Часть 6

Всё пройдёт.Утро Драко началось с того, что его побеспокоила сильная боль в левом предплечье. И снова жестокая реальность дала ему звонкую пощёчину, напоминая, что не стоит ждать перемен к лучшему.«Всё будет хорошо...» — вспомнил он слова Гермионы.Но метка болела ещё сильнее, чем вчера.Драко почувствовал дикий холод во всех конечностях.Он сел на кровати, достал из-под подушки волшебную палочку и взмахнул ею — в камине зажёгся огонь. Драко сильно сжал левую руку. Хотелось бы ему понять, что всё это значит.В дверь постучали.Он сначала удивился, но потом вспомнил, что настойчивая Грейнджер обещала к нему зайти утром.Драко встал с кровати, захватив свою трость, и пошёл встречать гостью.Уже у самой двери, он остановился и прислонился к деревянной поверхности. Он услышал неровное дыхание Гермионы, там, за дверью, как будто она собирается с мыслями, чтобы что-то сказать.Драко усмехнулся, его забавляло волнение этой смелой девчонки.Снова стук в дверь.Ожидание уже было более чем длительное, поэтому Драко, наконец, открыл дверь.Да, дыхание явно выдавало Гермиону. Она, кажется была совсем не уверена, что должна делать, но вошла в комнату.— Я же говорила, что приду, — справляясь с волнением, сказала она.— Я помню, — равнодушно ответил Малфой.— Ты ещё не одет, — сказала Гермиона, рассматривая его ночную рубашку.— Я спал, — ответил он. — И вообще, который сейчас час?— Уже достаточно, для того, чтобы проснуться, — улыбнулась Гермиона. — Сейчас десять часов.— Прекрасно, — ровным тоном сказал Драко, и принялся стягивать с себя рубашку.— Мне отвернуться? — смущённо спросила Гермиона.— Как хочешь, — всё так же равнодушно ответил он.Она присела на кресло и внимательно наблюдала за попытками Драко надеть пиджак. Он был вывернут наизнанку, а Малфой вертел его в руках в поисках рукавов.Наконец, не выдержав, Гермиона подошла к нему и перехватила его руки.— Что ты делаешь? — удивился Драко.Гермиона, не ответив, помогла ему надеть непослушную вещь. Сейчас она была к нему так близко, что могла изучить его лицо.«Хорошо, что он не может видеть, как я засматриваюсь на него», — подумала девушка.«Я засматриваюсь на него?» — возмутилась внутренняя Гермиона Грейнджер.«О, да!» — отвечала вторая Гермиона.Драко повиновался ей, позволяя одевать себя. Так странно, но ему это даже понравилось.Лёгкое касание рук, шелест мантии в тишине, и, наконец, Драко был полностью одет.И почему она не испытывала подобного трепета, когда касалась руки Рона?— И куда ты меня ведёшь? — спросил Драко, когда они уже шли по длинному коридору, ведущему к лестнице.Гермиона держала его под руку, они шли неспешно, привыкая к обществу друг друга.Она чувствовала пальцами мягкую ткань его мантии, а Драко всё ещё слушал её неровное дыхание.— На озеро. Там невероятная атмосфера, — улыбнувшись, ответила Гермиона.— Ты же ведь не отстанешь от меня? — усмехнулся Драко.— Верно, — подтвердила она.Вместе с Гермионой преодолевать путь было намного приятней, чем следовать за школьной целительницей. Неуверенные шаги Гермионы отдавались звонким эхом, отражаясь от холодных стен. Она немного нервничала.«Смелая, решительная Грейнджер», — думал Драко.Он не мог посмотреть на неё, но был точно уверен — она победно улыбается.— Малфой, ты почему молчишь? — осторожно спросила Гермиона.— Слушаю, как ты нервно дышишь, — спокойно ответил Драко. — Ты до сих пор боишься меня, Грейнджер?Она помолчала несколько секунд, но затем тихо ответила:— Я боюсь себя...Драко почувствовал движение её пальцев на своей руке. Ему жутко захотелось подшутить, но он промолчал.— Странно, — удивилась Гермиона, — я думала, ты сейчас скажешь что-то вроде: «Ты, конечно, страшненькая, Грейнджер, но...»— Хватит! — резко перебил её Малфой.Он остановился.— Я не настолько мерзок, как ты думаешь!— Извини, — виновато сказала она.Драко продолжал стоять на месте. Правая рука его коснулась пальцев Гермионы.— Ты и вправду боишься, — тихо произнёс Малфой, — у тебя холодные пальцы.Гермиона ощутила его горячее прикосновение на своих ледяных пальцах, но не одёрнула руку.— Бояться это нормально. Вот когда ты уже ничего не боишься, это настораживает, — задумчиво проговорила она.— Раз боишься, зачем сейчас возишься со мной? — усмехнувшись, спросил Драко.— Я тебя не боюсь, Малфой, — рассмеялась она.— И всё же, — настаивал он.— Я тебе уже говорила...— Нет, я хочу знать настоящую причину. А те глупые отговорки оставь Поттеру и Уизли, — снова перебив, сказал Малфой.Гермиона вздохнула и оглядела Драко: бледное лицо, бесцветные невидящие глаза, неглубокие порезы на правой руке, взъерошенные волосы.Ну что она могла ему ответить? Сказать, что ей его жалко? Он же разозлится на неё, и пошлёт в Азкабан к дементорам. А может быть сказать правду? Сказать, что просто она так хочет, сама не знает почему, но хочет помогать ему, хочет находиться с ним.Нет. Он просто высмеет её.— Я не могу не помогать людям, запутавшимся в своей жизни, и получившим за неверный выбор суровое наказание, — ответ нашёлся сам собой. Отчасти это было правдой. За исключением того, что помогает-то она не всем, а лишь ему.Драко сделал вид, что поверил ей — кивнув головой. Он сдвинулся с места, и Гермиона поспешила за ним.Всю оставшуюся дорогу до озера они шли молча. Каждый думал о чём-то своём.Гермиона повела Драко самой безлюдной дорогой, но не менее живописной. Она шла и рассматривала весенний пейзаж, а Драко слушал шелест ветра в кронах деревьев. Этот ласковый тёплый ветер напомнил ему Нарциссу Малфой, её нежные материнские руки. Только с ним она была нежна и заботлива, только с ней он был настоящим. И Люциус, хоть был строг, но когда они проводили вечера у камина, рассуждая о стратегии игры в квиддич, Драко не хотел идти спать, засиживаясь с отцом часами. Его родители, его родные люди, единственные, кого он по-настоящему любил, их больше нет...Драко больше никогда не услышит наставления отца, никогда уже не почувствует прикосновение руки матери к его плечу... никогда... Очень страшное слово.Внезапно все окружающие звуки затихли на фоне одного очень тихого и мелодичного. Драко прислушался. Это Гермиона напевала себе под нос какую-то мелодию.Малфой почувствовал, как в нём нарастает обида — он лишился родителей, зрения, а она идёт с ним рядом и беспечно поёт песенки.Он остановился и освободил свою руку, отходя от Гермионы на несколько шагов.— Что-то случилось? — спросила она.— Прогулка окончена, — холодным голосом сказал Малфой.— Почему? — растерялась Гермиона.— Просто я так хочу.— Да что же это такое? — негодовала она.— Я сказал, я иду обратно!— Малфой, ты не сможешь всю жизнь прятаться в своей комнате! В конце концов, тебе придётся выйти и общаться с людьми. Почему ты такой упрямый?— Я не знаю... — прошептал он.— Мы ведь уже пришли. Неужели так трудно остаться здесь? — устало проговорила Гермиона.— Я не понимаю, что ты от меня хочешь, — продолжил шептать Драко, — я никчёмный Пожиратель Смерти. По твоим убеждениям, я не достоин помощи.Гермионе пришлось подойти ближе к Драко, чтобы хорошо его слышать.— Всякий человек на этой земле достоин помощи, — так же тихо ответила она ему.Драко опустил голову и зажмурился, преодолевая желание закричать на неё и броситься прочь.Гермиона робко коснулась его плеча.— Послушай, жизнь ведь не такая жестокая, какой ты её себе вообразил.Он молчал.— Я знаю, тебе сейчас легче всё и всех ненавидеть, но это пройдёт. Всё проходит, так уж устроен мир, — она говорила тихо, стараясь не раздражать Малфоя.— Эта тупая, ноющая боль, этот скрежет внутри... Это пройдёт? — Драко сорвался и закричал.— Уже не будет так больно, — сочувственно произнесла Гермиона.Драко ощущал себя жалким и беспомощным существом. Слепой, потерянный, изнеможенный, одинокий, стоит и кричит на единственного человека, который пытается ему искренне помочь.Он положил свою руку поверх её руки.— Хотел бы я ничего не чувствовать, — хриплым голосом сказал он.Какое-то время они стояли молча, слушая скрипку, звучавшую где-то вдали.— Слышишь это? — нарушив молчание, спросила Гермиона.— Слышу, — выдохнув, ответил Драко.— Вчера я тоже слушала здесь скрипку.Грустная мелодия заполняла сознание, проникала в самое сердце, разливалась как целительный эликсир на больные раны. Ветер доносил сладковатый запах тюльпанов.«Её любимые цветы», — подумал Драко, вспоминая Нарциссу.— Я тебя не оставлю, — прошептала Гермиона, чтобы Драко её не услышал.Нет, всё же она правильно сделала, что решила помочь Малфою. Да, она бы и не смогла пройти мимо.