1

После окончания войны я брела поопустевшим коридорам Хогвартса.Никогда родная и уютная школапревратилась в залитый кровью замок.Эти стены навеивали непонятную тоску,разъедающую душу. Кругом было тактихо, но я не сразу услышала слабыерыдания, доносившиеся от кабинетазельеварения. Северус Снейп... Как жемы ошиблись с деканом слизерина. Онвсю жизнь хранил любовь к материГарри... И защищал мальчика ценойсобственной жизни.За деревянной дверью я обнаружилатого, кого вообще не ожидала ещекогда-либо увидеть. На каменном полу,сжимая в руках волшебную палочку,сидел Драко Малфой. Его плечисодрогались в беззвучном рыдании. Сам он растрепанный. Рубашка его с волосами намокла. В глазах его я видела многое, наконец-то я смогла распознать его чувства. Лицо припухшое, глаза красные. Да, он плакал. Даже подумать об этом странно,непривычно. Его глаза смотрели вперед, видимо он не здесь а внутри своей головы..Почему-то от этого зрелища сталострашно. Я никогда не видела, чтобыкто-то из факультета зеленых плакал,тем более знаменитый слизеринскийпринц. Он славился без эмоциональностью в этом плане.

Парень поднял слегка покрасневшиеглаза и каким-то усталым взглядомпосмотрел на незваную гостью. Яхотела уйти, но что-то заставилоостаться, присесть рядом с врагом...с бывшим врагом. После прошедшихсобытий никто больше не называл менягрязнокровкой, никто не издевался.Некоторые слизеринцы даже спочтением смотрели вслед, некоторыеулыбались. А был он. Тот, которыйникак не мог поверить в происходящее.- Грейнджер... - его голос был хриплыми иногда содрогался, словно натянутаяструна. - Ты простишь меня? - взгляд его тяжелы устремился на мои глазки- За что, Малфой? - я посмотрела вего серые глаза, теперь уже не такиехолодные, как были раньше, и замерла.В них плескались океаны боли исожаления. Тогда я сделала то, чего неожидала от самой себя, но то, что таксильно было нужно ему. И, наверное,мне тоже. Мое тело прижалось к его, руки чувствовали его спину, запах исходивший от него я вдыхала с каждым мигом. Уже подумав, что блондин сейчасоттолкнет надоевшую грязнокровку, ясобиралась отстраниться, но он обвил меея руками в ответ. Обнял так сильно, чтосердце, разбившееся на мелкие кусочкинесколько часов назад, собралосьвоедино, с силой стуча об ребра, будтохотело вырваться из грудной клетки иулететь туда, за горизонт, где не былокровопролитной бойни.Мы сидели в молчании, пока нестало совсем холодно. Холодноне от температуры воздуха, а от воспоминаний. Этот кабинет, вообщевся эта атмосфера будто душиланевидимыми лапами.

Мы разошлись по своим комнатам,но на другой день опять встретилисьна том же месте. Он сидел в углу,подложив вниз теплую мантию.Его лицо было напряжено, светлыеволосы взъерошены, но когда я зашлавнутрь, он будто расслабился. Такмы продолжали встречаться в этомкабинете долгих две недели. Сидяв молчании, мы не проронили завсе это время ни слова. Оно было ине надо. Просто когда два бывшихврага сидели так близко друг к другу,ощущая мысленную поддержку, всеосколки собирались воедино, заглушаяприходившую боль.Но в один день он заговорил. Я сидела,погруженная в мысли о своих друзьях:о Гарри, Роне, Джинни. Но внезапнораздался его тихий голос, заставившийменя снова заглянуть в эти серые глаза,почему-то кажущиеся такими родными.

- Как думаешь, что будет ? - подетски наивный вопрос, но какой жесложный на него ответ.

- Не знаю. - я слегка пожала плечами,внезапно ощутив его теплую рукуна своей руке. - Надеюсь, мирна своей руке. - Надеюсь, мирвосстановится. Но я боюсь...

- Не бойся. - он ободряюще, но как-тоизмученно улыбнулся. Впервые за всегоды обучения. - Все будет хорошо.Не знаю почему, но я положила головуему на плечо, ощущая поддержку. Впоследнее время, находясь рядом сним, я часто задаю себе вопрос: «Аправильно ли я поступаю?». Ответ нанего пока непонятен, но я чувствую, чтоправильно.Когда пришло время для расставания,мы встали с его теплой зеленой мантиии оказались друг напротив друга. Нашивзгляды встретились и, обезумев отнахлынувших внезапно чувств, нашигубы слились в нежном поцелуе. Он былне таким, каким когда-то представлялсяпоцелуй с Драко Малфоем. Он былнаполнен чувствами, эмоциями.С тех пор мы всегда ходили вместе,несмотря на косые взгляды другихучеников. Но они ничего не говорили.Понимали, что война изменила многое.Гарри Поттер, когда узнал новость,вначале долго отказывался в это верить,но после общения с слизеринцем, тихошепнул мне на ухо:- Вы будете очень хорошей парой,Гермиона. Он действительноизменился.В тот день золотой мальчик пожалруку слизеринскому хорьку, которогостолько лет ненавидел. Казалось, миробезумел: два старых врага теперьотлично общаются между собой,Рон Уизли смеется вместе с ДракоМалфоем, а Гермиона Грейнджер,лучшая волшебница своего времени,теперь жена того самого слизеринскогопринца.Несмотря на все, что произошлово время этой ужасной войны сВолан-де-Мортом, после пролетевшихсеми лет, я могу уверено сказать, чтосейчас я счастлива.