Часть 16

Я никогда не видел тебя так близко.Драко дёрнулся, будто получил небольшой удар током. Это чувство... Что-то незнакомое прежде, что-то совершенно новое и неописуемое простыми земными словами. Сколько раз его обнимала Пэнси Паркинсон с такой нежностью, на какую только была способна, но он никогда не чувствовал ничего подобного. Гермиона даже не думала отстраняться от него, обхватив его шею руками; Драко неподвижно стоял, вслушиваясь в её учащённое дыхание.«Нет, пора это прекращать», — подумал он.— Что ты делаешь, Грейнджер?Гермиона только сейчас поняла, что она сама обнимает Драко, и сильно смутилась. Она совершенно не задумывалась о своих действиях, ей просто нужно было его обнять. Хорошо, что он не мог видеть её покрасневших щёк. Она отстранилась от него.— Я просто... — пробормотала она. — Извини.— Не делай так больше, — растерянно произнёс Драко.Он попытался отойти от неё на несколько шагов, отступая назад, но нога наступила на что-то продолговатое и Драко, потеряв равновесие, упал на мокрую траву. Гермиона не смогла сдержать смех и захохотала так громко и заразительно, что насупленный Драко, потирающий ушибленное плечо, тоже подхватил её смех. Она подошла к нему и подала руку, чтобы он мог встать, но он, как только нащупал предложенную руку, потянул её на землю, и Гермиона упала недалеко от него. — Теперь уже не так смешно? — спросил Драко.— Ты всё равно упал смешнее, споткнувшись о зонты.— Грейнджер, зачем ты меня обняла? — настойчиво потребовал объяснений он.— Я не знаю, — честно ответила Гермиона.— Не знаешь? — удивился Драко. — А если я тебя сейчас поцелую и тоже скажу, что не знаю, зачем я это сделал?Гермионе показалось, что сказанные им слова прозвучали как скрытое желание, а не как издёвка. Она усмехнулась.— Драко Малфой, ты никогда в жизни не поцелуешь кого-то вроде меня, — с вызовом сказала Гермиона.У неё появилась мелкая дрожь во всём теле от холода, ног она почти не чувствовала, а пальцы рук пыталась согреть, касаясь ими горячей шеи.— Верно, — подтвердил Драко, подползая к ней на локтях. — Это совершенно невозможно. Я и ты. Ха!Он подполз уже достаточно близко, чтобы услышать, как она недовольно вздыхает.— Холодно, Грейнджер?— Нет, ни капельки, — дрожащими губами произнесла Гермиона.— Зачем врёшь, я же слышу, что холодно?Драко коснулся её замёрзших рук своими горячими пальцами.«Грейнджер, Грейнджер, зачем же ты прикидываешься неуязвимой?» — ухмыльнувшись, подумал он.— Ну, может, немножко, — сдалась она.У Гермионы с самого детства был очень хрупкий и чувствительный организм. Маленький сквозняк — и она уже пьёт чай с мёдом, запивая таблетки от простуды. А валяться здесь, в мокрой траве после холодного дождя, грозило серьёзными последствиями, но теперь она знает пару полезных рецептов зелий.Драко поднялся с земли, Гермиона тоже последовала его примеру.— Будем тебя согревать, — бодро произнёс он, сокращая расстояние между ними.Драко близко подошёл к Гермионе и обнял её очень крепко, она не стала сопротивляться, обнимая его в ответ. По телу разлилось приятное тепло, будто она выпила пинту кипятка, обжигающего, но не до боли, согрелись даже заледеневшие пальцы ног. Она закрыла глаза и наслаждалась этим странным чувством.— Теперь мы в расчёте? — спустя несколько мгновений поинтересовалась Гермиона, не покидая тёплых объятий.— Не совсем, — прошептал Драко.Он немного отстранился и коснулся пальцами её холодных щёк, скользнул к приоткрытому рту и остановился в своих исследованиях.— Я никогда не видел тебя так близко, — снова прошептал он.— А разве ты внезапно прозрел? — У Гермионы сбилось дыхание, и она выдохнула горячий воздух ему в лицо.— Я прозрел, Грейнджер, я увидел. Ты красивая.Гермиона закусила нижнюю губу и обхватила его лицо руками, всматриваясь в его глаза. Он по-прежнему не фокусировал её лицо, смотря сквозь неё, так почему же он говорит такие странные вещи?— Ты можешь видеть? — взволнованно спросила она.— Я не вижу, так как ты, но я знаю, что ты сейчас нахмурила брови, и смотришь в мои глаза.— Да. А я думала...— Что случилось чудо? — перебил её Драко. — Это невозможно даже в Хогвартсе, в обители волшебства.— Жаль.— Почему, ты ведь хотела, чтобы я научился жить по-новому и видеть без помощи глаз.— Хотела, но я всё же надеялась...— Ты надеешься, что ко мне вернётся зрение? — удивился Драко.— Да, — тихо произнесла Гермиона и отвела взгляд.Профессор Дамблдор сидел в своём любимом кресле с длинной спинкой с важным видом, словно восседал на троне и решал дела государственной важности. Выражение на его лице резко сменилось на беззаботное, и он стал напевать себе под нос гимн Хогвартса, который в прошлом году пела Распределяющая Шляпа.Послышался стук в дверь.— Войдите, — произнёс Дамблдор негромким голосом.Дверь открылась, и в кабинет вошёл задумчивый парень с взъерошенными волосами.— Гарри, я очень рад тебя видеть. — Дамблдор встал с кресла и сделал несколько шагов навстречу гостю.— Здравствуйте, профессор, — улыбнулся ему в ответ Гарри. — Я хотел с вами поговорить, это важно.— Я с удовольствием отвечу на твои вопросы.— Речь пойдёт о чёрной метке и о Драко Малфое.Дамблдор махнул рукой в сторону дивана, приглашая его сесть, Гарри кивнул головой и присел, сложив руки на коленях. Сам Дамблдор вернулся в своё любимое кресло.— Итак? — пытливо посмотрел он на Гарри.Трансгрессировав, промокшие романтики вновь оказались в комнате Гермионы. Она тут же разожгла камин, используя при этом свою палочку, а не спички — ей хотелось быстрее согреться, — сняла с себя влажную мантию и повесила её на спинку стула. Драко присел на краешек её кровати, к нему на коленки запрыгнул Живоглот и замурчал.— Я очень нравлюсь твоему коту, — сказал Драко, положив руку на пушистого любимца Гермионы.— Живоглотик очень не любит чужих людей, и уж если он тебе доверился, значит, почувствовал в тебе что-то хорошее. — Гермиона вертелась перед зеркалом, закалывая свои непослушные волосы.— Или снова хочет шоколадку, — улыбнулся Драко.— Может быть, выпьем чаю? — предложила Гермиона, отходя от зеркала.— Я предпочёл бы кофе.— Сейчас принесу. — Гермиона направилась к выходу.— И захвати булочки, — сказал ей вслед Драко.Она вышла из комнаты, оставляя его наедине с Живоглотом.— У тебя очень хорошая хозяйка, — обратился он к коту, — тебе повезло.Драко ощущал себя в полной безопасности, ему было так уютно в комнате Гермионы.«Наверное, вид из её окна потрясающий», — подумал он и услышал тяжёлые приближающиеся шаги.Это не могла быть Гермиона, ведь кухня находится далеко, да и шаги слишком неуклюжие. Дверь тихо открылась, и некто замер на пороге.— Малфой?— Только тебя не хватало, — пробормотал Драко.— Что ты здесь делаешь, где Гермиона?— Она пошла за кофе, а я у неё в гостях. Тебе что-то не нравится, Поттер?— Нет, мне всё равно. Я подожду её, — сказал Гарри, садясь на неудобный стул.— Так с чем ты пожаловал?— Тебя это... — он осёкся, вспомнив, что это напрямую связано с Драко. — Гермиона просила меня поговорить с Дамблдором о твоей метке.— И что сказал безумный старик?Гарри сдержался, чтобы не ответить какой-нибудь колкостью.— Он поговорил с мадам Помфри, и они пришли к выводу, что у тебя психосоматическая реакция.— Что это? — недовольно переспросил Драко.Его ужасно бесило, если он не мог понять, о чём говорит его собеседник.— Если перевести на доступный тебе язык, то твой нездоровый перегруженный эмоциями мозг, поиздевался над твоим телом.— Поттер, ты больной?— Нет, Малфой, это ты больной, а я просто передал тебе то, что сказал Дамблдор. Видимо, ты очень сильно перенервничал и тем самым спровоцировал якобы активность метки.— Чёрная метка болела не от того, что ОН вернулся? — неверяще спросил Драко.— Волдеморта больше нет, забудь о нём! — раздражённо воскликнул Гарри.Драко не мог понять, что он сейчас чувствовал — облегчение или разочарование. Несомненно, он был ошарашен такой новостью о своей метке, он ведь до последнего подозревал, что Тёмный Лорд возродился из небытия. Эти мысли, конечно, пугали его, но это было логичным и простым объяснением, а то, что сказал Гарри, настораживало. Он что, действительно болен? Ещё не хватало, чтобы его собственный организм воевал против себя. А ведь чёрная метка действительно болела тогда, когда он размышлял о войне, боли или обречённости. Эмоции — вот что активировало псевдо-жжение.— Малфой, ты заснул? — подал голос Гарри, ёрзавший на неудобном стуле.Драко тряхнул головой, позволяя всем мыслям вылететь и разбиться о стены. Он потом поговорит обо всём этом с Гермионой, а сейчас ему лучше уйти. Живоглотик резко спрыгнул с его колен, почувствовав под собой нервное подёргивание ног, он предпочёл устроиться на мягкой подушке. Драко встал с кровати, сжимая в руках трость, и сделал несколько шагов к двери.— Эй, Малфой? — окликнул его Гарри. — Если Гермиона впустила тебя к себе, значит, она тебе доверяет, так что можешь остаться.— Как великодушно, — губы Малфоя скривились в презрительной усмешке, — сам Поттер разрешил мне пребывать в своём обществе!— Хватит, я не собираюсь отвечать на твои бесцветные попытки разозлить меня, — отрезал Гарри.Драко хмыкнул и открыл дверь, столкнувшись с Гермионой. Поднос с горячим кофе полетел вниз, расплескав содержимое кружек на руку Драко. Кожу больно обожгло, и он громко втянул воздух сквозь зубы.— Малфой! — крикнула Гермиона. — Ты что, не слышал как я иду?Она потянулась к его руке, забыв про разбитую посуду, откатила рукав его рубашки и осмотрела ожог. Покрасневшая кожа нуждалась в охлаждении. Гермиона остановила взгляд на комоде у двери, на котором лежали деньги, она достала из мешочка галлеон и приложила холодную монету к его руке. Драко облегчённо выдохнул, но опомнившись и вернувшись к прежнему раздражению, одёрнул руку.— Грейнджер, оставь меня, — брезгливо прошипел он.Монета скользнула вниз и с тягучим звоном встретилась с металлическим подносом; Драко скрылся за дверью. Только сейчас Гермиона заметила Гарри, сидящего в полном недоумении. Всё это время он молча наблюдал за ними.— Привет, Гарри, — глупо улыбнулась она.Он кивнул головой и встал со стула.— Давай я тебе помогу, — сказал Гарри, вытаскивая свою волшебную палочку. — Репаро.Осколки, разбросанные на полу, собрались в жёлтый чайный сервиз, только лужица кофе осталась поблёскивать в свете камина.— Спасибо, — растерянно проговорила Гермиона.Гарри подошёл к подруге и заботливо положил руку на её плечо.— Что у вас происходит? — прищурив глаза, спросил он.— У нас? — не поняла Гермиона.— У тебя с Малфоем.— Ничего не происходит, Гарри.— Ты на него так странно смотришь, словно хочешь обнять.— Жалость? — пожала плечами она.— Не уверен, но мне это не нравится.— Брось, Гарри, он просто заблудившийся непонятый человек, которому тоже нужна поддержка и плечо.— Да, но не забывай про Рона.— А причём тут Рон?— Не сделай ему больно.— Гарри, ты о чём?— Со стороны ваше общение с Малфоем выглядит как... влюблённость, — выпалил Гарри.Гермиона рассмеялась, легонько хлопнув себя по щеке ладошкой.— Ты думаешь, что я влюбилась в Малфоя?— Ну, это единственное, что объясняет твоё непоколебимое желание ему помогать не смотря ни на что.— Я всего лишь хочу, чтобы он справился с жизненными трудностями и понял наконец, что есть вещи намного важнее глупых предрассудков. Он нуждается во мне, вот и всё.— А разве не так поступают влюблённые? — Гарри недоверчиво покачал головой.— Почему тебя это так пугает? — запротестовала Гермиона, жестикулируя руками. — А что если бы я действительно влюбилась в Малфоя?— Меня это не пугает, а скорее удивляет. Я не понимаю, о чём с ним можно разговаривать, он же заносчивый ребёнок.— Просто ты не пытался с ним поговорить по-настоящему.— Так ты не влюблена в него?Гермиона снова собиралась громко рассмеяться и сказать твёрдое: «Нет, конечно», но вместо этого опустилась в кресло, и, глубоко вдохнув, прошептала:— Я не знаю...