Глава 27

Глубоко вздохнув, Гермиона стиснула в рукерекомендательное письмо от доктораФредерика Шабаля - талантливогоколдомедика, профессора кафедрыколдомедицины университета Ромундж,ведущего специалиста отдела по разработке иприменению лекарственных зелий, а так жезаведующего отделением клиники с оченьдлинным и трудным для понимая рядовогомага названием, вкратце смысл которогоможно было свести к одному слову,известным любому маглу -«психоневрологическое».Сколько бы витков не совершила история,эволюционировав человечество отпервобытных особей, бегающих с каменнымитопорами в руках за ещё такими далёкими отвымирания мамонтами, до сегодняшнихфрантов за рулём собственных автомобилей вначищенных до блеска лаковых штиблетах,одно оставалось неизменных всегда: если вызнаете определенных людей – это можетоткрыть перед вами даже закрытые, не наодно заклинание, двери.Гермиона же, в силу своей профессии, такихлюдей не просто знала, а знала очень хорошо.Другое дело, что она предпочитала некичиться своим положением налево и направо,используя его в личных целях. Но осознав, чтов данном случае не удастся сохранить целымиовец и насытить волков, Грейнджер скрипясердцем, таки, перешагнула через своиморальные принципы и, подёргав за нужныениточки с ловкостью, которой бы позавидовалсам Карабас Барабас, добилась своего.После долгих разговоров с месье Шабалем опогоде, вреде настоя из терновника и егобольной спине, девушка без особых усилийраздобыла пропуск на посещение ДорианаТомаса. Который, к её большому удивлению,оказался пациентом частной психологическойбольницы, уютно расположившейся на югеПарижа, недалеко от собора Сан-Гатьен.Изобразив на лице доброжелательную улыбку,мисс Грейнджер направилась крегистрационной стойке приёмного покоя.Молоденькая девушка колдомедик вбеленьком чепчике и коричневом трикотажномплатье с идеально накрахмаленнымворотником, услышав приближающие шаги,оторвала взгляд от изучаемых ею бумаг, и безинтереса, уставилась на посетителя.- Добрый день, - произнесла Гермиона, - я быхотела навестить одного из ваших пациентов.Его имя Дориан Томас.- Какая у вас цель визита и являетесь ли выего родственником? – произнесла медсестрашаблонную фразу, скрипучим, несоответствующим её внешности, будтозаписанным на затертую магнитофоннуюпленку, голосом.- Я его друг, - с готовностью совралаГрейнджер, уже прокручивая в голове ответына предполагаемые вопросы, которые моглибы заинтересовать колдомедика.- Мадмуазель, все посещения месье Томасастрого ограничены в связи с его нестабильнымпсихическим состоянием, а контакты спосторонними разрешены только с личногоразрешения его лечащего врача, - произнесланеприветливая девушка, на столе которойстояла табличка с именем «Дафна Рорр».Гермиона глубоко вздохнула, стараясьпривести в порядок готовое выпрыгнуть изгруди сердце. События последних дней явнорасшатали её и без того напряженные, какструны нервы. Того и гляди, в пору надо будетей самой бронировать уютную палату с видомна сад в заведении с мягкими стенами ирегулярной поклейкой коробочек в качестверазвлечения.- Вот! - Гермиона протянула медсестреконверт из плотного желтого пергамента. -Лично, от месье Шабаля, пожалуйста,ознакомьтесь. Полагаю, это снимет всевопросы.Грейнджер выжидающе уставилась наколдомедика пока та, недоверчиво состорожностью открывала конверт, будтоопасаясь, что при вскрытии оного на неёобрушится не один десяток мощных защитныхзаклятий. Изучив содержимое пергамента,мисс Рорр нахмурилась и отложила письмо всторону.- Минутку, - произнесла медсестра,капитулируя. Открыв тяжелый выдвижнойстальной ящик с документами (по размеруничуть не уступающий одному из отсеков несамого скромного бельевого шкафа),погрузилась в поиски медицинской картыпациента. Гермиона, наблюдавшая за этойкартиной, лишь слегка улыбнулась уголкамигуб.Положив на регистрационную стойкуувесистую историю болезни, медсестра строгопосмотрела на застывшую в предвкушенииГрейнджер.- Перед тем, как проводить вас к месьеТомасу, я обязана попросить вас, что бы выоставили здесь все колюще-режущиепредметы, которые прямо или косвенно моглибы стать причиной нанесения вредаздоровью… И ещё, вашу волшебную палочкутак же придётся оставить.- Это что, так необходимо? – не веря своимушам, поинтересовалась девушка.Перспектива отправиться в палату кпсихически неуравновешенному мужчинеабсолютно безоружной, вселяла в Гермионувесьма нешуточные опасения.Видя замешательство посетителя колдомедик,позволив себе слегка улыбнуться, добавила:- Прошу вас не волнуйтесь, это стандартнаяпроцедура, применяемая дабы обезопасить ибез того расшатанное душевное состояниенаших, кхм… клиентов. Они очень чуткореагируют на любое изменение ихмикроклимата. Вы своим появлением и таквнесете диссонанс в его личное пространство,а если же при вас ещё и будет волшебнаяпалочка, то месье Томас может расценить это,как проявление агрессии с вашей стороны.От подобного заявления брови Гермионыудивлённо поползли вверх. Даже в самыхсмелых своих фантазиях она не моглапредставить, что её появление может бытьрассмотрено в подобном ключе. Конечно же,последнее время она прибывала в небольшомстрессе, но дела её были не настолько плохи,что бы она ни с того ни с сего началакидаться на людей. Хотя… с чем чёрт нешутит. После аферы с «женихом на прокат»Гермиона уже перестала себе удивляться.Так как колюще-режущих предметов всумочки у девушки не оказалось, Гермионаизвлекла из неё свою боевую подругу -волшебную палочку и, положив её на стойкуприёмного покоя, покорно улыбнулась.- Не могли бы вы так же оставить здесьзеркала и предметы с отражающейповерхностью, если такие имеются, -произнесла колдомедик, аккуратно складываяволшебную палочку в чехол и убирая её внебольшую коробочку, закрываемуюзаклинанием. – У месье Томаса послеинцидента развилась боязнь зеркал. В связи сэтим доктор Шабаль посоветовал емуизбегать контакта с отражающимиповерхностями.Если раньше Грейнджер думала, что её ужесложно удивить, то после этих словмедсестры она уже была готова поменять своёмнение. На языке же так и вертелся вопрос,что за инцидент та имеет в виду. Но в светекрайней несговорчивости мисс Рорр, вопростак и остался незаданным.***Палата, в которой располагался Дориан Томаснаходилась в конце коридора, большепоходившего не на больничное крыло, а нахолл многоквартирного жилого дома,наподобие того в котором жила сама миссГрейнджер. Поблагодарив колдомедика,проводившего её до нужной двери, Гермионапопросила мужчину остаться снаружи,заверив, что если что-то пойдёт не так, онатут же даст ему об этом знать. Дождавшисьего сдержанного кивка, девушка взялась заручку и толкнула от себя, предварительноотпёртую заклинанием дверь.Грейнджер никогда ранее не приходиласьбывать в подобных местах, но картина,которая открылась её взгляду мало походилана то, как она представляла себе палату влечебном заведении для людей снеуравновешенной психикой. Либо с Томасомдействительно всё было не настолько плохо,как она поначалу думала, либо психам в этойстране правительство уделяло куда большезаботы и внимания, нежели здоровымгражданам.Отойдя на пару шагов от двери, девушкапогрузилась в приятный полумрак комнаты сплотно зашторенными окнами. Гермионепотребовалось несколько минут, что бы еёглаза привыкли к темноте помещения.Стараясь быть как можно ближе к двери,грифиндорка опасливо гляделась по сторонам.Заверения мисс Рорр в том, что месье Томасничуть не опасен, а нахождение в клиникеисключительно его собственная инициатива,связанная с депрессивными состояниямимужчины, из-за причин ведомых только емуодному, конечно вселили в Грейнджер толикуспокойствия, но от здоровой осторожности таки не избавили.Оглядевшись по сторонам девушка отметилавесьма уютную, даже можно сказать по-домашнему милую обстановку комнаты:небольшая кровать, письменный стол, паракресел, камин – вот уж действительно, длямагов чьи карманы были отяжелены паройсотен галеонов не было ничего невозможного.Хочешь здоровьице душевное поправить –получите, распишитесь, только щедрые чаевыеоставить не забудьте. И, как показалосьГрейнджер, жигало был не из скупых.- Доброе утро месье Томас, прошу проститьменя за столь неожиданный визит, меня зовутГермиона Грейнджер, я знакомая доктораШабаля. Вы позволите мне войти, - осторожнопоинтересовалась Гермиона, заметив в одномиз кресел укутанную в одеяло, словно кокон,мужскую фигуру.После слов незваной гостьи «кокон»встрепенулся, и из него показалась макушкасо светлыми растрёпанными волосами.Заспанные глаза мужчины проворно забегалипо застывшей в нерешительности фигуредевушки. Заметив, что Томас наконец-тообратил на неё внимание, Гермионадоброжелательно улыбнулась.Пару раз смачно кашлянув, прочищая осипшеепосле сна горла, Томас шмыгнул носом ипристальнее вглядываясь в фигуру девушки,скрытую в полумраке комнаты, произнёснемного картавя:- Так вас прислал месье Шабаль? Вы егопомощница?- Да, именно так! – без зазрения совестисоврала Грейнджер. Про себя отметивдовольно милый акцент Томаса и, уже болееуверенно, сделала несколько шагов понаправлению к мужчине.Конечно, ложь никогда не являлась одной изсильных сторон грифиндорки, но в даннойситуации выбирать ей не приходилось: врядли Дориан Томас по доброте душевной взялбы, да разоткровенничался с совершеннонезнакомой, хоть и очень милой девушкой. Атут – квалифицированный колдомедик:колдомедицинская тайна и всё такое.- Дориан, вы позволите мне присесть? –улыбаясь в тридцать два зуба,поинтересовалась Гермиона, решившая сразувзять быка за рога, установив между нимидоверительные отношения.- Конечно, присаживайтесь, - произнёсмужчина, и, указав рукой напротивоположенное кресло, ещё раз негромкокашлянул. – Прошу простить меня за мойвнешней вид, мне немного нездоровится.Знаете ли, эти июльские сквозняки сведутменя в могилу…Гермиона одобрительно кивнула, всем видомпоказывая, что полностью с ним согласна (спсихами ведь спорить не рекомендуется).Хотя на кого на кого, а на психа Дориан Томаспоходил меньше всего, в этом Гермионасмогла убедиться, когда мужчина наконец-тосоизволил избавиться от нелепого кокона-одеяла. Даже с помятым после сна лицом,Томас выглядел по меньшей мере мило:светлые, немного вьющиеся волосы, голубыеглаза в ореоле из пушистых ресниц, курносыйнос – предавали ему сходство схерувимчиками с картин Боттичелли, объясняявысокую популярность этого неземногосоздания у женщин – такого пупса хотелосьобнять и прижать к себе как можно крепче.Несомненно, прелестен, но… не Малфой.От невольных мыслей о бывшем «женихе», надуше Гермионы стало так скверно, что наглазах были готовы навернуться слёзы.Конечно, после бессонной ночи проведенной вдушевных метаниях с выстраиваниемлогических цепочек «кто виноват и, чтоделать» , девушка поняла точно одно: Малфой– подлый слизеринский хорек, решив срубитьна наивности грифиндорки побольше деньжатпредставился ей Дорианом Томасом и,воспользовавшись моментом, пока один излучших работников «Вондерленда» нервишки вбольничке подлечивает, занял его место. Так-то оно так, но и она не лыком шита – если ондумал, что она после всего, что между нимибыло просто всё забудет и пустит на самотёк,то он явно принимал её за кого-то другого.Тем более главной целью еёимпровизированного крестового похода былоразобраться в своих чувствах к нему.Девушка надеялась, что стоит ей увидеть еговновь и всё встанет на свои места: любит онаМалфоя или нет– война план покажет. Должнапоказать…Гермиона попыталась поудобнее устроиться вкресле и принять расслабленное положение, ното ли кресло было с дефектом, то ли нервынатянутые до предела с противнымтрыньканьем, знаменующим конец ихнедолгой жизни всё-таки лопнули, отчегоГрейнджер немного поёрзав на сиденье, но таки найдя удобного положения, оставила этибесплотные попытки и заговорила:- Дориан, не буду скрывать, меня к вампривело крайне важное дело… - как можноспокойней начала девушка.- Да? Доктор Шабаль что-то обнаружил? Ячто смертельно болен? – побелев, как недавноотштукатуренная стена, воскликнул мужчина,готовый в лучших традициях кисейныхбарышень заметивших жука сидящего у них нарукаве, лишиться чувств.- О, нет! Что вы! - поспешно воскликнулаГрейнджер и сжала в своих ладонях рукуТомаса, мысленно ругая себя последнимисловами за необдуманные слова. –Пожалуйста, успокойтесь, я пришла к вамвовсе не обсуждать вопросы медицины.Понимаете, у меня к вам дело личногохарактера. Очень личного.В подтверждении своих слов Гермионасмущенно улыбнулась, ожидая от мужчинынужной реакции, что бы продолжить.- Понимаете, мне кажется, я влюблена…- В меня? – округлив глаза, поинтересовалсяТомас. – Понимаю, милочка, мне очень частоприходится это слышать, вы конечнопрекрасны но…- Да нет же, - Гермиона резким жестом рукиоборвала монолог недоделанного Казановы, -дослушаете. Я влюблена, ну или мне кажется,что влюблена в человека, которого в«Вондерленде» знают, как Дориана Томаса.Вы же понимаете, о чем я говорю?- Ну, да, вы сейчас говорите, что влюблены вменя…- Нет! Не в вас! - Гермиона собралась смыслями, размышляя, как же лучше донестидо этого самовлюблённого блондина суть еёслов. - Не в вас, - повторила она, делаяударение на последнем слове.Озадаченное лицо Дориана, не сулилоГрейнджер ничего хорошего.- Кхм…Давайте я начну сначала. Около неделиназад я обратилась в вашу контору…- Организацию, - вежливо поправил еёмужчина.- Да, конечно, организацию, прошу прощения.Так вот, я обратилась вашу организацию впоисках эскорта на вечер.- Это наш основной профиль! – заметилблондин.- Я знаю, не могли бы вы дослушать меня, неперебивая, - пытаясь сохранить остаткисамоконтроля, процедила сквозь стиснутыезубы Грейнджер.- Пожалуйста! – откинувши на спинку кресла,разрешил мужчина.Гермиона фальшиво улыбнулась ипродолжила:- Спасибо. Я обратилась…- В организацию, я помню!- Именно! В организацию! И, моя потребностьв услугах была удовлетворена. Некий ДорианТомас, согласно подписанному контрактуобязался сопроводить меня на мероприятие,за что должен был получить тысячу галеонов.- Хм, хорошая цена…- Действительно неплохая. Так вот, вназначенный день я встретилась с месьеТомасом, но как потом выяснилось - Томасоказался вовсе не Томасом.- Я оказался не я? – казалось, удивлениюблондина не было предела. - Но как такоевозможно?! Меня, что два?! - понизив голосдо полушепота, будто бы боясь, что его могутподслушать, произнес он.- Нет, это врятли. Думаю, Дориан Томастолько один - заверила его девушка.- Хм, тогда не могли бы вы пояснить, я что-тоне улавливаю сути. Если я один, то почемутогда я оказался не я?Гермионе хотелось закричать, толькоблагодаря неимоверному волевому усилию, ейудалось этого не сделать, и одному Мерлинуизвестно, чего ей стоило сохранить видимостьспокойствия. Грифиндорка поняла, чторазговаривая с мужчиной в подобном ключе,она ничего от него не добьется. Следовалонемедленно менять тактику: ибо девушкаопасалась, что ещё несколько минут подобнойбеседы и врач потребуется уже ей самой.- Давайте попробуем немного иначе, - открывсумочку, Грейнджер извлекла из неё старуюгазетную вырезку с известием о разоренииМалфоев и продажей Малфой-Менор смолотка. В данный момент от статьи,предварительно удалённой Гермионой, неосталось и следа, лишь только черно-белаяколдография Драко Малфоя, с презрением налице отбивающегося от назойливыхрепортеров, напоминала о произошедшихсобытиях.- Посмотрите, пожалуйста, внимательно: вамне знаком этот человек? – с надеждой вголосе поинтересовалась Гермиона, протягиваяДориану вырезку.Блондин настороженно принял из рук девушкигазету и, поднеся её поближе к глазам, сталпристально вглядываться в изображение.- Ну что? – не унималась Гермиона. – Вамзнаком этот мужчина?- Естественно, - уверенность в голосеблондина обнадеживала Грейнджер. – Япознакомился с ним, когда устраивался наработу в организацию. Собственно он личноодобрил мою кандидатуру. Это ДракоМалфой – владелец компании «Вондерленд».А откуда, позвольте поинтересоваться, вамзнакома его персона? Ведь, месье Малфойпредпочитает оставаться в тени, не афишируюсвою деятельность. Хотя видит Мерлин, мнебы такие доходы, я бы землю перевернул, ане в тени отсиживался!!- Неужели? А я всегда думал, что ты их натряпки спустишь, да на перекройкусобственной мордашки… - донёсся доГермионы ленивый, чуть растягивающий словаголос.Резко вскочив на ноги, Грейнджер повернуласьк двери в палату, где в полумраке,облокотившись об косяк, уже некоторое времястоял никем не замеченный Драко Малфой.- До меня дошли слухи, что ты меняразыскиваешь, милая. Соскучилась? – всвойственной ему ехидной манерепоинтересовался Малфой.