эльфы - существа, чья природа заключается в служении. Они находят в этом своё предназначение. Освободить их - значит лишить их смысла существования.

Она нахмурилась, её брови сдвинулись, но она не стала спорить сразу. Вместо этого она задумалась, её пальцы обхватили чашку чуть крепче.

- Может быть, ты прав. — сказала она наконец, но нотки напряжения всё же прозвучали в этой фразе, — Но разве это не жестоко - лишать их выбора? Даже если они хотят служить, они должны иметь право решать, кому и как. И тем более они не должны терпеть жестокое отношение к себе.

Снейп слегка наклонил голову, его взгляд стал чуть мягче.

- Ты всегда была слишком сострадательной. — произнёс он, но в его голосе не было насмешки, скорее намёк на понимание, — Но мир не всегда соответствует твоим идеалам.

Гермиона вздохнула и нежно улыбнулась, взглянув на Северуса. Они смотрели друг на друга несколько мгновений, его губы тоже растянулись в улыбке. Гермиона вновь нарушила тишину.

- А что насчёт гоблинов? - спросила она с лёгким вызовом в голосе, - Ты считаешь, что они тоже должны знать своё место?

Снейп поднял бровь, удивившись вопросу.

- Гоблины — существа хитрые и алчные. Они не заслуживают доверия, и их стремление к власти над магическими артефактами опасно.

- Ты говоришь так, будто они не имеют права на свои традиции и культуру. - возразила Гермиона, но её голос был спокоен.

- Я говорю так, будто они представляют угрозу. — ответил он чуть более резко.

- Ты не можешь судить всех по нескольким. – чувство собственной правоты заставило её слегка улыбнуться.

Он замер, его взгляд стал пристальным, но затем он медленно выдохнул.

- Возможно, ты права. — произнёс он, и в его голосе прозвучала лёгкая уступка.

Несколько секунд они оба молчали. Гермиона повернулась к нему всем телом и коснулась его руки.

- Иногда я забываю, что ты циник. – мягко произнесла она, улыбнувшись, - Ну и что ты всё-таки слизеринец.

Снейп секунду обдумал её слова, а затем по-доброму усмехнулся и ответил на её прикосновение.

- Признай, тебе именно это и нравится. Было бы совсем неинтересно, если бы я во всём с тобой соглашался, не так ли, Гермиона?

- Ты слишком хорошо меня изучил, Северус.

Он поставил чай на книгу, которую собирался читать, и протянул руку к её лицу, поправив прядь мягких волос и заправив их ей за ухо. Гермиона не отводила от него карих глаз. Такой холодный человек излучал сейчас столько тепла, что она была готова в нём раствориться. Она придвинулась к нему и поцеловала. Снейп вдруг почувствовал то самое волнение, которое её поцелуи вызывали в нём когда-то раньше, в самом начале, словно огненная вспышка. И вызвано оно было искрой решимости, что пыталась разгореться в пламя. Гермиона отпрянула и осмотрела на него. В его глазах читались думы, сложные и понятные только ему. Он взглянул в её лицо и мягко сжал её руку.

- Не сейчас. – прошептал он, не столько ей, сколько себе.

- Что не сейчас? – удивлённо спросила она, хотя в голосе слышалась нотка досады.

Он не сразу понял её эмоцию, но всё же нашёл как ответить и не выдать своих истинных мыслей.

- Я про книги. Кажется, стоит их отложить. – и он снова приблизился к ней, а Живоглот предусмотрительно спрыгнул на пол.

В Хогвартсе средь обычных будней втиснулся ещё один праздник – День Святого Валентина. И хотя ученикам не подлежало в этот день освобождение от занятий, настроение в Хогвартсе стояло особенное. Младшие курсы относились к празднику как всегда с шутливым непонимание, практически безжалостно дразня тех, кто шлёт валентинки через специальную совиную почту, которую подготовили старосты для этого праздника. Однако над девочками не смеялись, только над юными магами. Более взрослые ученики отнеслись к этому празднику со всей серьёзность, вероятно, даже слишком серьёзно. Если кто-то искал повода признаться в своих чувствах или обратить на себя внимание кого-то конкретного, то это день считался практически единственным законным шансом это сделать.

Да и сам замок за ночь преобразился. Огни в некоторых коридорах иногда горели розовым, в воздухе то и дело появлялись и исчезали сердечки, забавно булькая всякий раз, а ряд колонн во дворе Хогвартса внезапно украсили густые кусты роз, что горели на фоне снега ярко-красными и розовыми бутонами.

Гермиона и Северус просыпались рано, но восход солнца заставали только уже каждый в своём кабинете. Самый мрачный преподаватель Хогвартса был напряжён с самого начала, выходя в школьные коридоры из их комнаты в этот день. Хотя Гермиона знала, что Северус не любит этот праздник, считая его излишне сентиментальным, но ей всё равно хотелось сделать для него что-то особенное, и потому её мысли были заняты предстоящим вечером, который она уже договорилась провести вместе с ним в Хогсмиде, где обещали праздничную ярмарку с приезжими торговцами.

На уроках Зельеварения Гермиона сегодня была особенно терпелива со студентами. Она объясняла сложные рецепты с такой лёгкостью, что даже самые неуверенные ученики начинали верить в свои силы. Время от времени она думала о Северусе, она ловила себя на том, что объясняет некоторые рецепты не без использования его слов. Но самым ярким открытием этого дня стал для неё вид целующихся Эдмунта Блэквуда и Софи Карпентер в школьном коридоре. Она сделала вид, что возмущена, но на уроке первым делом многозначительно подмигнула Эдмунту, чем заставила его густо покраснеть.

После уроков Гермиона и Северус встретились у ворот замка. Он ждал её, закутавшись в чёрное зимнее пальто, его лицо было как всегда слегка напряжено. Гермиона с улыбкой подошла к нему, она так ждала вечера, что сложно было скрыть детский восторг на её румяном от мороза лице.

- Извини, что задержалась. – сказала она ласково, - Торопилась и всё валилось из рук.

- Не так уж и холодно. – примирительно сказал он и выставил ей локоть, за который она благодарно взялась рукой в варежке.

Они отправились в Хогсмид пешком, идти было недалеко, но снег и праздничные огоньки в деревне впереди делали прогулку особенной. Вокруг то и дело смеялись и шутили ученики, возбуждённые праздничной атмосферой, чем вызывали у Снейпа недолгие приступы раздражения. Но несмотря на это, они шли медленно, наслаждаясь моментом. Или пытаясь насладиться.

- Ты можешь себе представить? – восхищённо рассказывала Гермиона, - Эдмунт и Софи... Не постеснялись прямо в коридоре! И, наверное, даже не заметили меня сначала. Это видимо у них нет травмирующего опыта общения с Амбридж.

- Полагаю, они были слишком заняты... изучением анатомии? – усмехнулся Снейп.

- Северус, это же дети. А я не смогла просто пройти мимо. Я их отчитала, конечно, но... знаешь, это было так мило. Они так искренне смутились.

Северус вздохнул.

- Мило? Гермиона, они нарушили правила. Если бы это был кто-то другой, а не твои любимчики, ты бы, вероятно, отправила их к директору.

- Не говори глупостей! Конечно же нет, я бы их тоже просто отчитала. – она помолчала и потупила взгляд в землю, - Я знаю, что это непрофессионально, но... они же не сделали ничего ужасного. Просто молодость, первая любовь. – она снова посмотрела на него, - Разве ты не помнишь, каково это?

- Моя молодость была несколько менее... романтичной. – сухо сказал он, глядя в сторону.

Гермиона, испугавшись собственных слов, сжала его руку.

- Северус, я... - трепетно начала она.

- Не извиняйся. – прервал он её, и посмотрел на неё немного мягче, чем помог ей успокоиться, - Просто... я считаю, что дисциплина важна. Если мы будем закрывать глаза на такие вещи, ученики начнут думать, что правила можно игнорировать.

Гермиона мягко улыбнулась.

- Я понимаю, ты здесь отчасти прав. Но, может быть, иногда стоит быть чуть мягче? – она бросила на него игривый взгляд, но он в ответ только поднял бровь и усмехнулся, - Северус, ну нельзя же быть всё время таким букой. Они же не причинили никому вреда.

- Ты всегда была слишком добра к ним. – он слегка улыбнулся, - Но, возможно, в этом твоя сила.

- А ты слишком строг! – сказала она, но потом добавила, как бы нехотя, - Однако не могу не признать, что это тоже даёт свои плоды.

Снейп посмотрел вперёд и сам себе улыбнулся.

- Может быть, мы дополняем друг друга. – тихо сказал он, наклонив в девушке голову.

- Похоже на то. – тепло улыбнулась ему она.

- Ты же понимаешь, что теперь я не упущу возможности подменить, когда ты в следующий закроешь глаза даже на самые мелкие дисциплинарные нарушения? И уж тем более, обязательно тебя отчитаю за это, как более опытный преподаватель этой школы.

- Я в тебе не сомневалась. – Гермиона наклонила голову к его плечу, - Но только если ты пообещаешь иногда быть чуть более... снисходительным.

- А вот это уже вряд ли. – ответил он.

- Ах вот как!

Гермиона негромко засмеялась, чем всё же обратила на себя внимание некоторых проходящих мимо учеников. Это немного смутило Снейпа, и он крепко сжал свободную руку в кармане, которой он всё это время неустанно держал самый дорогой предмет, прожигающий ему карман своей тяжестью. Но он слишком любил её смех — он был таким искренним, таким живым. И это позволило ему несколько расслабиться вновь.

В Хогсмиде царила праздничная атмосфера. Улицы были украшены гирляндами, а в витринах магазинов красовались особенные подготовленные к празднику товары. Они зашли в «Три метлы», чтобы поужинать и выпить по кружке горячего шоколада или сливочного пива, в зависимости от сиюминутного порыва. Гермиона заметила, как Северус смотрит на неё, и почувствовала, как её сердце замирает. В его взгляде было что-то новое, что-то, что она не могла назвать, но что заставляло её чувствовать себя сегодня более особенной.

После ужина они отправились гулять, взяв с собой горячий шоколад в стаканах, хотя Снейп, конечно, уступил Гермионе попробовать, ведь сладости его не прельщали. Потому шоколад был обречён в конечном счёте остыть в его руке.

Северус был ещё более молчалив, чем обычно, и Гермиону уже это начинало беспокоить, но не успела она задать вопрос, как они свернули на другую аллею.

- Ярмарка! – радостно воскликнула она.

По обеих сторон аллеи стояли палатки с самыми диковинными товарами, какие только можно встретить в Волшебном мире. Хогсмид – одно из самых редких мест в волшебной Европе, где можно устроить настоящую ярмарку, не прячась от маглов. И это было удивительно: ручные пушишки из Уэльса, персидские летающие ковры-самолёты, африканские лысые жмыры, которых даже можно было погладить, редкие ингредиенты зелий, говорящие русские пряники, скандинавские волшебные украшения, яйца болтушаек для выращивания, китайские заколдованные хлопушки и многое-многое другое на любой вкус и цвет.

У Гермионы разбежались глаза.

- Последний раз я такое видела в магазине близнецов Уизли... то есть... Джорджа. – хотя воспоминание о Фреде её больно кольнуло, она решила оставить его в покое и вернуться к весёлому празднику, - Ты не против, если мы тут погуляем и всё посмотрим?

Северус осмотрел шумную толпу учеников, толпящихся у всех прилавков, но всё же нехотя кивнул. Они обошли каждый стенд, Гермиона не жалела эмоций, а иногда и денег. Снейп был сдержан, но всё же хорошенько потратился возле лавки волшебных ингредиентов для зелий, мало кто знает, как сложно достать рог дромарога, учитывая, что они почти вымерли в Великобритании, а про шерсть демиаска все уже успели забыть, так сложно её достать, что забываешь о её существовании.

Многих бы раздражало, что, приближаясь к каждой новой лавке, Гермиона сдабривала впечатление новыми интересными фактами о каком-нибудь товаре или о его родине, но Северус наоборот одаривал её сдержанной, но искренней улыбкой. Глаза её горели и в ней было столько света, что казалось будто все эти гирлянды на улице питает только её внутренний огонь – огонь знаний.

Через двадцать минут толкучки Снейп всё-таки выбрался из аллеи, оставив Гермиону докупать то, что она хотела.

- Здравствуйте, профессор! – прошла мимо группа учеников.

Он кивнул и отвёл взгляд. На лавочке возле неработающего фонтана сидела парочка. Не сразу, но он всё же узнал в них мистера Блэквуда и мисс Карпентер. Эдмунта и Софи. Он помнил Софи хорошо, она была несколько дерзкой и несдержанной, и была довольно высокого о себе мнения. Такого ждёшь от ученика Слизерина, но не Гриффиндора. Хотя Эдмунт вполне мог посоперничать с ней в амбициозности. Они держались за руки. Софи была на год его старше и в этом возрасте это казалось существенной разницей, но сейчас, сидя рядом с ним, она была совсем другой, как будто она всё это время она играла роль, пока рядом не появился кто-то, кто может быть дерзким за неё.

И хотя Снейп уже высказался относительно этого Гермионе, прозрачная улыбка тронула его губы. А она ведь права. Когда, как не в юности начинать любить? «Срывать бутоны роз»...

- Кажется я всё. – сказала Гермиона, подойдя к нему, - Что там?

Она проследила направление его взгляда и улыбнулась.

- Я же говорила – мило. – она тихонько взяла Северуса за руку.

- Немного. – он сжал её руку.

- Пойдём к озеру? – спросила она.

- Зачем?

- Я купила фонарики. Мне кажется, будет красиво. – она мечтательно посмотрела на небо, уже почти лишившееся тёплого оттенка заката.

- Пошли. – не став допытываться, что за фонарики, Снейп согласился, лишь бы покинуть это шумное место.

У того берега Чёрного озера, к которому они подошли, никого не было. Каменная ограда прерывалась для входа на пустой хлипкий причал, у которого сейчас не было ни одной лодки. Под ногами хрустел снег, а у входа на причал стоял одинокий фонарь, освещавший полянку тёплым неярким светом.

Гермиона достала из своей бездонной сумки два конвертика, один из которых вручила Снейпу.

- Насколько я поняла, нужно просто использовать заклинание Левитации, чтобы они разложились, а потом поджечь колечко внутри. – сказала она.

- Вингардиум Левиоса. – произнёс Снейп.

- Вингардиум Левиоса. – повторила она.

Два маленьких конверта раскрылись и превратились в довольно большие купала бумажных фонариков. Гермиона радостно посмотрела на Снейпа, который уже начал проникаться её восторгу от таких простых радостей. Они оба осторожно подняли по фонарю с земли.

- Я полагаю, надо поджечь это кольцо. – он указал на крепление с низу.

- Да. – Гермиона кивнула, - Готов?

- Да. – он немного улыбнулся.

- Инсендио. – прошептала она, направив палочку на кольцо.

- Инсендио. – повторил он.

Оба колечка вспыхнули.

- А теперь отпускай. – нежно сказала она.

Фонарики, что были в их руках секунду назад, теперь парили в воздухе сами. И всё больше и больше поднимались в тёмное небо над озером.

Северус взглянул на неё. Она смотрела на небо там же восхищённым полным волнения взглядом, каким смотрят дети, впервые увидевшие потолок большого зала Хогвартса. Столько пережитого, столько изученного, столько привычного и познанного, но эта жадность до мира и удивление ему не угасали в ней не на миг. И всепоглощающие чувство поднялось в его груди. Он действительно не хотел быть банальным и делать это сегодня, но сейчас он понял, что это тот самый момент, и он не может его упустить.

- Гермиона. – произнёс он, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться.

- Да, Северус? – сказала она, всё ещё глядя на небо и два огонька, что кружились над озером.

- Ты удивительная и храбрая девушка. – продолжал он, стараясь не терять самообладание, - Мне повезло увидеть, какой ты выросла.

Гермиона удивилась его словам и повернулась к нему.

- Северус...

- Я... - он запнулся, казалось, он не в силах побороть волнение, и с гневом посмотрел себе под ноги.

Гермиона протянула руку и осторожно опустила ему на плечо. Он поднял на неё чёрные глаза. Она просто тепло и ласково смотрела на него, и мягко улыбнулась ему. Она не знала, что он хочет сказать, но просто кивнула, и всем своим существом дала понять, что всё в порядке, она рядом и слушает. Северус почувствовал это и кинул в ответ, переведя взгляд чёрных глаз куда-то вдаль.

- Я многому тебя научил, но, возможно, ты научила меня большему. – он смотрел на гладь озера, чувствуя как трепещут лёгкие, - Я рад, что случай свёл нас спустя столько лет. – голос его звучал размеренно и спокойно, будто он говорил нечто из учебника, но всю его душу выворачивало наизнанку, и он взглянул на неё, - Но на этот раз я не собираюсь оставлять все на волю случая.

Он вынул руки из карманов, сделал шаг назад и...

Опустился на одно колено.

Дыхание Гермионы перехватило.

Предмет из кармана наконец-то увидел свет, шкатулка была открыта и протянута в его руке. А в ней сверкало золотое кольцо с камнем, меняющем цвет.

- Гермиона... - дыхание предательски сбивалось, ему было сложно произнести хоть слово, - Я не думал, что когда-нибудь кому-нибудь задам этот вопрос, но... Ты... ты станешь... - его сознание окутывал страх, - Ты станешь моей женой?

Как только слова были произнесены, какая-то новая волна эмоций наполнила его грудь и лёгкие. Он чувствовал, словно летит и тонет одновременно. Было нечем дышать, и тёплый пар вырывался из его разомкнутых губ.

Гермиона закрыла рот руками, не в силах справится с эмоциями. Из глаз почти мгновенно покатились слёзы. Она смотрела на него, мрачного, но такого искреннего, растерянного и испуганного, что едва могла вместить свои собственные чувства с своё маленькое тонкое существо. Он смотрел на неё, как на судью, на судью на самом страшном в его жизни суду, где тебя либо наградят, либо казнят.

- Да... – она закивала, и опустив руки от лица повторила, - Да.

Он ошарашенно посмотрел на неё. Маска спала. На лице смешались желание плакать и смеяться. Он не мог поверить услышанному...

- Ты... Ты правда?... – голос его больше не был столь ровным и бархатным, он гулял, выдавал нотки слёз и кома в горле, - Ты...

Гермиона сделала шаг к нему и опустилась перед ним на колени, как и он, в холодный хрустящий снег. И посмотрела прямо ему в глаза своим блестящим от слёз взглядом.

- Да, Северус. – она плакала, - Я стану твоей женой.

Он не смог ответить. Хотя слёзы катились из его глаз, из груди его вырвался смех. Громкий, честный, настоящий. Гермиона улыбнулась сквозь слёзы, он был так счастлив, что её сердце трепыхалось ещё сильнее, а слёзы катились с новой силой. Он обхватил её руками и крепко поцеловал в намокшие и солёные от слёз губы. В это поцелуе было столько жизни, столько силы, столько волшебства, что они чуть не потеряли равновесие.

- Да! – раздался крик.

- Ура! – ещё один.

Они вынужденно прервали поцелуй и направили взгляды в сторону звуков. С пустой тропинки им махали три ученика.

- Поздравляю, профессор! – раздался громкий голос Софи.

- Вот это да! – подхватил Эдмунт.

- Так держать, профессор Снейп! – крикнул Фил Ларсон.

Гермиона и Северус посмотрели друг на друга. Она ожидала, что он будет недоволен и сильно расстроен, что их так прервали. Но он усмехнулся и улыбнулся ей, и, невзирая на посторонние взгляды, снова поцеловал её.